Властелин Огня - Вязовский Алексей - Страница 47

Наше новое путешествие по морю оказалось не в пример короче, чем когда мы убегали с Острова магов. Рассвет наша компания встретила уже в Микении, на берегу еще одного рыбацкого поселка, куда нас на большой лодке доставил знакомый Лукаса. А дальше был рыбный обоз из нескольких телег, идущий в ближайший городок. На нашу удачу, там сейчас проходила ярмарка, и нам даже не пришлось заходить в городские ворога — торговые ряды и ярмарочные шатры располагались за чертой города, прямо на пустыре у его невысоких крепостных стен.

Затерявшись в разноцветной толпе крестьян и горожан, мы сначала перекусили прямо на ходу, купив у лоточника по паре еще теплых пирогов, а потом отправились выбирать лошадей. Сам я в этом деле совершенно не разбирался и поэтому полностью положился на своего слугу. Олаф с Лукасом дотошно обсуждали, сколько и чего нам нужно закупить в дорогу, а я лишь смотрел по сторонам, не влезая в споры двух опытных путешественников. Впрочем, спорили они недолго и только по существу, а поэтому всегда быстро приходили к единодушному решению. Спелись!

Уже к обеду, совершив все нужные покупки, мы стали обладателями четырех лошадей нижнемикенской породы и кучи разного скарба, крайне необходимого нам в дороге. Потом плотно пообедали в какой-то харчевне под открытым небом, переждали, когда народ из окрестных деревень начнет разъезжаться с ярмарки, и пустились в путь, стараясь не выделяться на дороге и держаться в тени крестьянских фургонов и телег. Нашей задачей было как можно быстрее отъехать от побережья и затеряться на просторах Микении.

Поначалу я чувствовал себя в седле неуверенно и лишь нервировал молодую кобылку с большими влажными глазами своими бестолковыми понуканиями. В прошлой жизни мне приходилось ездить на лошади, но совсем немного, и мой опыт ни в какое сравнение не шел с умением местных. Наверное, я выглядел довольно странно, разучившись вдруг ездить на лошади, особенно на фоне того, как ловко я теперь обращался со своим мечом. Мои мучения продолжались ровно до тех пор, пока я не догадался дать своему телу возможность самому вспомнить все навыки Йена в верховой езде. И вот тогда дело у меня сразу пошло на лад — я уже не мотался кулем в седле, а довольно быстро приноровился к спокойному ходу лошади.

Учитывая, что здесь вовсю царило хоть и позднее, но все же лето, решено было постоялые дворы избегать и по возможности ночевать под открытым небом. Погода пока стояла сухая, недостатка валежника в лесу не наблюдалось, а продукты при необходимости мы могли купить в попадавшихся на нашем пути деревнях. На первой же ночной стоянке на берегу небольшой речушки мы окончательно определились с маршрутом. И Лукас, и Олаф неплохо знали Микению, а поэтому они без труда договорились между собой, какими дорогами нам предстоит добираться до устья реки Великой, которую мы должны будем пересечь на корабле, чтобы попасть на территорию родного княжества. По их прикидкам, до этой реки было дней восемь-десять пути. Это при благоприятном раскладе. Но и в самом худшем случае наше путешествие не должно было затянуться дольше чем дней на пятнадцать. Путь будет пролегать в основном по лесным дорогам, и мы должны за это время пересечь с востока на запад всю Северную Микению, держась в стороне от крупных населенных пунктов и оживленных трактов.

Даже не дождавшись ужина, за готовку которого у нас отвечал Олаф, я вырубился и проспал до самого утра. Утром все мое многострадальное тело ломило после дня, проведенного в седле, и сна на голой земле. Болели шрамы и рубцы. Организм настойчиво требовал дальнейшего отдыха. Посмотрев, как я кряхтя поднимаюсь и, держась за поясницу, пошатываясь иду к речке, чтобы умыться, Лукас решительно вернул мне эльфийский амулет. Я реально оценил свое состояние и даже не стал отказываться. И к тому моменту, как мы позавтракали и мне нужно было вновь садиться в седло, я чувствовал себя уже вполне сносно. А дальше опять была дорога и лишь небольшая остановка в лесу в середине дня, чтобы перекусить самим и дать отдохнуть лошадям.

Лукас оказался замечательным рассказчиком, он так просто излагал мне основы магии, над которыми Йен безуспешно корпел в библиотеке ордена, что разрозненные и довольно бессистемные знания, которые до этого бесполезным грузом лежали в моей голове, вдруг неожиданно стали приобретать вполне стройный вид. Не в укор будет сказано, но наставник Эримус не обладал и десятой частью преподавательских талантов Лукаса. Маг так увлеченно рассказывал мне о разных чарах, что я и сам невольно заразился его энтузиазмом. Особенно меня интересовало все, что связано с внутренним источником мага, — ведь, сам того не желая, Лукас зародил во мне надежду, что его еще можно восстановить.

По словам моего нового учителя, источник — это своеобразная внутренняя магическая «емкость», где размещается сила, впитываемая волшебником из природных или искусственных источников. Если я понял правильно, то это что-то типа энергетического узла-чакры, расположенного в районе солнечного сплетения. Только чакры есть у всех людей, а этот внутренний источник — исключительно у магов. И у каждого из них есть определенное индивидуальное количество силы — резерв, который можно безболезненно потратить. Израсходуешь все без остатка — и начнешь черпать уже свою жизненную энергию, а там и умереть недолго. Лукас очень талантливо описал моментально постаревших и поседевших магов, которые переборщили с колдовством. Впрочем, выяснилось, что резерв тоже можно научиться развивать с целью увеличения его объема.

И совершенно отдельное место в магии занимала предрасположенность к определенной природной стихии. Чистая сила для всех одна, хоть у кого-то она проявляется в большей мере, а у кого-то в меньшей. Дар же у всех разный и в основном определяется преобладающей стихией. Минимальный уровень управления каждой из четырех природных стихий есть у каждого мага. Но маг Огня, например, не в силах повернуть реку вспять, зато перенести небольшой объем воды или заморозить его он тоже сможет. Так же, как и маг Воды, — он не сможет вырастить лес, но какие-то заклинания, основанные на использовании стихии Земли, ему все же вполне доступны, а сколько еще стихий будет ему подчиняться и в какой степени, зависит уже от его упорства и трудолюбия. Умение обращаться с разными стихиями — одно из самых востребованных в деятельности любого мага, но далеко не каждому оно под силу. Многие волшебники предпочитают не тратить время, а развивать владение исключительно преобладающей стихией. Ясно. Мир Риона пошел по пути специализации.

Три из этих четырех стихий можно легко обнаружить в окружающей природе, и поэтому ими легче оперировать. Маги Воды повелевают дождями, реками, морями и водой во всех ее проявлениях; маги Земли — минералами, почвой, растениями и основными природными процессами; маги Воздуха — ветрами и ураганами. А вот Огонь, так редко существующий в природе сам по себе, более труден в управлении, маг Огня, как правило, создает его сам, и подчинение огненной стихии всегда требует от него больших усилий и концентрации внимания. Зато Огонь является самой разрушительной и мощной из всех природных стихий, именно поэтому большинство чародеев выбирает своей основной профессией боевую магию.

То, что рассказывал мне Лукас, было очень интересно и заставляло меня посмотреть на магию совершенно новым взглядом — как на вполне научную дисциплину. Это было неожиданно. До этого я все же воспринимал ее как нечто плохо организованное и мало управляемое и уж точно не поддающееся никакой систематизации.

— Лукас, а почему нет учебных заведений для магов? Ведь эта идея напрашивается сама собой. Кто-то же должен двигать науку и развивать теорию магии.

— Почему нет? — удивился толстяк. — А ордены?

— Ну, насколько я помню, обучение — сугубо утилитарное. Делай раз, делай два… Плюс всякие ритуалы. Где общая теория магии?

— А она церковникам нужна? — усмехнулся Лукас.

Тут я задумался. С одной стороны, на Светлые земли наседает Инферно и маги нужны Церкви. Особенно боевые. С другой стороны, если ордены заберут слишком много власти, то с чем останется понтифик? Как говорил один киноперсонаж: «Скрипач не нужен».