На стыке эпох. Дилогия (СИ) - Пир Томас - Страница 53

- Спасибо Андрей! Наслышан о твоих подвигах. Молодец! Моя школа! Как себя чувствуешь?

- Всё хорошо, отдохнул, теперь снова в бой! - хмыкнул я.

- Ну, вот и отлично! Значит, теперь можно и о делах наших поговорить.

Я немного напрягся, затем повернулся к Борису. Очень странно, но глаза у наёмника были прежними. Видно, его я не обжигал.

- Ты извини, я вёл себя неправильно! - протянул я ему руку. - Я не знаю, как так вышло, но я был не прав!

К моему облегчению, Борис ни секунды не мялся и в тот же миг пожал мою руку:

- Проехали! Я сразу понял, что с тобой что-то не то, так что не переживай! Кстати, твою рукопашку нужно бы подтянуть. Думаю, я могу тебе с этим помочь!

- Договорились, - облегченно проговорил я. Теперь нужно было обсудить наши дела. За две седмицы их точно накопилось немало.

***

- Ой!.. и нужно мне было сегодня попасть в этот дурацкий наряд! Сколько я буду бегать? - Заканючил Калаш, когда его живот опять забурчал. Уже несколько часов он мучился расстройством желудка и не вылезал из дальних кустов. Они с Тимом присели под маленькой чисхой, да страдали бездельем.

Ребята караулили десяток хлеборобов, что копались в огороде в километре от поселения. Поляна была небольшой, а земля рыхлой и глинистой. Солнце до пашни почти не дотягивалось, потому и будущий урожай выглядел скромно. Если б не звонкий ручеёк, что пересекал поляну по диагонали, семена бы точно пропали. Поле огородили плетёным забором до пояса, чтоб мелкое зверьё не шалило, и поставили пугало от пичуг. От края загородки тянуло свиным и коровьим навозом: общинники каждый день вычищали сараи, чтобы собрать у полей компостные кучи. Наравне со взрослыми гнули спины и малые дети. Ребятня прорывала траву на ровных грядках с диковинными для землян овощами. Мужчины таскали воду в кожаных бурдюках и аккуратно поливали очищенные рядки. Работали люди весело: то и дело пели песни, да оглашали поляну заливистым хохотом.

- Вызови посёлок, пускай пришлют кого-то другого, - невзначай обронил Тим. Он давно устал подкалывать страдальца, да и смешного теперь было мало.

- Не выйдет! Рация сдохла! Не знаю, кто её должен был заряжать, но в ухо он у меня сегодня схлопочет! - Выпалил раздражённый Калаш.

- Ну, тогда просто иди домой, только пришли кого-нибудь на замену.

- Точно? Ты справишься?

- Конечно! Мы и так тут от скуки маемся, так что разберусь. Если что, буду палить, не считая патронов, прислушивайтесь там.

- Ну, спасибо Тим! Я твой должник! - Протянул Калаш, встал и потопал в посёлок.

- Постой! - спохватился вдруг Тим. Калаш остановился и обернулся к нему. - Ты это... - Замялся Тим, - только Циркуля не присылайте.

- Ладно, - хмыкнул Калаш и пошёл дальше.

Тим на посту остался один. Если подумать, то замены Калашу и не нужно. До вечера не так много осталось, но здесь было так скучно, что с ума можно сойти. Но ничего не поделаешь. После выходки Бориса глядеть за округой приходилось в оба. На подходах к поселению обустроили скрытые наблюдательные посты. Там сутками торчали подростки, они должны были заметить врагов издали и просто поднять шум. Курсанты тоже постоянно дежурили у ворот и на частоколе. Теперь, если что, новых бандитов свинцом встретят сразу. Но и землепашцев нельзя было оставлять без присмотра, вот и охраняли их все остальные. Тиму с Калашом ещё повезло - они были рядом с деревней, а вот Рыжий и Кос сторожили своих хлеборобов на самом дальнем поле, туда добираться нужно было полдня, так что ребята давно ночевали в палатках.

А когда Ник проснулся, споры разгорелись нешуточные. Андрей рогом упёрся, и слышать ничего не хотел об Угрюмой, тогда как остальные курсанты, подбитые речами наёмника, уже почти согласились, что крепость нужно захватывать. Но Борис быстро всех убедил: "У нас под крышей собрались четыре сотни крестьян. Как мы прокормим такую толпу? Все надежды поселенцы возлагали на землю, но ты сам видел - в этом грёбаном лесу ни хрена не растёт!" - толковал он Андрею. "А когда нас осадит армия воинов, кто выйдет на стены? Кто, кроме нас, сможет сражаться? Вы все видели наших общинников в деле. Нам ничего не поможет: ни сила, ни оружие, ни твои новые фокусы", - снова кивнул он Андрею, - "Так что выхода нет. Если мы не можем победить врага силой, мы просто обязаны взять его хитростью! Иначе погибнут многие... очень многие!" - закончил наёмник, как бы невзначай бросив взгляд в сторону Тири и Петы, что притаились в уголке, и даже не дышали.

Крыть такие доводы Андрею было нечем, да и последнее слово осталось за капитаном. Игорь Викторович согласился с Борисом, и пошло-поехало. Тим уже и забыл, когда бывал днём в посёлке. С раннего утра и до вечера они с Калашом пропадали в полях. Только вот сегодня не повезло, захворал чуть Калаш, придётся скучать, пока кто другой не придёт. Жаль, рации тоже нет, хотя, что может случиться?..

В тот самый миг на Тима нахлынули страшные воспоминания. Он вспомнил тот день, когда потерял всё на свете, Тим вспомнил Ульму - девушку, которую успел полюбить, ту самую, которую не смог уберечь. Её призрак стоял перед глазами в полный рост. Такие видения приходили к нему не впервой. Ульма всегда появлялась внезапно. Одета юная дева была в своё самое красивое белое платье, с разноцветным узором от груди и до подола на юбке. Смоляные волосы были собраны в аккуратную косу, зелёные глаза выглядели немного уставшими и печальными, но были всё так же прекрасны. Такой Тим увидел Ульму впервые, такой дева являлась Тиму во сне, такой она явилась ему и сейчас.

Казалось, Тим сходит с ума, но такой душевной болезни парень был рад. Только так он снова мог заглянуть в те глаза, только так мог любоваться милым ликом и точёной фигурой хоть и мёртвой, но такой любимой Ульмы. Как Тим не старался, но разговорить призрака не мог. Ульма просто стояла с ним рядом и смотрела на него печальными глазами. Тим никому не рассказывал о своём помешательстве. Даже если он и теряет рассудок, то пусть так и будет.

В следующий миг Ульма резко развернулась на месте и указала белой рукой на стену леса, что высилась над поляной. Из гущи по одному выбирались разбойники. Такие же бородачи, в грязных кожаных платьях, тихо крались к общинникам. Считать ублюдков было некогда, навскидку полтора десятка разбойников пожаловали на расправу. Беспечные селяне не замечали угрозы, продолжали мирно трудиться. Всепоглощающая, неистовая ярость вмиг обуяла Тима. Вот так же и прошлый отряд застал поселенцев врасплох. Чем тогда всё окончилось напоминать Тиму не нужно. Он не забудет тот день никогда!

Тим подскочил, припал на колено. Ловко вскинул к плечу автомат, щёлкнул затвором и выдал короткую очередь по врагам. Но вместо громоподобного кашля послышался только щелчок. Осечка!.. Пистолет остался в посёлке, а разбирать автомат времени не было.

Да что же за день сегодня такой?..

Тим вскочил на ноги и одним прыжком оказался в центре поляны, между разбойниками и землепашцами.

- Уходите скорее, бегите! - выкрикнул он для общинников, не спуская глаз с разбойников, что замерли напротив него. Землепашцы бросились врассыпную. Воины уже хотели бежать за ними, но их пыл остудил новый окрик Тима.

- Сначала вам придётся пройти мимо меня! - прошипел он, вытаскивая мачете. Как не старался Тим выглядеть грозно, получилось довольно нелепо. Сначала его подвёл голос, так не вовремя дрогнул и едва не сорвался на писк, к тому же руки бедняги сильно дрожали, да и зубы от страха постукивали так, что дятлам на дереве и не снилось.

Разбойники несколько мгновений молча таращились, а потом всё же взорвались:

- Ха-ха-ха! Вебята, вы слыфали это? - скрипучим басом взревел здоровенный детина, с тремя гнилыми зубами во рту.

- И как же ты нас остановишь, воробышек? - продолжил другой разбойник с прыщавым лицом и рваным шрамом над переносицей.

- Вы только гляньте на этого воина, ха-ха-ха! - кричал из-за спин третий, высмеивая худобу и нескладность защитника.