Жена чудовища (СИ) - Сапункова Наталья - Страница 70

— Мм? — наклонил голову герцог, — не томите.　

— Назначение лордом-секретарем в Малый королевский совет. Графиня, его тетушка, за это ратовала, помнится, но мало кто верил, что такое может произойти.　

Тьяна как раз в этот момент взглянула на герцога, и ее удивило огорченное, неприязненное выражение, мелькнувшее на его лице.　

— Через королеву-мать? — спросил он, — король решил это, не вынося на Большой совет. Многие были против… в прошлый раз.　

— Кто знает… какая птичка помахала крылышками для лорда-красавчика, — улыбнулся граф, взглянув на Тьяну, — он ведь так привлекателен. Да, миледи? — и ей пришлось улыбнуться уголками губ, недоумевая, зачем они говорят при ней.　

Хотя, в чем-то это было интересно. Лорда Вилена Каридана возвысили, он теперь входит в ближний круг короля. Кто бы мог подумать.　

— Лучше бы она помахала для родного сына, — бросил герцог недовольно.　

— Это было бы нецелесообразно, как вы догадываетесь, мой друг, — он улыбнулся Тьяне, — простите, миледи. И не выдавайте никому этот маленький секрет, прошу вас. А то вдруг король еще передумает.　

— Вы могли бы не просить об этом, милорд, — сказала она, — я ни с кем не говорю о чужих делах.　

— Да леди просто сокровище, — сообщил граф его милости, — если она вдруг станет свободна, я тут же попрошу ее руки. Слово дворянина, миледи.　

— Не дождетесь, граф, — с улыбкой ответил герцог, — Айды не отдают свое просто так. И вы рискуете здоровьем, если вас услышит Валантен.　

— О… да. Это серьезно. Но миледи сказала, что умеет хранить секреты. Скажите по секрету, миледи, у меня мог бы быть шанс?　

Ну, что делать? Они шутят, подтрунивают, играют. Хорошо, она поняла.　

— Увы, милорд, — сказала она, — я с лордом Валантеном потому, что у меня испорченный вкус, тут многие в этом уверены. А это означает, что вы никогда мне не понравитесь.　

Граф Эйрани взглянул изумленно, и вдруг рассмеялся.　

— Миледи. Мне больно это слышать, — сказал он, — но я буду надеяться.　

Обменявшись кивками с герцогом, он взял Тьяну под руку и довел до ее места за столом, кстати, определив его безошибочно. На них смотрели, все, и дамы, и мужчины, и все тоже кинулись занимать свои места.　

— Вы меня удивляете, Тин, — шепнула ей Уна, которая на этот раз оказалась рядом, — я вот не могу так непринужденно болтать с графом Эйнари. Я его боюсь.　

Тьяна мельком взглянула на графа, который уже сел по левую руку от его милости и оживленно что-то говорил.　

— Почему боитесь?..　

— Он страшный, — Уна опустила взгляд, — он надлорд Тайного совета. Это он подавил бунт в Тайрале… ну, вы знаете, когда их лорды решили перейти под власть Луции, потому что кровные права… ну, вы же знаете. И он расследовал… и казнил бунтовщиков.　

Надлорд Тайного совета. Тьяна еще раз быстро взглянула на графа, и неожиданно их глаза встретились.

И он улыбнулся ей. Она потупилась.　

В Рори не было принято обсуждать политические дела, и Тьяна крайне мало в этом разбиралась. О бунте в пограничном Тайрале несколько лет назад она только слышала, отец назвал виновников бандой сумасшедших. И все.　

Еще немного — и можно будет уйти, скорее всего. Завтрак тем и хорош, что довольно короткий.　

Когда герцог, а потом она встали из-за стола, а за ними и остальные, они с Уной вместе вышли из столовой.　

— Тин, что говорил граф?　

— Разные пустяки, — ответила она, — шутил, изъявил желание жениться на мне, когда мы разведемся с Валантеном, говорил комплименты. У него было хорошее настроение.　

Пересказывать Уне разговор значило начать играть в игру, правила которой были неизвестны. Тьяне не нравилось играть в такие игры.　

— Почему вы беспокоитесь? — спросила она, — что происходит?　

Правила новой игры можно и понять.　

— Вы просто не знаете, — уныло сказала сестра герцога, — есть такой момент, если брат встречает гостя с хозяйкой… с Овертиной или вот с вами, то к ним никто не подходит. Если он один, то и другие могут подойти и встать за спиной. Если ему было нужно именно перед завтраком приватно поговорить с надлордом, он встретил бы его с вами. Или с Овертиной. Может быть, ему надо было срочно что-то решить, поговорив с надлордом.　

— Или не нужно было, — возразила Тьяна, — и он просто встретил графа и поздоровался с ним. Почему вы считаете, что это непременно были важные переговоры?　

— Да ничего я не считаю, — она вздохнула, — как тяжело быть сестрой герцога. Тин. Что стоит брату разрешить мне выйти замуж, как я хочу, тем более что на эту помолвку еще отец согласился? Нивер наследуется по правилам майората, это значит, что я и мои дети — не наследники. Никогда еще герцогство не передавалось по женской линии. Эркану от меня ничего не нужно. Наследника ждут от вас!

Ну разве только мой сын получит право на место в Большом королевском совете, то есть, у нас в семье будет два таких права. Я не знаю принца Кандрии! И знать не хочу.　

— Уна, — Тьяна обняла ее, — за целый год многое может измениться. Им ведь нужен союз с Кандрией, да? Но пока не родится наш ребенок, вас не выдадут за принца?　

Уна сначала закивала, потом отрицательно замотала головой, и вытерла набухшие слезами глаза.　

— И король, и брат хотят как можно скорее снять заклятье с Валантена. Это значит, что не придется ждать год. Если заклятье снимется, то его не будет, вот и все. У меня собираются дамы. Тин. Вышивать и дурачиться. Вы с нами?　

— Я вернусь в Нижний, — покачала головой Тьяна, — мне нужно поговорить с Валантеном.　

— А потом вернетесь? Что делать в Нижнем целый день?　

— О, там у меня есть дела. Но будет видно…　

Уна кивнула и убежала, а Тьяна окликнула первого попавшегося слугу и распорядилась насчет экипажа, чтобы добраться до Нижнего.　

Валантена она не нашла ни в его комнатах, ни в чертежной, зато на ее столе уже лежали две роскошные конторские книги, переплетенные с мягкий красный сафьян — обещанный душевный подарок его милости. И когда только успел?..　

В мастерской, куда Тьяна заглянула, ей объяснили, что милорд ушел на ручей играть в кораблики. Там. в мастерской, остро пахло древесной стружкой и еще чем-то, и два парня сосредоточено собирали из тонких планочек корпус такого кораблика, игрушечного, в несколько ладоней длиной. Очень похожий отец когда-то подарил брату на Новогодье, кажется он до сих пор цел.　

Когда Тьяна попросила проводить ее на этот самый ручей, один из мастеров пробурчал, что милорд-де такого не велел.　

— А я велю! — рассердилась Тьяна, — пойдем сейчас же! Иначе я пожалуюсь милорду!　

Она была не настроена сдаваться, терпеливо дожидаться, никому не мешать. Она тут хозяйка — что ж, так тому и быть! И парни поняли, что возражать ей, пожалуй, больше не надо. Один из них вытер руки тряпкой, снял фартук, поклонился Тьяне:　

— Пожалуйте за мной, миледи.　

Идти пришлось долго, по каменистому пляжу, пока его не перегородил ручей, а точнее, узкая речка, которая стекала сверху и впадала в море. Большую часть речки-ручья закрывала большая скала. Тьяна увидела игрушечный корабль, который выплыл из-за скалы, застрял между камнями и опрокинулся. И тут Тьяна услышала гневное рычание, и вздрогнула, в первый момент испугавшись… да и во второй тоже.

Так, должно быть, рычит очень большой дикий зверь, которого очень рассердили, и надо бежать, спасаться, если сможешь…　

— Я же тебе говорил, добавь балласт! — прокричал кому-то Валантен вперемешку с рычанием, — добавил, растяпа?!　

И ничего похожего на тот негромкий, с хрипотцой и легкой улыбкой голос, которым он обычно разговаривал с Тьяной. Парень-провожатый искоса глянул на растерянную леди, и прикусил губу.　

Ей, наверное, следовало бы испугаться. Она лишь удивилась, может, еще немного растерялась. Но — действительно немного.　

— Сюда, миледи, — показал парень, — только вот тут осторожнее, не споткнитесь.　

Она, подбирая юбки и действительно очень стараясь не споткнуться и не поскользнуться, обошла скалу за ним следом.