365 (СИ) - Либрем Альма - Страница 113

— Ты правда этого хочешь? — всё ещё не скрывая удивление в голосе, спросил Игорь. — Действительно? Никакого громкого праздника, никакого пышного платья и никаких гостей?

— Нет, если тебе это нужно, то я готова…

— Да не нужно! — вновь громко воскликнул Игорь, и девушка предостерегающе прижала палец к его губам. — Всё, что мне нужно от этого действа — чтобы ты стала моей женой, — он повиновался и стал говорить шепотом. — А если при этом на тебе не будет напоминающей тюль фаты, а нас не будет сопровождать двести человек свиты, это же просто прекрасно! Распишемся и лучше съездим куда-то в отпуск. Хочешь?

— Хочу, — кивнула Саша.

— Мне повезло. Мне попался ангел, — искренне отозвался Игорь и потянулся к девушке, запечатлевая на её губах быстрый, но страстный поцелуй.

Саша не успела ретироваться на дальний край кровати, и Ольшанский заключил её в объятия. Кожа девушки была почему-то ледяной наощупь — всё-таки, в квартире было слишком холодно, — и она вздрогнула, прижимаясь к нему всем телом.

И не факт, что только в поисках тепла.

— Ты с ума сошёл, — прошептала Саша. — Она же не спит.

— Она и час назад не спала.

— Но уже за полночь! Нам утром на работу! — запротестовала девушка, но все её возмущения утонули в следующем поцелуе.

…А на работу можно было, если что, прийти и на десять. И Валерия не сахарная, не растает, если ей один раз придётся поехать в университет на троллейбусе.

212 — 211

212

3 октября 2017 года

Вторник

Хотя их рабочий график был далёк от свободного, Регина не сказала ни слова в ответ на их поздний приход. Охранник проводил недоумённым взглядом, но тоже воздержался от комментариев, справедливо решив, что это его совершенно не касается. В офисе, разумеется, от любопытных взоров было немного тесно, но с прямыми вопросами никто почему-то не подходил. Игорь, впрочем, надеялся на то, что завтра утром не услышит какую-то новую сплетню. Их дружный и отнюдь не женский коллектив каким-то образом умудрялся разносить новости со скоростью света, а уж перевирать их — и того более, но иногда у них случались порывы порядочности.

Ольшанский приступил к работе с неожиданным вдохновением. Последние несколько недель он был загнан, не имел времени сосредоточиться на разработке и допускал просто смешные ошибки, но сегодня вообще был хороший день. Он искренне ожидал, что Саша сбежит в последнее мгновение из ЗАГСа, а подавать заявление вместо неё будет либо фантом, либо взятка, данная нужному человеку. Игорь же не обладал сверхсилами, позволяющими создавать фантомы, и уж совершенно не умел давать взятки, так что мероприятие было под угрозой.

Прищурившись, он склонился к экрану, присматриваясь к пометкам, почему-то высвечиваемым самым мелким шрифтом. Следовало опять приступить к настраивании среды, он даже предполагал, кто именно приложил сюда свою шкодливую руку.

— Можно вопрос? — Дима оттолкнулся от своего стола и на крутящемся стуле подъехал к Игорю. Вставать ему явно было лень, вероятно, после очередной бессонной ночи в доме с маленьким ребёнком. — Как ты предполагаешь, сделать здесь дополнительную перемычку, или просто слить всё в одну функцию?

Игорь всегда был приверженцем принципа разделения, но сейчас вынужден был присмотреться к ветви архитектуры.

— Лучше в одну, — подумав, принял решение он. — Нечего плодить никому не нужный код.

— Ты сегодня при параде, — отметил Дима. — Костюм, как на свадьбу.

— Почти, — уклончиво ответил Игорь.

Коллега только понимающе усмехнулся.

— Свадьба на двести человек и вся её родня у вас на шее? — полюбопытствовал он. — Моя жена не отстала, пока не выбила с меня финансирование на весь этот дурацкий пир.

— А? Нет, — с усмешкой ответил Игорь. — Наоборот. Попросила обыкновенную роспись.

Они в унисон повернулись к Саше, и Дима уважительно кивнул. Кажется, принципы Александры ему были по душе.

— Завидую, — ёмко произнёс он. — Между прочим, редко какая женщина откажется от этого безумного праздника.

— Знаю, — кивнул Игорь, — и считаю, что мне ужасно повезло. Что-нибудь ещё? — он кивнул на распечатку.

— Нет, дальше сам. Спасибо, — Дима откатился обратно и застучал пальцами по клавиатуре в разы быстрее, чем обычно.

В комнате вновь воцарилась тишина, и Игорь принял это за отличную возможность поработать. Но не успел он вновь вникнуть в код, как на стол упала тень — кто-то заступил собой лучи осеннего солнца, сквозь окно заливавшие комнату.

Ольшанский нехотя оторвался от работы и посмотрел на нависшего над ним Севу, бледного даже в сравнении с его обычным состоянии, мрачного и, кажется, злого — или очень сосредоточенного.

— Надо поговорить, — его тон фонтанировал недовольством, но Игорь только пожал плечами и поднялся.

— Выйдем? — это был риторический вопрос.

Сева послушно последовал за ним в коридор. Игорь осторожно прикрыл за собой дверь и вновь взглянул на Всеволода. Тот вдруг показался ему смешным, а внезапная бледность отлично оправдывалась неожиданно ярким красным свитером, в котором парень явился на работу. Во всём остальном же ничего не изменилось. Сева был привычно растрёпан, небрежен и, как и обычно, не следил за собственным внешним видом. Игорю и собственная ревность показалась абсурдной, хотя прежде вспыхивала без его разрешения. Когда Саше оказывал знаки внимания Эндрю, это было куда более логично, чем самые отчаянные ухаживания со стороны этого человека.

А вместе с осознанием вдруг пришла жалость. Всеволод, с его сгорбленными плечами и затравленным взглядом, больше всего напоминал испуганного ребёнка.

— Я хотел попросить, — начал он дрожащим голосом, — по поводу перевода на другой проект… Меня вряд ли куда-нибудь возьмут…

Отправить этого чудака куда-нибудь в самый разгар работы или впритык к дедлайну — это обречь его на увольнение. С ним никто играть не будет, потребуют полной отдачи, а Всеволод с этим физически не справится. Не только он. Игорь знал, что и он сам не вникнет за три дня в новый, наполовину реализованный проект.

За такую резкость внезапно пришло чувство стыда. Игорь вспомнил себя, когда только-только пришёл на фирму. Ему тогда тоже казалось, что все вокруг работают неправильно, он фонтанировал идеями — и лид его команды не знал, как отвязаться от молодого сотрудника. С годами, с опытом приходило понимание, что надо держать язык за зубами, побольше думать головой и учитывать специфику коллектива, не лезть другим на глаза и выдавать только проработанные идеи.

Но бешенный энтузиазм, а не умение лавировать, привел его на нынешнюю должность. И именно работоспособность и неуёмное желание творить что-то новое — никем не понятое и не принятое ни в семье, ни теми девушками, с которыми он имел несчастье встречаться, ни даже тогдашней компанией друзей, — дали ему статус, уважение и возможность заниматься любимым делом и крутить носом, когда Регина что-то предлагает.

— Знаешь, — промолвил он, хотя ещё час назад горел желанием вытолкать Всеволода пинками из кабинета, — оставайся на нашем. Свыкнешься как-нибудь. Дерзить со временем всё равно перестанешь. Всё равно ведь многое сделал по-своему, я правильно понимаю?

Сева растерянно кивнул.

— Это нормально, — продолжил Ольшанский, — когда есть талант, а мало опыта. Но свои умения постарайся держать при себе. Не то чтобы я был против новых идей со стороны сотрудников, не подумай, — Ольшанский вздохнул, — но часто они бывают неуместны. И мешают работе.

— Я не…

— Если ты думаешь, что я начинал иначе, то ошибаешься, — Игорь ободряюще улыбнулся. — Но только когда ты наберёшься опыта и сможешь сдерживать свои эмоции, можно будет говорить о более серьёзных задачах.

Казалось, Всеволод был шокирован.

— Спасибо, — выдохнул он, но Игорь только покачал головой.

— Потом поблагодаришь. Когда исправишься, — промолвил он. — А пока учись, стажёр.