Жена чудовища (СИ) - Сапункова Наталья - Страница 87

— Тин, — сказал он, наконец, обычным голосом, и прижал ее голову к своей груди, — ты в порядке, Тин?　

На его ладони была кровь, он вытер ее о куртку.　

Ей хотелось крикнуть: а ты? А все, кроме меня — в порядке?! И будет в порядке, теперь?　

Вместо этого она лишь отстранилась и молча кивнула, чувствуя, как по щекам покатились слезы.　

— Лорд Вилен, — сказала она, — он ведь жив?　

Валантен огляделся, соображая, где этот лорд Вилен. И Тьяна тоже оглянулась, и увидела, что на поляну рысью въезжали всадники. Король и с ним еще четверо. Переглядывались, что-то потрясенно кричали.

Двое тут же спрыгнули с лошадей и ринулись к Вилену Каридану.　

— Он жив, — крикнул один, — свернута челюсть, много крови!　

Король тоже слез с лошади, подошел.　

— Леди Айд? — он смотрел на Тьяну.　

Она была бледной и растрепанной, на щеке наливался пунцовым след от удара, у лопнувшей губы запеклась кровь.　

— Я его убью, — сказал Валанен, — тоже разглядев, как она выглядит.

— Хорошо, что он жив, — кивнул король, — потребуешь удовлетворения. Но это странно. Он не из тех, кто принуждает женщин, он и так им нравится, даже слишком. Миледи?　

— Он отчего-то пришел в ярость, когда понял, что не нравится мне, ваше величество. Кажется, он был уверен, что должен мне понравиться, когда… — взглянув на Валантена, она замолчала, не решившись сказать о поцелуе.　

Не хватало только опять его рассердить.　

— Предположим, я тебя понимаю, — сказал король Валантену. — Но — демоны! Хуже и быть не могло… Мне жаль, миледи, — он глянул на Тьяну, — примите мои извинения. Это я затащил вас на эту охоту. А ты уходи, — бросил он Валантену.　

— Нет, — отказался он, — не сейчас. И скорее вели забрать у Каридана все безделушки до последней пуговицы. Пока кто-то не забрал.　

Это они так мило беседовали, забыв про титулы. Король и Чудовище.　

Лорда Вилена уже чем-то перевязали, он лежал на траве и стонал.　

— Думаешь? — вскинул бровь король.　

— Он был уверен, что ей понравится — слышал? Наверняка есть амулет…　

Король приказал, и стонущего лорда Вилена обыскали, и подали королю в платке несколько безделушек.　

Тьяне подвели лошадь, король сам помог ей сесть в седло. Кто-то уже рубил ветки, сооружая волокушу для раненого.　

— Уходи, — повторил король, — ты тут больше не нужен. Вон люди Кариданов. Я не хочу, чтобы тебя случайно　 проткнули рогатиной в качестве возмездия, когда я отвернусь.　

На поляну въезжала еще группа всадников. Тьяна, осознав услышанное, умоляюще посмотрела на Валантена.　

— Уйду, — кивнул он…　

Тьяна, окруженная всадниками, ехала прочь от страшного места, и запоздало думала: так что же хотел сказать ей призрак, показав это дерево?!　

Глава 33. После охоты　

В каждой семье найдется кто-то, погибший или раненый на охоте — если не брат и не дядя, то хоть двоюродный дедушка. Но теперь случилось иное. Человек погиб не охотясь, и не от зверя. Хотя, именно от зверя — говорили многие, с подачи тех, кто видел. Никак не походило на человека то создание, которое расправилось с лордом Виленом Кариданом. Оно ужасно. Оно недостойно жить, раз творит такие вещи.

Звери — это одно, с ними все ясно. С людьми ясно тоже. А это — что?..　

По крайней мере, опасных зверей следует держать в клетке.　

А женщина… новая невестка Айдов — что же, его не боится? Бросилась, говорят, вцепилась, успокоила.

На человека похожим не стал, но хоть присмирел. Может, и сама она, эта леди — колдунья? Или тут герцогский колдун постарался? Или… да она ведь с ним венчалась вроде. И это сказалось, может быть.

Венчалась, в Храме, подумать только. С таким созданием — и в Храм…　

И ведь из-за нее все и случилось. Закрутила шашни с красивым лордом на охоте. Само собой, как будто леди не на этим ездят на охоту. Зато сама только оплеуху и получила, расплачиваться пришлось мужчине.

Как всегда, впрочем. От кого оплеуха? Это ясно, не от лорда же.　

И ведь король зверя того, Чудовище, тоже не боялся. Рядом вроде стоял, разговаривал…　

Эти Айды заигрались, пользуются своим запредельным положением. Родись такой, заклятый, в другой семье — возились бы с ним? Деревенского мальчишку с подобной напастью давно отдали бы в бродячий цирк и забыли. Мало ли детишек умирает в младенчестве? Родился такой ребенок — считай, нет ребенка, моли Всевышнего о милости дождаться следующего, здорового…　

Мало кто вчера действительно видел, что произошло, зато почесать языком теперь мог любой. Многие охотней помалкивали, конечно, но и желающих поговорить тоже хватало. В Нивере собралось много посторонних, людей, знавших о ситуации в Нивере лишь издалека — гостей, их слуг.　

Да, он умер. Лорд Вилен Каридан, родственник первого министра, входящий в королевский Малый Совет, красавец и обольститель женщин, не пережил вчерашний день, и его холодное тело лежало теперь в одном из ледников под Верхним замком. Между тем как с той поляны его увезли живым. Из рук вон неудачная получилась охота, самая неудачная за последние десять лет. Десять лет назад кабан насмерть подрал герцога Неймо, дядю короля. Так то хоть был кабан, огромный вепрь с человека ростом, говорят.

Хотя, где это видали таких вепрей?..　

С той поляны у сгоревшего храма раненого отвезли в расположенную недалеко обитель Кувшинок, сестры которой владели лекарским искусством и принимали больных. Туда бросились встревоженные родственники, и взволнованная графиня Каридан. Хотя, сначала графиня прибежала к Тьяне. Ее не пускали — король приказал поставить охрану у шатра, где Тьяна сидела на подушках и тупо смотрела на полотняную стену. Она услышала шум спора у входа, не сразу нехотя поднялась и выглянула. Увидев графиню, велела страже пропустить, хоть и не обрадовалась — не хотелось упреков и тяжелых разговоров. Может быть, потом. Но не сейчас. Но она не могла бы не пустить графиню Каридан…　

— Дитя мое, — пожилая леди тяжело уселась на подушки и заплакала, — как же это? Что случилось?　

— Лорд Вилен напал на меня, миледи, — ровно сказала Тьяна, присев рядом, — мне жаль. Он вел себя как бандит, намеренный пользоваться беззащитностью женщины. Невероятно, но так оно и было, и я готова присягнуть в этом на алтаре. К тому же, сам король оказался свидетелем. Вы знаете, наверное, что Валантену не под силу выносить некоторые вещи…　

— Ох, моя дорогая. Я поняла. Ушам не верю, — графиня тихо ахнула, прикрыв рот руками.　

— И не только ему не под силу, — добавила Тьяна, — три года назад в Рори мельник убил палкой любовника своей жены, которого застал, слишком рано вернувшись с ярмарки. Его приговорили лишь к небольшому штрафу в пользу семьи убитого. И не помню, чтобы его сильно осуждали.　

Да, так и было, хотя многие, и сама Тьяна, в глубине души жалели погибшего парня, невесту которого годом раньше выдали за мельника.

— Ох, милое дитя. Эти мужчины не терпят, когда не получают желаемое. Он просто глуп! Я так просила его оставить вас в покое. Но кто же знал?! И предполагать, что это увидит Валантен? Ах, дорогая, вы же знали, что он здесь, так разве можно было?.. Да, мы женщины, иногда кокетничаем просто так, для своего удовольствия, но мужчины понимают все это вполне определенно! И вы не должны себе позволять…　

— Я и не позволяла, — сказала Тьяна, — и не кокетничала. Совсем. Я ему даже не улыбалась, и не понимаю, что на него нашло. У меня понесла лошадь, я заблудилась, он первый меня нашел. Это все, миледи.　

Обвинения в кокетстве ее совсем не задели, может, потому, что она сама была потрясена, и понимала, каково графине. А может, слишком была оглушена случившимся.　

— Он у меня требовал… внимания, — не сразу нашлась она, — он был уверен, что я вот-вот растаю, и рассердился, когда этого не случилось. Почему он был так уверен? Король велел забрать у него амулеты, так что, если дело в этом…　

— Вот оно что, — графиня всплеснула руками, — ну конечно. Я так его просила вообще выбросить эту гадость, он ее купил пару лет назад где-то в Кандрии. Амулет, да, благодаря которому ни одна женщина не могла устоять перед его поцелуем. Но применять это к вам? Просто безумец! Его отец тоже сначала делал, а потом давал себе труд подумать, и то иногда. Если бы амулет подействовал, и вы бы привязались к Вилену, и это понял бы Валантен! Ох, — она схватилась за сердце, — ох, эти мужчины, моя дорогая! Они делают глупости, а мы, женщины, потом должны исправлять последствия! И будьте уверены, нас не поблагодарят! — она, кряхтя, поднялась, опираясь о протянутую Тьяной руку, — что ж, девочка моя. Я вас не виню, конечно. Но должна присмотреть за этим глупым мальчишкой!