365 (СИ) - Либрем Альма - Страница 138

174

10 ноября 2017 года

Пятница

Наверное, никто никогда не видел Регину плачущей. Игорь, по крайней мере, точно. Но дело было не в слезах — в конце концов, это всего лишь солёные капли на чужих щеках, — а в том, как она сделала вид, что просто поправляла макияж, и выдавила из себя такую вынужденную улыбку, что Ольшанскому стало не по себе.

— Отчёт по спринту, — он положил бумаги ей на стол.

— Что? — она подняла на него затуманенный взгляд, а потом поняла, о чём шла речь, поспешно кивнула и схватилась за бумаги, как за верёвку для утопающего, словно могла за ними спрятаться. — Да. Спасибо. Можешь быть свободен.

— Может быть, что-нибудь ещё надо сделать?

— Нет, — ответила Разумовская, поднимаясь. Она опять была в своём мертвенно-сером, холодная и мрачная. — Хотя… Подожди, — Игорь так и остался стоять на месте, но вот она встала и сделала шаг ему навстречу. — Ты уверен?

— Уверен в чём?

Обычно драматические паузы удавались Регине из рук вон плохо, но эта получилась удачной. Она смотрела на него, просто так, молча, холодно щуря глаза, словно пыталась что-то увидеть, а потом выдавила из себя нелепую, больше напоминающую гримасу улыбку.

— В том, что не хочешь согласиться на моё предложение. Это довольно выгодно. Процент от сделки…

— Мне от жизни нужны не только деньги, — покачал головой Игорь. — Я надеюсь всё ещё сохранить хоть часть сил и здоровья для жизни вне работы.

— Когда-то я была очень талантливым программистом, — промолвила она. — И, знаешь, меня даже никуда не брали. Я билась, сколько могла. И ввязалась во всё это, потому что хотела, чтобы…

— Чтобы что? — он покачал головой. — Регина Михайловна. Мы ведь оба прекрасно помним, как вы принимали других на работу. Особенно девушек.

— Они были недостойны, — сцепив зубы, ответила Разумовская. — Ты же сам понимаешь, что, когда кто-то хочет просто крутить одним местом перед коллегами-мужчинами, добра в команде не будет.

— Высокого же вы мнения обо всех девушках в мире.

— Свободен, — прорычала почти Регина. — Тебе ещё рано меня учить. Не лезь не в своё дело!

Игорь посмотрел на неё, словно пытался убедиться в чём-то, а потом кивнул и просто спокойно вышел. Регина, наверное, сказала что-то, выкрикнула ему в спину, но Ольшанский отказался это слышать. Он прекрасно понимал, что рано или поздно всё заканчивается — так закончился путь Регины, как хорошего руководителя.

Она просто боялась признать своё поражение. Но уже, несомненно, проиграла. С таким багажом, с таким количеством проблем, что у неё были, трудно двигаться дальше. Большинство из них она, несомненно, сама себе придумала, но Игорь не считал, что имеет какое-то право её осуждать.

Ему просто не хотелось иметь с Региной общих дел. И, если б не проект, Ольшанский давно бы уволился. Нашёл бы другую работу.

Он остановился в дверном проёме и, не удержавшись, промолвил:

— Вы мне говорили о нашем проекте. О том, как за год изменить свою жизнь. Так вот, какую б мы математику туда ни вшили, она может и не поменяться.

Регина вздрогнула.

— Она меняется.

— Там есть и чёрный интерфейс, — отметил он. — На этом спринте у нас получилась бета-версия. Попробуйте. Возможно, вам понравится этот вариант.

173

11 ноября 2017 года

Суббота

Единственным, о чём Саша из всего обещаний не спешила напоминать, была встреча с её мамой. Игорь не напоминал об этом до вчерашнего вечера, но, преисполненный решимости после разговора с Региной, настоял на том, чтобы они всё-таки встретились.

Ольга Максимовна считала моветоном встречаться дома. В этот раз она выбрала ещё более дорогой ресторан и внимательно наблюдала за тем, как Игорь просматривал меню.

Наверное, она всё ещё ожидала, что он вскочит на ноги, назовёт эти цены неподъёмными, а потом убежит куда подальше и от неё самой, и от её дочери, чтобы больше никогда не возвращаться.

Если б Игорь был студентом, который живёт на одну стипендию, или просто человеком, не слишком удовлетворённым своим уровнем жизни, он, наверное, чувствовал бы себя неуверенно. Но сейчас, настроившись на похожий приём, вёл себя абсолютно равнодушно и даже раскованно. К тому же, официант, бросивший на него сочувствующий взгляд в тот момент, когда Ольга Максимовна оглашала, что именно она будет, явно успокоился и удостоверился в платежеспособности клиента, когда и Игорь с Сашей тоже сделали заказ.

Кажется, он справедливо полагал, что кто-нибудь бедный не ел бы ничего, сидел да попивал водичку или кофе, оправдываясь, что совершенно не голоден.

— Что ж, — Ольга Максимовна закинула ногу на ногу, а потом взглянула на свою дочь так, словно была как минимум английской королевой, попавшей на дурное торжество. — Я надеюсь, вторая попытка нашего знакомства будет более удачной, чем первая.

— Несомненно, мама, — Саша ласково улыбнулась. — Если ты не станешь разыгрывать сердечный приступ, всё пройдёт прекрасно. В других участниках торжества я не сомневаюсь.

Ольга Максимовна бросила на Игоря подозрительный взгляд — ей явно не понравилось, когда он уточнял, какие блюда содержат чеснок, — и покачала головой.

— Ты очень жестоко относишься к бесплотным попыткам своей матери спасти твою жизнь и тебя саму от глупостей.

— Я в восторге от того, что вы так хорошо обо мне думаете, — усмехнулся Игорь. — Несомненно, мне стоит польститься, что меня не называют, к примеру, вором?

— Сашенька, — женщина посмотрела на дочь, — расскажи мне лучше, как твои дела. Не будем портить вечер ссорами, хорошо?

Её желание вряд ли было особенно искренним, но Игорь заставил себя хотя бы как-то улыбнуться, пусть получилось не слишком искренне. В конце концов, Саша не заслуживала на то, чтобы сидеть тут и слушать, как они будут переругиваться, а в конце концов рассорятся окончательно.

— Всё замечательно, — ответила Александра. — Раздумываем, как именно пройдёт наша свадьба.

Игорь бросил на неё быстрый взгляд, а потом посмотрел на будущую тёщу. Та выглядела так, словно только что съела что-то очень кислое, и, признаться, совершенно не скрывала собственные эмоции.

— Вам не кажется, что вы слишком спешите? — уточнила она. — Лучше хорошо подумать сначала…

— Чем потом сбегать из-под венца, — подтвердил Ольшанский, за что получил пинок от Саши под столом. — Да. Мы с Александрой хорошо подумали.

— И я уверена, — с нажимом промолвила девушка, — что мы не совершаем ошибку. Можешь не предупреждать меня о том, к чему приводят опрометчивые решения, мама.

Судя по исказившемуся от раздражения лицу, Ольга Максимовна все намёки истолковала верно.

— Так что насчёт свадьбы? — спросила она, пытаясь улыбаться, хотя получалось очень плохо. — Я надеюсь, вы уже составили список гостей, заказали ресторан, а ты нашла свадебное платье? Лучше заказывать у портного, впрочем. Когда у вас церемония?

— Роспись второго декабря, — ответил Игорь прежде, чем Саша успела сориентироваться. — И мы решили обойтись без ресторана. И без тьмы гостей.

— И без платья, — подытожила Саша. — Потому ты зря переживаешь, мама. Мы со всем справимся и так.

По реакции Ольги Максимовны трудно было однозначно сказать, как она отреагировала на эту идею — как на некое преступление или куда более положительно, чем можно было подумать, судя по выражению её лица. По крайней мере, женщина не сказала ни одной гадости в первые пять минут, а потом выдавила из себя недовольный вопрос:

— И чья же это была идея?

— Моя, разумеется, — безропотно ответила Саша. — Ты же знаешь, что у меня нет ни друзей, ни большой семьи. Как бы я выглядела на фоне всех знакомых, коллег и родственников Игоря?

Ольшанский представил себе собственную мать на своей же свадьбе — между прочим, с ужасом представил, — посмотрел на утончённую, хотя и довольно злую и стервозную Ольгу Максимовну и подумал, что очень сочувствует своему отцу.