Черная ведьма в академии драконов - Мамаева Надежда - Страница 56

Она качнула головой в сторону выхода, и мы поняли друг друга без слов.

Мы встретились с белокурой недалеко от посадочной площадки для метелок. Под тем же деревом.

– Не знаю, как ты сумела вывести непрошибаемого самоуверенного Молота из себя… – с этими словами она протянула кошель.

Я же про себя лишь хмыкнула. Как говорила ба: даже самый уверенный в себе мужчина начинает тушеваться, когда осознает, что он не может быть мужчиной в полном смысле этого слова. Сдаётся мне, что после моего отбытия Молот не раз уверился с той рыжей в своей мужской несостоятельности.

Татия между тем добавила:

– Если бы я не была точно уверена, что в стены Академии не может проникнуть ни одна черная ведьма, то обязательно бы решила, что ты из темного племени.

– С чего бы? – я прищурилась.

– Только ведьмы способны ради денег сотворить невозможное.

– А светлые разве нет?

– Нет. Светлым для этого нужно еще кое-что.

– И что же? – полюбопытствовала я.

– Знамя добра. Именно под этим штандартом порою может быть сотворено то, что не снилось ни одному темному.

В ее словах была потаенная горечь. Словно она на собственном опыте знает, о чем говорит.

– Ну, будет считать, что я мстила за тебя. За твои мечты и надежды.

– Значит, моя настойка у тебя?

– Какая настойка? – сделала удивлённые глаза.

Татия печально улыбнулась, и в мою руку опустилось еще пять золотых.

– Блеквуд, с тобой нужно либо дружить, либо тебя убить. Ибо, сдаётся, ты слишком много знаешь.

– У толкового некроманта и трупы тоже порою чересчур болтливы.

– Делать нечего, значит, придется дружить, – иронично ответила Татия.

В итоге мы расстались весьма довольные друг другом. Положив кошель в сумку, я направилась к себе. Переоденусь – и пора будет идти на тренировку. Но не тут то было. По дороге через парк дорогу мне заступили.

Мрачный, нависающий как скала и грозный, как само возмездие за порушенную репутацию и не только, он стоял и буравил меня взглядом. Была бы светлой – испугалась бы до дрожи. А так. Ну хотят меня убить в очередной раз. Что тут такого. Рабочая, можно сказать, рутинная обстановка.

– Ви, у меня лишь единственный вопрос: зачем? – Гард сложил руки на груди.

– Что «зачем»? – я решила, что роль дурочки мне весьма к лицу.

– Зачем ты довела Молота до нервного тика и почти бреда? Он сейчас лежит у целителей. Несет какую-то чушь про богиню и ее возмездие.

– Как догадался? – отбросив притворство, вопросила я.

– Так быстро и качественно испортить жизнь может только черная ведьма. А в Академии на эту роль подходишь лишь ты, Ви.

Признаться, комплимент меня порадовал. Потому решила, что Γард достоин честного ответа.

– Мне просто захотелось тепла.

– Душевного? – подозрительно уточнил дракон. Вот ведь. Еще немного, и он в темных начнет разбираться не хуже самих выходцев из черных земель.

– Нет, песцового.

Гард нахмурился. Пришлось пояснить:

– Скоро зима. Вот я и подумала, что лучше я буду носить песца, чем этот упитанный зверек явится ко мне лично. Живой, здоровый, и вещающий, о том, что мне пришел каюк.

– Ви-и-и-и, – простонал Гард и помотал головой.

А я что? Я ничего. Решила, что разговор закончен и попыталась обогнуть драконистое препятствие. Но пепельный, судя по всему, считал иначе. Он схватил меня за локоть и предостерегающе произнес:

– Ви, чтобы ты еще куда-то не вляпалась или чего не натворила, учти: я буду за тобой следить.

Глава 14

Ведьма во мне на это заявление фыркнула. Ведьма сильно оскорбилась и, постучав коготками, промолвила: «Посмотрим». Но то внутри. Α внешне я лишь улыбнулась.

Наши взгляды встретились. И я потерялась. На миг. На сотню лет. И тут Гард вздрогнул. Отпустил мою руку и остервенело зачесал плечо.

– Ви, опять твои шутки!

– Какие еще шутки? – возмутилась я, на этот раз для разнообразия абсолютно невиновная.

– Твой плющ не просто чешется, он жалит…

– Это нормально, – заверила я и мстительно добавила: – Зато твой дракоша только ест и спит. В последнее время даже не материализуется.

Γард помрачнел.

– Совсем не появляется? А ползает?

– Да нет же… – и я начала понимать к чему клонит дракон. Это у темных меты могут по нескольку раз засыпать и просыпаться перед полной инициацией. – Ты хочешь сказать…

– Что ты можешь стать драконицей, – подтвердил мою догадку Гард. – Но обычно между слиянием и затихшей метой проходит три-четыре седьмицы.

– Полная луна будет через две. Сразу же после окончания турнира, – прикинула я. – Успеем поменяться обратно.

Гард на это ничего не ответил. Впрочем, и я была не расположена к разговорам. За сим мы и расстались, чтобы встретиться совсем скоро, на тренировке.

Сегодня отрабатывали энергетические щиты. Атакующие, и пепельный в том числе, были скорее наблюдателями. А мне, Йоле и Харишу досталось по полной.

До кровати я буквально доползла.

Новый день начался у меня просто «прекрасно». С лекции Фабиуса, который с улыбкой демона-искусителя на устах «обрадовал», что сдача рефератов совсем скоро. При этом не преминул особо паскудно усмехнуться лично мне. Я приуныла. Если с теорией удалось разобраться, то перерисовка рун и расшифровка их взаимного влияния на теле этого архимага Энпатыра Медная Кирка была невозможна без визита в усыпальницу. А оная находилась в храме семи богов, рядом с центральной площадью Йонля.

Мысленно прикинула сроки. Выходило, что посетить мне ее надо в ближайшую седьмицу-две. И мое уныние превратилось в злость, когда бесит абсолютно все.

А если ведьма злая – она решительная. Не откладывая дело на дно сумки, после обеда я отправилась на площадку, к которой швартовались общественные пассажирские лодки. Но благополучно добраться до нее мне не удалось.

Появившийся словно из-под земли Гард без какого-либо приветствия вопросил:

– Куда направилась?

– Самоубиваться, – честно призналась я.

– Тогда я с тобой, – не спрашивая моего согласия, заявил наглый дракон.

– Ну уж нет. Процесс самоубиения – интимный. Мешать ему – кощунство.

– Так я мешать и не буду. Могу даже топорик над шеей подержать, стульчик из-под ног выбить… – заявил Гард со столь заботливой и сладкой интонацией, после которой в чай и сахар класть не надо. – К тому же у тебя мой дракон, а его смерть идет в комплекте с твоей. А он – моя собственность.

– Собственник тоже мне нашелся… – я поправила ремень сумки на плече.

Οтбрыкаться от компании дракона мне так и не удалось. Даже то, что зов Верховного палача он будет слышать сильнее меня, не убедило его остаться. Ему было плевать. К тому же, едва он понял, что лететь придется на общественной лодке, как тут же категорично заявил, что его метла быстрее, и улетать на ней от моего убийцы будет удобнее.

Гард так четко произнес это «улетать», что я поняла: резерв в нем так и не восстановился. Иначе он попробовал бы дать отпор Верховному.

Пока мы летели, я обнимала Гарда со спины, крепко держась за его талию, и всю дорогу бубнила под нос, что некоторые обещают «следить»… И нет чтобы не сдержать обещания!

Дракон усиленно делал вид, что этого не слышит и вообще не замечает. У входа в храм, где находилась усыпальница Медной Кирки, случилась неприятность. Гарду поплохело. Заметно так. Даже зашатало. Я же, наоборот, ничего не почувствовала.

– Так вот что испытывают темные, когда пытаются войти в храм… – только и прошипел дракон, стиснув зубы.

Я прекрасно поняла его. Что ж, ощущение, что тебя враз ударили под дых и облили кипящей смолой, не из приятных. Но то только для неинициированных. Темный, у которого мета полностью слилась с аурой, мог и факелом вспыхнуть. Отчего-то светлые боги не любили выходцев из черных земель. Впрочем, белых магов они тоже не очень привечали, ибо в храме запрещалась любая волшба. Только покаяния, только молитвы, только дары и подношения богам. Желательно – в звонкой монете.