Пепел кровавой войны - Маршалл Алекс - Страница 104

Мордолиз запрокинул голову и завыл протяжно и тоскливо, а затем, словно этого было недостаточно для ответа, опустил морду и оскалился еще шире.

— И что теперь, Мордик? — У Софии пересохло во рту, но она все смотрела на монстра, которого считаные часы назад спасла, рискуя жизнью. — Если... если пообещаю свободу, ты сможешь это сделать? Сможешь пробудить вулкан под Диадемой и принести жертву, которая нужна Хортрэпу, чтобы изгнать Джекс-Тот?

Медленный торжественный кивок был еще ужасней, чем недавнее мотание головой. Глаза демона стали черными, как душа Софии.

— Даже не сомневаюсь, что тебе это охренеть как понравится, — пробормотала София.

Ярость на мгновение пересилила ужас от предательства демона... а потом снова отступила. София посмотрела на него и поняла, что ни хрена не представляет, с кем связалась. Остальные пятеро демонов, которых ее Негодяи вызвали во время того рокового ритуала в Эмеритусе, — пустое место по сравнению с Мордолизом, и София всегда понимала это. Именно она выманила его из Изначальной Тьмы, а не наоборот. Всю жизнь имела дело с демонами, а теперь вдруг подняла шум из-за того, что нынешний ее спутник играет нечестно? Это все равно что возиться с гадюкой, а потом пожаловаться на то, что она тебя укусила.

Но как ни крути, у Софии появился шанс не просто избавиться от этой злой силы, но вдобавок совершить что-то доброе. Шанс спасти этот драный мир... За чужой счет, конечно, но если не забывать о гостеприимстве Диадемы, пришлось бы хорошо подумать, чтобы выбрать другой город, столь же подходящий на роль великой жертвы.

— София... — услышала она шепот Индсорит и оглянулась. Женщина с добрым сердцем, которую дважды чуть не погубил этот ядовитый город, покачала головой. — Не надо.

— Не надо, — присоединился Мрачный, который, похоже, готов был разрыдаться. — Она предупреждала, что вы так и сделаете. Послала остановить вас. И я мог бы остановить. Но не стал. Мне казалось, это было бы неправильно — убить вас за то, чего вы еще не сделали, убить просто потому, что может случиться ужасное, если я не вмешаюсь. Но теперь вы собираетесь это сделать, собираетесь убить людей, которые, возможно, не заслуживают смерти, по той единственной причине, что боитесь попробовать другой способ, лучше, чем этот.

— Нет способа лучше, только хуже. Диадема все равно погибнет, но медленной, мучительной смертью вместе со всей Звездой. — Хортрэп пристально посмотрел на кремнеземца. — Так кто же предупредил тебя, Мрачный?

— Возможно, эти люди ничем не хуже нас, — продолжал уговаривать Софию Мрачный. — Вы убивали их, чтобы спасти друга, и я бы поступил точно так же, но почему вы не подумали о том, что и они могут защищать своих друзей? Ведь все они простые смертные, правда сбившиеся с пути, испуганные, но сражающиеся за своих близких, и разве правильно убивать одних, чтобы спасти других?

— Мрачный, ты сейчас лопнешь от усердия, — сказал Хортрэп так натужно, будто и сам готов был лопнуть. — Ну-ка, соберись, сосредоточься... Кто предупредил тебя о том, что здесь случится? Мы, твои друзья, полагаемся на твою честность.

Какое-то время мальчишка боролся с собой, а затем посмотрел в глаза Софии:

— Безликая Госпожа. В Эмеритусе, в храме Черной Стражи.

— Ни хрена себе!

София не вспоминала об этой голозадой богине уже не один десяток лет. А она, стало быть, все еще шевелит дерьмо и натравливает на Софию своих приспешников? Если только... Она оглянулась на Хортрэпа:

— Думаешь, она именно поэтому набросилась на нас так свирепо? Может, уже тогда знала, что я приду сюда, чтобы сделать выбор?

— Философские дискуссии о предопределенности и свободе выбора могут подождать, — заявил Хортрэп, наблюдая за тем, как щеголь — кто бы мог подумать! — о чем-то беседует с кардиналом.

Словно почувствовав, что колдун смотрит на одного из их лидеров, охранники плотней сжали кольцо, и София задумалась о том, сколько пройдет времени, прежде чем они ринутся в атаку, чтобы затолкать кучку подстрекателей во Врата.

— Кроме того, в нашем путешествии в Эмеритус мы могли отдавить ей любимую мозоль по множеству самых разных причин. Если она действительно богиня этих людей, то не могла благосклонно смотреть, как мы воруем их святыни.

— Вы что-то у них украли? — удивленно спросил Мрачный.

— Как бы то ни было, почему одинокая богиня из покинутой страны должна беспокоиться за Диадему? — подумала вслух София. — Очевидно, она решила, что мы затеяли плохую игру, но означает ли это, что она заглянула в будущее и узнала, что случится после того, как я уничтожу этот город?

— Возможно! — ответил Хортрэп. — Называй ее как угодно — королевой демонов, богиней или нечистым духом, она все равно останется мыслящим средоточием зла, явившимся прямо из Изначальной Тьмы. Разумеется, она хочет остановить тебя и не допустить, чтобы этот город был принесен в жертву. Она знает, что это единственный способ спасти наш мир от вторжения демонов!

— Она... э-э-э... — Мрачный сдвинул брови. — Она не показалась мне такой уж плохой при встрече.

— Она богиня демонов! — процедил Хортрэп. — Не больше и не меньше!

— Мог бы и потише, — проворчала София, заметив, что щеголь и кардинал смотрят в их сторону.

Уже рассвело, и она узнала того самого наследника, чья речь произвела на нее сильное впечатление во время первого заседания Народной Стаи. Этот пожилой человек говорил вполне разумно, но в дальнейшем и он сам, и другие члены его реформированной церкви повели себя ничуть не лучше прежней Цепи, приняв участие в заговоре против двух королев.

— У нас в Юниусе верили, что Безликая Госпожа пожрала свой народ в Эмеритусе, — сказала Индсорит, спокойно воспринявшая все эти разговоры о конце света. — И еще нас учили, что Джекс-Тот постигла та же судьба, — оба народа слишком полагались на своих богов, но те их предали, потому что были вовсе не богами, а просто голодными демонами, которых вызвали священники в тщетной надежде на то, что смогут управлять ими.

Мордолиз фыркнул и попытался просунуть голову под руку Софии, обнимавшую за плечи Индсорит, несомненно рассчитывая подкрепиться так редко гостившей в сердце хозяйки радостью, но она одним взглядом отогнала его. У нее не было желания притворяться, будто он обычный пес, и, вероятно, уже никогда не будет. Но свое подлое дело он уже сделал, Индсорит вывернулась из ее объятий и неуверенно поднялась на ноги, чтобы избавиться от собачьего дыхания. Увидев брошенный Хортрэпом окровавленный черный меч, она улыбнулась и подобрала его. А Хватальщик тем временем настаивал, что дело не терпит отлагательств:

— Каждая минута нашего бездействия стоит жизни многим людям. Друзья погибают, надежда все тает и скоро исчезнет совсем. Пока мы тут разговариваем, Джекс-Тот начинает решающий штурм. Мы должны прогнать армии телепатов туда, откуда они явились, и не допустить, чтобы исполнились ужасные пророчества.

— Армии телепатов? — Это и в самом деле звучало невесело. — Ужасные пророчества?

— Враги способны читать наши мысли, София, — объяснил Хортрэп. — Даже их летучие твари способны проникать в твою голову. Одно из таких чудищ схватило меня, и я чуть не отдал концы. К счастью для Звезды, у меня сильная воля, и я побил врага его же оружием, но при этом оказался настолько близок к гибели, что потом не одну неделю приходил в себя. Я и сейчас еще адски слаб... — София не могла припомнить, когда еще видела Хватальщика таким потрепанным; яркие татуировки поблекли под ушибами и болячками. Перехватив ее взгляд, он добавил: — Эти демоны — самые опасные враги, с какими нам приходилось сталкиваться. Они обмениваются мыслями так же легко, как мы — словами. У них бессчетное количество солдат нечеловеческой природы и еще Врата, возможно даже не одни... И если мы не уничтожим этот канал, они будут получать все новых и новых монстров, пока не принесут в жертву весь род смертных.

— Монстры и жертвы, — вздохнула София. — Каждый раз монстры и жертвы. Как они выглядят, эти телепаты? Похожи ли на нас? Как ты считаешь, они разумны?