Властелин Огня - Вязовский Алексей - Страница 44

— Так… Срочно собирайте вещи, будем прорываться этой ночью. Пока весь город веселится и пьет, у нас еще есть шанс переправиться в Микению. А вот завтра, боюсь, уже будет поздно.

Олаф кивнул мне на мешки, стоящие на кровати. Пока я разгуливал по Ируту и драпал от инквизиторов, мои подельники уже успели собраться. Похвальная оперативность.

— Тогда переодеваемся, дожидаемся наступления темноты и уходим через заднюю дверь, не прощаясь. Будем надеяться, что в этой праздничной суматохе никто нас долго не хватится.

— Итак, девушки! Настал тот момент, когда пришло время поговорить нам о предстоящей инициации. Большой инициации. Напомню вам, что, скорее всего, далеко не все из вас выдержат принятие Тьмы. Этого великого дара заслужили только те, кто добросовестно учился и всем сердцем стремился стать одной из сестер Ордена Молчащих. Наверное, в процессе обучения многие из вас не раз задавались вопросом: а чем же сестры нашего ордена отличаются от обычных ведьм, живущих в Светлых землях? Или, как их еще называют, диких ведьм.

Эвета прошла между столами, выдерживая паузу и всматриваясь в лица девушек. Она уже безошибочно научилась определять, кто из учениц не выдержит Большой инициации, но шанс, даже мизерный, она давала каждой. Какая, в конце концов, разница? Все равно все тайны ордена умрут во время ритуала вместе с недостойными, а лишняя жизненная сила, высвободившаяся в момент сошествия Тьмы, не пропадет впустую и пойдет на великое дело. Было ли ей жалко этих девчонок? Нет. Шанс был у каждой из них. А если кому не хватило веры в Аша, сами и виноваты.

— Вы уже знаете, что до появления Империи ведьмы спокойно жили среди людей и поклонялись древним богам Риона. Главной покровительницей наших предшественниц была двуликая богиня Лилит — мать двух сестер, Леи и Тиры, а ведовство было всего лишь колдовством, основанным на связи женщин с природой. Но Оттон, насаждая Церковь Единого, подверг гонениям язычество. Большая часть жрецов предала свою сущность и древних богов — они стали магами и объединились в ордены четырех природных стихий, подчиненные Церкви Единого. Ведьмы в ответ образовали свой Ковен, не подвластный никому, кроме Верховной Ведьмы, за что и были объявлены императором и Церковью вне закона. Их начали преследовать и сжигать на кострах.

Все изменилось, когда в наш мир пришел Аш — бог Тьмы. Он явился нам в образе рогатого демона, чтобы низвергнуть Единого и его Церковь. Тьма изменила сущность ведьм, Аш дал нам свободу и равенство с мужчинами, приравняв сестер из Ордена Молчащих к Темным Лордам. Теперь наша сущность ведьмы пробуждается полностью, когда она принимает темную силу от Аша через ритуал Главной инициации. Дикие же ведьмы — это те, кто не захотел принять над собой власть Аша. Те, кто предпочел остаться жить в Светлых землях и отказался от принесения человеческих жертв во славу нашего Владыки. Ну и к чему привело их чистоплюйство? — Эвета презрительно подняла темную бровь.

— Их практически уничтожили! Жалкие остатки некогда многочисленного Ковена теперь скрываются в горах, трусливо прячась там от инквизиции. Вместо того чтобы примкнуть к нашему Ордену Молчащих и вместе сражаться с нашими врагами. Да что говорить, если они пустили инициацию молодых ведьм на самотек! Никто теперь не стремится обучить их и передать им древние знания, никто, кроме инквизиторов, не ищет в Светлых землях одаренных девушек. И молодые ведьмы сгорают на кострах, даже не понимая, за что их убивают.

Марта, слушая разглагольствования дамэ Эветы, вспомнила вдруг, как во время одного из выступлений их странствующего цирка в приграничном баронстве Фесса она заметила в толпе зрителей необычную женщину. Незнакомка пристально рассматривала ее, но ей явно не было никакого дела до веселых танцев или цирковых номеров. Она лишь неотрывно смотрела на Марту, а когда Валдис хладнокровно поставил девушку к разноцветному щиту и приготовился метать в нее ножи, нахмурилась и недовольно покачала головой. А потом, наткнувшись взглядом на мессира Лимса, вдруг резко развернулась и тут же скрылась в толпе. Может, та женщина и была такой «дикой» ведьмой, разглядевшей в Марте молодую коллегу? Ведь от нее веяло какой-то древней, мрачной магией… Только чего она от нее хотела?

…Эта недолгая поездка вообще была очень странной. Цирк уже ждал их в условленном месте недалеко от границы, когда Марта и ее спутники добрались туда верхом на лошадях. Присоединившись к труппе, они за пару дней пересекли все баронство, дав по дороге всего одно выступление. А вот в городе, где проживал несговорчивый барон, они провели целых три дня и каждый вечер выступали, оправдывая свое появление. Днем же оба Лорда куда-то уходили по делам, приказывая Марте не отходить далеко от их фургона. Уходя в первый день, Валдис указал пальцем на ее шею, где под цветастым шарфом прятался ненавистный ошейник.

— Помни. И не делай глупостей. Ошейник теперь привязан на меня: сбежишь — умрешь.

Да разве можно об этом забыть? Марте хватило и одного урока, данного ей дамэ Эветой. Она вообще не собиралась пока сбегать от темных, по крайней мере до проведения Главной инициации. Сейчас ее целью было вернуть себе язык, а о побеге она будет думать потом. Судя по недовольным лицам Лордов, несговорчивый барон упорно продолжал отказываться от сотрудничества с Инферно, и теперь они собирались наказать его за упрямство. Перед последним выступлением мессир Лимс достал из своего мешка небольшую фляжку, и они с Валдисом начали по очереди засыпать туда какие-то порошки. Марту на это время выставили вон из фургона, но это не помешало ей подглядеть, куда потом Лимс спрятал фляжку. И стоило в ее выступлении образоваться небольшому перерыву, как она быстро метнулась назад к фургону. Открутив крышку, девушка не колеблясь вылила бóльшую часть содержимого фляги в ближайшие кусты, а потом долила туда простой воды из кувшина. Большего она сделать не могла при всем желании — отрава оказалась с весьма специфическим запахом и подмену Темные Лорды легко бы обнаружили. Марта и так сильно рисковала. Теперь ей оставалось только надеяться, что сильно разведенное зелье не нанесет особого вреда жителям города…

— И последнее. — Воспоминания Марты прервал голос Эветы, раздавшийся над самым ухом. — Как вы знаете, ритуал Главной инициации проводится на алтаре Ордена Молчащих. Проводить его буду я, как старшая жрица Ордена в Браоре, мне помогут мессиры Лимс и Валдис. Завтра — тот редкий день, когда один из наших великих ведьминских праздников совпадет с полнолунием, обе луны — белая Лея и голубая Тира — явят себя во всей красе и мощи. Было бы крайне неразумно не воспользоваться таким благоприятным случаем. Испокон веков в такие дни ведьмы проводят ритуалы инициации, и те из вас, кому повезет завтра пройти посвящение и принять Тьму, поднимутся на вторую ступень в иерархии Ордена Молчащих. Обещаю, они навсегда запомнят этот важный день, изменивший их жизнь.

Эвета произнесла еще много высокопарных слов, сегодня она вообще была на удивление многословной. Похоже, не только ученицы волновались перед завтрашним ритуалом — сама дамэ тоже была вся в предвкушении.

Когда вчера дамэ Эвета произносила свое напутственное слово ученицам ордена, предстоящий ритуал не казался им таким уж страшным. Каждая из них в душе надеялась, что уж ей-то удастся пройти его и стать полноценной ведьмой. Но чем ближе подходило время Главной инициации, тем тревожнее на душе у всех становилось. И что самое неприятное — девушки даже не могли ни с кем поделиться своими сомнениями и тревогами, они лишь обменивались понимающими взглядами и дружно тяжко вздыхали. Все ведьмы — дочери природы, черпающие из нее живительные силы. И даже они, ученицы, прошедшие лишь первую ступень инициации, уже с самого утра почувствовали, как их тела быстро наполняются бодрящей энергией, откликаясь на летнее солнцестояние. А уж к вечеру, когда на небосклоне появятся две полноликие сестры Тира и Лея, этот радостный бурлящий поток, по словам Эветы, заполнит их до краев. Но как же страшно становилось при мысли, что сегодня ночью придется принять Тьму от самого Аша. Понятно ведь, что приобщение молодых ведьм к темной силе может состояться одним-единственным способом — через участие в темном ритуале, когда будет принесена человеческая жертва рогатому богу.