Ермак. Начало (СИ) - Валериев Игорь - Страница 72

     Потом был долгий путь по реке на купленной у казака лодке. Целью беглецов была Япония. В последние годы, королева Мин, по словам Джунг Хи, в своей внешней политике сделала резкий разворот от сотрудничества с Японией к сотрудничеству с Китаем и Россией. Поэтому оставаться в Китае или Российской империи Джунг Хи и его семейству было нельзя. Если королева Мин договорилась об их аресте с китайской императрицей Цыси, что помешает ей договориться с императором Александром III. Поэтому решили тихой сапой добираться до Владивостока, а там дождаться корабля в Японию. Деньги были. По реке сплавлялись не спеша. В станицах Албазина, а затем Бекетова и Толбузина закупали всё необходимое для путешествия. Лето стояло тёплое, и Джунг Хи надеялся, что к осени они доберутся до Владивостока. Но, как говорится 'хочешь рассмешить бога, расскажи ему о своих планах', рядом с островом Разбойный им наперерез вышли две лодки с китайскими солдатами. Спасаться пришлось на русском берегу, на котором преследователи убили сына Чхон Пок, а самого Джунг Хи и внучку Мэй циньские солдаты догнали на той поляне, где я и Ромка не дали солдатам их убить. Вот такая история!

     Десять дней мы пролежали в палате вместе. Джунг Хи много рассказывал о своей жизни, руководил действиями внучки, которая готовила отвары для быстрого заживления ран и стимуляции организма, направленной на быстрое восстановление сил. В тех двух мешках, что были у беглецов, находилось множество всяких ингредиентов для изготовления лекарственных средств. Мэй всё время была с нами, уходила к Селевёрстовым только переночевать и за едой для нас болезненных. Тётка Ольга кормила нас вкусняшками, как на убой. Ромка, который помогал Мэй доставлять посуду с пищей, принёс в первый же приход радостные новости. Старейшины в станице решили десять карабинов и десять комплектов амуниции с двенадцати убитых нами солдат и одного офицера передать в нашу школу для вооружения мальков. Всё же старье, которым они были вооружены, передавалось в трофеи. Нахождение в палате на лечении для нас с Джунг Хи по решению старейшин стало бесплатным. Из плохих новостей было известие, полученное по телеграфу о скором приезде комиссии из Благовещенска для расследования нашей стычки с китайскими солдатами.

     Через две недели после ранения, когда рана затянулась и перестала кровоточить, я перебрался к себе домой, где как говорится и стены помогают. Также надо было разобраться с процессом обучения мальков, два месяца они были в самостоятельном плавании под руководством Дана, а теперь Лиса.

     Начал с парково-хозяйственного дня. За две недели дом-казарму мальки при попустительстве Лиса откровенно зас...ли, а это как минимум, понос, а то и дизентерия. Вот чего-чего, а заполучить этот мерзкий и позорный недуг к имеющей ране, совершенно не хотелось. Так что: 'чистота - залог здоровья, порядок - прежде всего'. Лис, получивший хороших трендюлей, вызверился, и за световой день мальки и старшаки навели в доме идеальный порядок.

     В понедельник, когда вёл третий час занятий с мальками по математике в доме, а старшаки тренировались на стрельбище, раздался звук одиночного удара сигнального колокола. Над верхним ярусом овина во дворе хутора была построена наблюдательная вышка, где во время занятий находился дневальный, наблюдающий за окрестностями. Хутор был огражден тыном из высоких бревен, который обновили ещё весной 1889 года. На время занятий, ворота и калитка в частоколе запирались. Нападения мы не ждали, но организованная служба приучала казачат к дисциплине и осторожности.

     Из-за стола, за которым занималось девять казачат-мальков, выскочил дежурный и выбежал из избы. Я продолжил занятия. Минут через пять в комнату, склонив голову в проёме двери, зашёл атаман Савин, а за ним снимая с головы фуражку, проскользнул поручик в синей форме Отдельного корпуса жандармов.

     - Смирно! - скомандовал я и рубанул строевым шагом к поручику. Встав за два шага перед ним и вытянувшись во фрунт, доложил. - Ваше благородие господин поручик, в классе проходит занятие младшей группы в количестве девяти учеников казачьей школы станицы Черняева, старшая группа в количестве десяти учеников занимается на стрельбище. Больных и отсутствующих по неуважительной причине нет. Доложил старший по школе Тимофей Аленин.

     Поручик, оказавшийся мужчиной лет тридцати, невысокого роста, худощавого телосложения, смотрел на меня внимательными и какими-то пустыми или стылыми серыми глазами. От всей его фигуры веяло какой-то не брезгливостью, а я бы сказал отстранённостью. Так смотрит исследователь на лягушку, готовясь её препарировать. Очередная грязная, но необходимая работа.

     - Вот, ты какой, Тимофей Аленин! - практически не разжимая узких губ, произнёс поручик. - А это твоя знаменитая школа?!

     Поручик, пройдя через комнату-класс, заглянул в комнату-спальню.

     - Изрядно... Очень практично всё продумано.

     Поручик вернулся в класс, где застывшими истуканами стояли ученики, я и атаман Савин. Оглядев ещё раз весь класс и, находившихся в нём, поручик, наконец-то, соизволил дать команду: 'Вольно!'.

     - Пошли, Тимофей, на двор, поговорим, - поручик приобнял меня за плечи, направляя к двери.

     - Башуров, продолжить занятия, - повернув голову через левое плечо, скомандовал я Мишке Башурову, которого назначил командиром десятка мальков за его сообразительность и активность.

     Выйдя на двор, поручик присел на лавку у избы и заставил присесть меня.

     - Представлюсь, Тимофей, я Савельев Владимир Александрович поручик Отдельного корпуса жандармов, заместитель начальника отделения при канцелярии Приамурского генерал-губернатора.

     Я судорожно сглотнул, такого внимания к последним событиям я не ожидал. Жандармы в последние годы занимались делами, которые несли угрозу трону и государству. Нарушениями границы по Амуру обычно занималось руководство Амурского казачьего полка, Горная стража, городские исправники, да полицейские урядники в станицах, в зависимости от того, на чьей территории произошло нарушение границы.

     - Удивлён, Тимофей?

     - Да, ваше благородие, - я предельно честным взором уставился в переносицу поручика.

     - Рассказывай, Тимофей.

     - О чём, ваше благородие?

     - Почему ты напал на представителей китайской армии?

     - Для меня они были хунхузами, которые незаконно пересекли границу Российской Империи! - я прямо и твёрдо взглянул в глаза жандарма.

     - Ты, что не видел, что на них одинаковая форма? Вооружение? Что с ними офицер? А понимал, что нападение на них может привести к дипломатическим осложнениям между нашими государствами?

     - Ваше благородие, когда в прошлом году в наших краях уничтожили банду Золотого Лю, в ней тоже все были в форме циньских всадников.

     - Я в курсе этой истории, - жандарм ухмыльнулся. - Причём в курсе того, как на самом деле всё было. И меня, честно говоря, не волнуют все те махинации, к которым прибегло командование полка, чтобы достойно выглядеть в глазах генерал-губернатора из-за гибели его родственников. Но сейчас ты и твой названный брат Роман Селевёрстов могли спровоцировать конфликт между двумя государствами. Ты меня понимаешь?

     - Никак нет, ваше благородие! Любой бандит или вражеский солдат, творящий безобразия на российской земле подлежит минимум задержанию, максимум уничтожению.

     - Ты, дурака то мне не включай, - поручик с раздражением посмотрел на меня. - Всё ты прекрасно понимаешь. Не просто так солдаты пересекли границу, преследуя спасенных тобою старого корейца и молодую девушку. Презрев границу между двумя государствами, преследовать могут только очень важных преступников, за которых ты, кстати, оригинально заступился, уничтожив всех преследователей. Ты понимаешь, что вы убили солдат, которые исполняли свой долг, и теперь возможны осложнения с императрицей Цыси?

     - С такой точки зрения прошедшие события я не рассматривал.