Принадлежащая медведю (ЛП) - Хоффа Тамара - Страница 14

— Нет, большинство людей этого не делают.

— Ого, это действительно здорово.

— Да, это удивительный дар. В любом случае, я не смогу поговорить с тобой, и я не могу вернуться за несколько минут. Для изменения требуется много энергии. Так что просто сиди спокойно со мной и жди. Хорошо?

— Да.

— Ты готова?

— Да.

Берн встал и подтолкнул журнальный столик в другой конец комнаты, затем начал снимать одежду.

— Что ты делаешь?

— Снимаю одежду.

Дженна почувствовала, как покраснели щеки.

— Зачем?

— Потому что, если я изменюсь с ними, я либо разорву их, либо задушу себя.

Ха, еще бы, Дженна, ты действительно не думаешь сегодня.

— Никогда об этом не думала. Я подумала, что они, наверное, просто исчезнут и снова появятся, когда ты изменишься обратно.

— Черт, это был бы хороший трюк. Я бы сказал, что это спасло бы меня от многих смущающих ситуаций в прошлом, но нет, так не бывает.

Дженна прочистила горло и посмотрела на пол.

— Ты не увидишь меня, если будешь смотреть на коврик, — поддразнил Берн. — Знаешь, непохоже, что ты не видела меня голым раньше.

— Это было по-другому, — проворчала Дженна.

Берн рассмеялся.

— Это твой выбор, но не жалуйся мне, если пропустишь шоу.

Дженна подняла глаза и посмотрела на него. Берн выглядел самодовольным ублюдком, и в следующий момент ее мужчина стал медведем… ну, большим медведем. Не было звука трещин костей или другого шума, как она ожидала, без вспышки белого света, на самом деле это было так быстро, если бы она моргнула, она бы пропустила это. Одна минута он был человеком, а затем стал медведем. Магия.

Некоторое время он стоял на задних лапах, поражая ее своими размерами. Берн стоя был около десяти футов в высоту, покрытый коричневым мехом с легким золотом на концах. Его шоколадно-карие глаза стали теперь насыщенного янтарного цвета, а когти длиной более двух дюймов торчали от конца лап.

Медведь упал на четвереньки, а затем лег на живот, и положил голову на лапы, и Дженна поклялась, что он пытается невинно выглядеть. Он кивнул головой и зарычал.

Дженна скользнула на край дивана и помахала пальцами Берну.

— Приветик.

Большой медведь наклонил голову набок и вывалил язык. О, боже мой, этот язык очень длинный. Дженна спустилась на пол и поползла к Берну. Он рыкнул на нее, и она рассмеялась. Когда добралась до его головы, спросила.

— Можно я поглажу тебя? Я забыла спросить, прежде чем ты изменился.

Большой медведь неловко кивнул головой, и Дженна нежно погладила мех между его глаз. Он подполз ближе, пока его голова не опустилась на ее колени, и она почесала за ушами. Звук, похожий на мурлыканье, резонировал в груди медведя.

— О, тебе это нравится, не так ли?

Дженна была поражена ощущением меха медведя. Внешняя сторона была грубой и жесткой, почти жирной, но снизу была мягкой. Она наклонилась лицом ниже, чтобы прижаться к его шее, и все, на ее коленях больше не было большого пушистого медведя, но зато полностью возбужденное обнаженное мужское тело.

В мгновение ока она оказалась на спине с обнаженным телом Берна, накрывающим ее. Его возбуждение прижалось к ее бедру, когда его губы захватили ее в поцелуе, она могла бы подумать о том, что бы отказаться от мороженого с двойным шоколадом.

Берн поцеловал ее веки, щеки, нос, шею, затем приподнялся и посмотрел ей в глаза.

— Мы не должны были этого делать… я не думал, — он заточил свою эрекцию против нее и осыпал ее поцелуями, в безумном движении.

Дженна положила руки по обе стороны от его лица, останавливая его движения. Его нижняя часть тела продолжала покачиваться.

— Что случилось, Берн? Что не так?

— Мой медведь… он хочет тебя сейчас. Хочет спариться. Хочет отметить тебя. Сделать тебя нашей навсегда. Я не знаю, смогу ли его удержать. Тебе нужно уйти.

Дженна откинула голову назад, и он уткнулся лицом ей в шею. Он держал ее крепко, но так осторожно, что она чувствовала себя защищенной, в безопасности и любимой. Нет, она не собиралась уходить. Несмотря на любые отговорки, которые она имела в отношении парной связи, она уже была влюблена в Берна. Может быть, богиня все-таки знала. Она была уверена, что они должны быть вместе, и она была готова сделать следующий шаг.

Она погладила сзади мохнатые волосы, которые обожала.

— Все в порядке, детка. Я никуда не уйду, только наверх, с тобой, — Берн отстранился и посмотрел на нее сверху вниз. — Возьми меня и сделай своей парой, — сказала она, и слезы наполнили ее глаза.

Ее большой голый медведь шел с ней на руках и не остановился. Он поднялся по лестнице, переступая по две ступеньки, пока не добрался до спальни на втором этаже. Дженна не успела сделать больше, чем взглянуть на большую спальню, прежде чем упала в центр очень большой мягкой кровати. Она не подпрыгивала, вверх как подушки, так как толстое серое покрывало поглощало ее вес. Берн подошел к ней и начал снимать одежду, прежде чем она успела моргнуть.

— Прости, малышка. Я не могу действовать медленно, но обещаю, что удостоверюсь, что ты готова для меня, — прорычал Берн, когда последняя часть из ее одежды перелетела через плечо.

Честно говоря, его нетерпение и волнение должно быть заразное, потому что Дженна была горячей, как ад. Пещерный человек, или она должна сказать медведь, сделал ее мокрой, также как делал «Супер Майк» когда танцевал для нее приватный стриптиз танец.

Берн раздвинул ее колени и лизнул киску снизу-вверх. Она вздрогнула и выгнулась на кровати, выкрикивая его имя. Он обвел языком ее клитор и ввел палец во влагалище, толкаясь глубоко, пока не нашел ее сладкое местечко. Он добавил второй палец, набросился и сосал клитор, и массировал эту волшебную точку внутри, пока она не прокричала его имя.

Он продолжал входить и выходить пальцами, замедляя ритм и нежно облизывая клитор, пока не почувствовал, как она задрожала. Его пальцы выскользнули из киски, и он поцеловал ее округлый живот, остановившись, чтобы поиграть с пупком. Его руки поднялись, чтобы обхватить ее грудь, сжимая и щипая ее тугие соски. Похоже, была нить, соединяющая ее соски с ее киской, и каждый раз, когда он сжимал их, оба органа вибрировали.

Берн играл с ней как виртуоз. Ее тело — его инструмент. Он целовал, ласкал, сжимал и щипал, пока она не вздрогнула на грани оргазма, даже если он еще даже не проник в нее. Наконец добравшись до ее рта — долго целуя ее, Берн имитировал то, что делал, что бы она кончила. Подойдя к тумбочке за презервативом, Дженна прошептала ему на ухо.

— Я на таблетках.

Он отступил назад, чтобы посмотреть на нее сверху вниз.

— Я никогда не брал женщину без защиты, — его тело задрожало.

— Мне кажется, тебе нравится эта идея.

Он уткнулся ртом в складку ее шеи и плеча и его член вошел в ее горячую киску. Дженна выгнулась на кровати и прокричала его имя в экстазе. Никогда не было так хорошо.

— Дженна, моя Дженна, — бормотал Берн снова и снова, когда входил и выходил из нее. Руками обняв ее плечи, удерживая на месте для толчков. Быстрее и быстрее, тяжело и сильно, он вонзался в нее, крича ее имя.

Он потянулся между ними и нажал на клитор, последний небольшой стимул, который должен бросить ее через край, и, когда она откинулась назад, Берн укусил плоть между шеей и плечом, кончая в этот момент.

Произошла кратковременная вспышка боли, а затем Дженна почувствовала второй оргазм, как никогда прежде в ее жизни. Если нормальный оргазм был фейерверком, этот был звездой, суперновой. Вселенная взорвалась, ее тело разбилось на миллион частей, и было расслабленно. Каждая мышца в ее теле судорожно сокращалась, она выгнулась на кровати, на мгновение она была уверена, что летает, а потом все заволокло черным.

Когда она открыла глаза, Берн был рядом с ней, и на голове было что-то холодное. Она потянулась к прохладному полотенцу.

— Что случилось?

Берн посмотрел на нее с дерзкой усмешкой.