Жена чудовища (СИ) - Сапункова Наталья - Страница 154

— А вы ответьте мне, как там дела у милой леди Тьяны. Хотел бы встретиться с ней еще раз.　

— Вы знакомы? — удивилась Овертина.　

— Нас представлял друг другу лорд Кайрен. Вскоре после ее свадьбы. Должен сказать, я даже пообещал просить ее руки, в случае развода с лордом Айдом. Но она так изысканно меня отшила, что я остался совершенно покоренным.　

— И вы, милорд? Кажется, я хотела бы знать, кто ею не покорен? — рассмеялась Овертина немного натянуто.　

— Так до вас не дошли последние новости из Нивера? — уточнил граф таким тоном, что у Овертины сразу засосало под ложечкой, — о бегстве леди Тьяны?　

Она не успела еще осознать ужасное известие, как он продолжал, быстро и мягко:　

— Нам уже все о ней известно, миледи. Леди Тьяна нашла приют в Обители Кувшинок, сегодня утром чуть не погибла там от рук графини Каридан, вместо этого сама чуть не убила ее кочергой, после чего отыскала Тайну, в которой содержался ключ к заклятью лорда Айда, сняла заклятье, и еще успела произвести на свет наследника Айдов. Видите, она тоже была сегодня весьма занята. Маленький Айд появился на свет вскоре после полудня, так что я даже успел получить сообщение.　

— Кочергой?.. — только и сумела выдавить из себя Овертина.　

Она и дышала-то через раз. Больше всего ей хотелось попросить графа повторить.　

— Именно, — кивнул надлорд, — графиня оказалась тайной колдуньей. Вообще, нам тут есть чем заняться, и у Колдовской гильдии тоже. Но она не знала, что Обитель Кувшинок особое место, и колдовство там большей частью не действует. Это вообще мало кому известно. Так что ее амулеты были безвредны для леди Тьяны, а вот кочерга леди Тьяны оказалась вредной для нее. Вот так и бывает, незнание какой-то мелочи может все испортить.　

— Хорошо, — Овертина глубоко вздохнула, — благодарю за добрые вести.　

— Король их не знает, он запретил всем мешать, и мне тоже, — улыбнулся граф Эйрани, и посмотрел на дверь в дальнем конце зала.　

На эту дверь то и дело поглядывали решительно все присутствующие.　

— Так что я с любопытством жду, к чему придут его величество и лорд Айд. Но, в отличие от всех, я знаю, что теперь есть и будут убедительные основания полностью оправдать лорда Айда. И вы знаете. Приятно знать то, что пока не известно другим, миледи?　

— Графиня Каридан… и мой муж тоже?.. — не слишком внятно спросила леди Овертина, но тайник вопрос понял.　

— С этим потом. Не беспокойтесь, — он слегка коснулся ее руки.　

— А Первый министр?　

— И об этом не беспокойтесь. Все уже сделано, его арестовали. Не ловить же его потом, в самом деле.　

В этот момент и распахнулась дверь в конце зала. Сначала из нее вышел король, за ним лорд Айд. Почти никто не смотрел на короля, но все посмотрели на лорда Айда.　

Его величество подал руку лорду Айду, тот ее пожал.　

— Лорды и леди, — громко сказал король, — мы с лордом Валаненом обсудили наши дела, и пришли к выводу, что между нами больше нет недоразумений. Можете поздравить нас с этой хорошей новостью.　

Король дал понять, что он Валантену Айду доверяет. Это был знаменательный жест со стороны короля, потому что, вообще говоря, доверять «невзирая на…» для королей — непозволительная роскошь.　

А весь зал, конечно, склонился в низком церемонном поклоне, потому что, когда король предлагает его поздравить, его надо поздравить.　

После надлорд-тайник подошел к его величеству, а Овертина добралась до Валантена и взяла его под руку, решительно оттерев от остальных. И не могла избавиться от ощущения, что рядом с этим незнакомцем чувствует себя странно, совсем не понимает, чего от него ждать.　

— Вы не знаете много интересного, — сообщила она ему, — вон тот лорд рядом с королем — просто кладезь новостей… Но как же вы с королем всех замучили, во имя Пламени! О чем вы беседовали так долго?　

— Ну, последний час мы просто играли в шахматы, — улыбнулся незнакомец, — только, Овертина, не убивайте меня вон тем подсвечником…

Глава 61. Тьяна и Валантен　

В монастырях просыпаются рано, но к лекарскому дому это не относится. Тут больные, для них другие правила. Больные, да, в Кувшинках всегда есть, но чтобы роженицы — это редко. Не каждый год. Хоть и бывает, что сестер из Кувшинок зовут в ближние деревни на трудные роды. Но в повивальном деле больше сведущи лекарки из некоторых других Обителей, и какая деревня не имеет своей повитухи?　

А тут не кто-нибудь, а леди из семьи Айдов. Нагрянула как снег на голову, и вздумала рожать. А перед этим чуть не убила другую знатную леди. Но вначале другая леди чуть не убила ее. Что делается в мире!

И ведь не спрячешься от такого, в какую дыру ни забейся — всюду настигнет…　

Сестра Фания покачала корзину, в которой мирно спал младенец. Вот уж кому пока ни до чего нет дела!

Нескоро еще он узнает, какие страсти кипели вокруг его рождения.　

— Там пришла кормилица из деревни, — в комнату заглянула другая монахиня, — леди Фан сказать, или матери Рамуане? Раз уж сама леди Айд не очнется никак.　

— Леди Фан, конечно, — вздохнула сестра Фания, — она должна разрешить. Найди ее, она пошла к сестре-кастелянше.　

Однако монахиня не кинулась бежать за леди Фан, вместо этого подошла посмотреть на ребенка.　

— Ишь, какой, — сказала она, — будущий герцог, подумать только. Это же пушки теперь должны палить в Нивере? Девять раз? Он точно хоть герцогский наследник?　

— Да уж постреляют, — согласилась лекарка, — порох наверняка давно приготовили. Услышим пушки — значит, точно.　

— А леди роженица там как?　

— Так же, — вздохнула сестра Фания.　

— Надо же, знатная леди, а родила так, что и кошки позавидуют. И это первые-то роды. Другие по целому дню мучаются, и это еще ничего! А по два-три дня не хотите? Вот моя сестра… Послушай, а может, на нее заклятье какое перешло? Как это так, спит-спит и проснуться не может? Родила, и спит, так не бывает.

Говорят, она там, у храма, заклятье снимала? Может, за колдуном в Нивер или в Гарратен послать, пока не поздно? Что матушка Рамуана говорит?　

— Говорит, чтобы ты делом занялась и мне под руку глупости не говорила, — отмахнулась лекарка. — Спит она просто! Намаялась. То было столько беспокойства, и вдруг разом кончилось все. Вот и подействовало на нее! Да еще и вдовой стала. От такого и правда уснешь, чтобы ничего не видеть! Очнется.　

— Как думаешь, станет по нему убиваться? Чудовище ведь. У такой молодой да красивой все еще будет.　

— Видала я и чудовищ, по которым жены плакать не станут. Хоть они вполне себе красавцами были. Ты иди, иди за леди Фан, она у кастелянши, — сестра Фания подхватила корзину с младенцем и пошла к роженице, обойдя при этом разговорчивую сестру.　

Рядом с ребенком мать может и проснуться. А если нет… что ж, пусть поспит еще. О малыше есть кому позаботиться.　

Тьяна уже открыла глаза, и ее взгляд, еще туманный, уперся в кованую решетку на окне. И непонятно было, откуда решетка. Что это за место?!　

Она приподнялась и огляделась.　

Такая маленькая комната, сероватое белье на постели. Голые серые стены. Стол и единственный табурет. И эта решетка. Однако дверь прикрыта неплотно, то есть, можно выйти. И… ребенка, который ни　 на минуту не давал ей забыть о себе последние месяцы, тоже, определенно, нет. Тьяна даже провела рукой по животу, чтобы убедиться, что его действительно нет.　

Она есть, а ребенка нет!　

Разум тем временем прояснился, она все вспомнила. Ожидание кареты, графиня Каридан, толстое кривое дерево, от которого летят щепы, длинный кожаный футляр а руках отца Дорина.　

«Я леди Тьяна Айд. Именно так».　

А потом она кричала, глядя в высокое, по весеннему голубое небо, что она любит Валантена Айда.　

А потом… была боль, которая, казалось, выворачивала внутренности, и вскоре родился ее малыш. И — его первый крик, она завопил сразу, в руках у лекарки, едва покинул тело матери, и до того, как перерезали пуповину.