Принадлежащая медведю (ЛП) - Хоффа Тамара - Страница 29

— Это еще предстоит выяснить. Я за Элис. Если увижу, что ты ей подходишь… мы просто подождем и посмотрим, — с этими словами она повернулась, чтобы найти свою пару.

Девушка нашла Берна сидящим за одним из многочисленных столов для пикника со своей сестрой Джулией, Джеймсом и несколькими другими, которых она не узнала. Подойдя к нему сзади и положив руку ему на плечо, он потянул ее к себе на колени.

— Привет, милая, — сказал он. — Познакомься с еще несколькими членами клана, это мои сестры, Андреа и Дагмара и их мужья, Арти и Кевин.

— Привет, я не знала, что семья Берна будет здесь сегодня вечером. Приятно с вами познакомиться. Я не могу дождаться, ужина в среду, когда мы сможем собраться вместе, и поговорить по-настоящему, — сказала Дженна.

— Я тоже, — ответила Андреа. — А как же твоя семья, когда мы с ними познакомимся?

Дженна почувствовала, как щеки покраснели.

— Я пока не уверенна. Мои родители должны приехать на Рождество. У нас еще не было возможности рассказать им, учитывая все происходящее. Мы собирались позвонить им сегодня вечером и сообщить хорошие новости, — сказала Дженна с улыбкой.

— О, — нахмурилась Дагмара. — Как ты думаешь, они не будут против? У них проблемы с оборотнями?

Дженна решительно покачала головой.

— Нет, вовсе нет. Мои родители очень открыты. Они очень поддерживали меня, когда я получила здесь работу. Единственное, что им не нравилось, так это то, что это было так далеко от них. У них нет проблем с оборотнями.

— Да, но одно дело сказать это, и совсем другое — столкнуться с тем, что твоя дочь спаривается с одним из них, — пробормотала Дагмара.

Гнев начал гореть в животе Дженны, как эта свинья может судить ее родителей? Ради всего святого, она даже никогда с ними не встречалась.

— Полегче, малышка, — прошептал ей на ухо Берн. — Кевин был человеком, и его родители не очень хорошо приняли их спаривание. Дагмара немного расстроена. Не принимай это на свой счет.

— Как я могу не принимать это на свой счет, она нападает на моих родителей, и она даже не знает их. И я сказала тебе прекратить это делать. Мне не нравиться, когда ты копаешься в моей голове!

Берн засмеялся и потерся носом о ее шею.

— Ничего не могу поделать, малышка. Я здесь, просто чувствую твои эмоции, особенно когда они сильные. Пожалуйста, не задуши мою сестру. Я знаю, что у меня их пять, но остальные будут скучать по ней.

Это рассеяло гнев Дженны, и она рассмеялась.

— Ладно, пусть живет… пока.

— И кстати, ты назвала ее свиньей, — поддразнил он.

— О, Боже, я так сделала, ты слышал? — Дженна закрыла рот руками и истерически рассмеялась. Все за столом смотрели на нее так, будто у нее выросли две головы, что заставляло ее смеяться еще громче.

Когда она, наконец, взяла себя в руки, ее голова лежала на плече Берна, а он держал ее дрожащее тело, чтобы она не упала на землю.

— Прости, — она икнула.

— Хочешь рассказать нам шутку? — Спросила Джулия. — Мне бы не помешало посмеяться.

Берн покачал головой.

— Эм, нет. Это только для нас двоих.

Слава Богу, Себастьян и его свита выбрали этот момент, чтобы подойти. Берн поставил Дженну на ноги и встал.

— Берн, мы чудесно провели вечер. Мы собираемся уйти прямо сейчас.

— Большое спасибо, Себастьян. Мы тебя проводим, — Берн кивнул семье и повернулся, чтобы проводить гостей к входной двери, положив руку на спину Дженны.

Внедорожник Себастьяна стоял у богато украшенных передних дверей, один из его волков, очевидно, подогнал автомобиль. Его охранники окружили их на крыльце, и Дженна, Берн и Себастьян разделили этот момент.

Себастьян впервые посмотрел на Дженну.

— Ты, моя дорогая, прекрасная леди и будешь прекрасной парой Главы. Спасибо, что позволили мне участвовать в вашей церемонии. Он поцеловал ее в обе щеки, и на этот раз Берн не зарычал.

Затем он повернулся к Берну, взгляд, которым они обменялись, был долгим и полным скрытого смысла. Дженна могла только гадать, чем они делились через их связь.

— Спокойной ночи, брат, — сказал он, обнимая Берна.

— Спокойной ночи, брат мой, — ответил Берн.

Дженна могла поклясться, что глаза обоих мужчин были подозрительно на мокром месте, когда они разошлись, хотя она была уверена, что они оба будут это отрицать.

***

Наконец, все разошлись, и в доме стало тихо. Дженна и Берн сидели в гостиной, уютно устроившись на диване перед потрескивающим огнем, потягивая горячий шоколад и отдыхая от дневного стресса.

Берн поиграл локоном ее волос.

— Ты готова позвонить родителям? — Спросил он.

Дженна прижалась ближе и тихо вздохнула.

— Да, наверное.

— Ты ведь не нервничаешь, правда?

— Нет, не совсем так. Волнуюсь, немного нервничаю. Я знаю, что мама и папа будут любить тебя. Где моя сумочка? — Она подняла голову, чтобы осмотреться.

Берн вытащил телефона из чехла на ремне.

— Мой телефон прямо здесь, просто используй его. Тогда я сохраню их номер, — сказал он с улыбкой.

— Точно, — Дженна взяла телефон и набрала номер.

Мать ответила на втором гудке.

— Дом Рэйн. Чем я могу вам помочь? — Незнакомый номер заставил говорить ее официальным тоном.

— Привет, мам, это Дженна.

— Дженна! Откуда ты звонишь? Все в порядке?

— Успокойся, мам. Все отлично. Я звоню с… телефона жениха.

— Жених! Ты сказала…? Бартон! Тащи сюда свою задницу, твоя дочь только что сказала, что у нее появился жених!

Ее отец взял другую трубку.

— Малышка, это ты?

— Нет, папочка, это твоя вторая дочь. Конечно, это я. Как поживаешь?

— В полном порядке. Что это я слышу о женихе?

— Я помолвлена! Его зовут Берн Хэлмс, он здесь, он хотел бы поговорить с вами.

Дженна протянула Берну телефон.

— Здравствуйте, мистер и миссис Рэйнс. Приятно с вами познакомиться. Жаль, что мы не встретились лично, но это скоро произойдет. Я очень люблю вашу дочь, мы уже спарились и поженимся, как только все уладим.

— Спарились? — Сказал Бартон. — Я так понимаю, ты оборотень?

— Да, сэр. Я — медведь гризли. Глава клана.

— Хорошо, тогда ты никогда не причинишь вреда моей дочери.

Берн вытянул телефон и посмотрел на него, из всех ответов, которые он себе придумал, этот даже не приходил на ум.

— Нет, сэр. Я бы никогда не навредил своей Дженне. Я умру, чтобы защитить ее.

Бартон рассмеялся.

— Ты меня неправильно понял, сынок. Ты думаешь, как оборотень. Я знаю, что ты будешь держать ее в физической безопасности, но я имел в виду, что ты никогда не причинишь ей эмоциональной боли. Никогда не изменишь ей, не сваляешь дурака, как эти тупые молодые панки, которым нельзя доверять настолько, насколько это только возможно.

Кассандра вмешалась.

— Не могу дождаться встречи с тобой, Берн. Мы планировали приехать на Рождество, но, возможно, мы перенесем приезд и приедем на День Благодарения. А ты как думаешь? Бартон, ты мог бы поехать?

— Посмотрим, Кики. Где моя дочь, она подслушивает?

— Я здесь, папа, — сказала Дженна, Берн держал телефон, чтобы они оба могли слышать.

— Я так счастлив за тебя, детка. Если твоя мать добьется своего, а ты знаешь, что она это сделает, мы будем у вас в ноябре, но поговорим с тобой в следующее воскресенье.

— Мы любим тебя, — сказали родители.

— Я тоже вас люблю, — сказала Дженна, и они оба повесили трубку. Берн положил телефон обратно в чехол на поясе, а Дженна положила голову ему на плечо. — Все прошло хорошо.

— Да, это так. Твоему отцу, похоже, все равно, что ты спарилась с оборотнем.

— Я же говорила, что он не против.

— Я знаю, но должен сказать, что у меня были свои сомнения.

Дженна села и посмотрела ему в глаза, в которых отразилась боль многолетних предрассудков. Она наклонилась и нежно поцеловала его в губы, проведя пальцами по его лохматым каштановым волосам.

В течение долгих минут они нежно ласкали и целовали, страсть взяла верх над ласками. Руки Дженны путешествовали по мускулистой спине Берна, постоянно перемещаясь, изучая его тело.