Выбор (СИ) - Бранд Алекс - Страница 16

Однако надо что-то предпринять прямо сейчас. Уже вижу, что без завтрака тут только Берта. Хочется встать, куда-то пойти, купить ей здоровенный трехпалубный бургер... Или их ещё не делают? Короче, ее надо накормить. А как? Все уже видели, что она пустая. И мистер Клайд сейчас встает, ага, куда-то там выходит, а куда идти вообще? Никаких закусочных я рядом с фабрикой не видел. И приносит Роберте покушать, прихоть милого начальника, все так делают. Сходить поискать столовую, взять там что-нибудь типа для себя? Нет и нет. За дверями цеха - незнакомая и в силу этого недружественная территория, как я там найду столовую, по запаху? Понимаю, что придется сидеть сиднем, терпеть до обеда и идти с общим потоком. А если она и на обед не пойдет? Губы сжались. Пойдет. Но кто эта девчонка, что подошла к ней? Подруга? Тогда почему Берта отказалась? Гордость с упрямством, в такие моменты их хорошо видно.

- Мистер Грифитс!

Очередные колечки.

- Имя?

- Ох, вы с этой новой системой учета, Марта уже всем рассказывает, что вы что-то тут затеваете.

Ах ты драная покрышка!

- А, ничего серьезного, но дело есть дело. Итак?

- Оливия Симмонс, мистер Клайд. - и делается кокетливый книксен, явно рассчитанный не столько на меня, сколько на зрительниц снаружи.

Они там что, конкурс устроили, 'получи самый тупой ответ от мистера Клайда'? А в качестве приза с полки пирожок? Большой такой, с мясом... Жрать хочу все больше. А уж Берте там каково... Чай с конфетой ночью, утром снова чай. Держись, солнце, и если ты не пойдешь на обед, я тебя убью.

Оливия сдает сразу восемь колец. Логично, зачем бегать с каждым, можно сдавать оптом. А то я уж начал думать, что ошибся. Берта...

- Клайд...

- Кольца есть?

Губы ее дрогнули и протягивает два. И все? Ага, на голодный желудок и даже не пила ничего, только сейчас это понял.

- Ты почему не ешь ничего? Ни глотка воды с утра!

- Клайд...

- Молчи! И делай вид, что я тебя распекаю, ясно?

Берта растерянно заморгала.

- Только не реви, а? Пожалуйста... Солнышко... Все хорошо и ничему не удивляйся.

Нерешительно кивнула, глаза уже на мокром месте... Беру в руки журнал и начинаю ходить, чувствуя себя полным идиотом, а что делать? Роберта не спускает с меня настороженных глаз, что только добавляет в ситуацию неуместного драматизма.

- Значит, так. Сейчас идешь в дамскую комнату, умываешь лицо. Выпиваешь пол-литра воды, разом. Ну, сколько там в стакане, короче, четыре стакана влить в себя, как лекарство!

- Клайд, я не хочу, я в порядке...

Еще вот споров на глазах у всех нам тут и не хватало...

- Молчать!

Лицо Роберты омрачает обида, от окрика она вздрогнула, с ней так раньше не разговаривали. Почувствовал раскаяние за этот выпад, эта бледность... Эти широко распахнувшиеся глаза, уже наполненные слезами... Сердце сжалось, настолько захотелось подойти к ней... Обнять... С трудом беру себя в руки, ещё мне не хватало сейчас раскиснуть.

- И когда у нас тут обед, через часа два?

Нарочито небрежно посмотрел на часы, надеясь, что ей сейчас не до моих странных вопросов и просто ответит.

- Обед в час дня, - не знает, куда деть руки и теребит какую-то тряпочку.

- Вот и отлично. Идешь на обед и ешь его! Ешь, а не ковыряешь! Поняла?

Лицо Роберты вспыхнуло, резким движением отерла глаза. Она поняла, что я все заметил и обо всем догадался.

- Обед стоит денег. У меня нет. Ты раньше никогда не замечал этого, Клайд. Я не пойду.

И тут я не сдержался, прорвалась досада на этот ненужный и опасный спор, на ее неожиданное упрямство, дало о себе знать и постоянное напряжение, чего греха таить... Я тоже не железный.

- Не могла хоть кусок хлеба с сыром взять из дома? Или конфеты, на них тебе... - прикусил язык, вот же идиот...

Она вздрогнула, как от пощечины, глаза сверкнули. А мне стало не по себе... Вспышка внезапно прошла, Роберта поникла, взгляд погас, голова опустилась. Тихий шепот...

- Я совсем немного купила, на восемь центов всего...

Прошептала скороговоркой, сгорая от стыда и обиды, вдруг испугался, что перегнул палку, что просто развернется и выйдет. Сцена затягивается, пора ее заканчивать. А что не замечал, не напоминай, я и так хочу кого-нибудь прибить. Кого-нибудь? Себя я хочу прибить, кто за язык тянул? Конфеты ему глаза застили, черт, черт...

- Понял. На обед ты пойдешь. Сейчас пить воду, это правда важно. Не сердись, прошу. За конфеты прости, нехорошо я сказал. Помнишь первую записку?

- Да.

- Что там было написано?

- Держать себя в руках и ничему сегодня не удивляться.

- И 'ничему' я написал печатными заглавными. Помнишь?

- Ты придёшь вечером, как обещал?

- Да.

- Правда?

Такая надежда в этом наивном вопросе и такой страх, что снова ложь... Такой свет в этих серо-голубых глазах... Невольно сделал движение подойти к ней, Берта заметила и поняла, улыбнулась, смешно шмыгнув носом. Невольно улыбнулся в ответ, утратив всякую серьезность на лице. Напряжение вдруг исчезло, на душе стало легко и светло.

- Правда, Берт. Теперь иди пить воду, ясно? И имей в виду - я смотрю, куда идёшь. Не зли меня.

Делаю ну очень грозное лицо, Роберта прыснула, вдруг украдкой показав язык, и быстро выскочила в цех, заметил трассы скрестившихся на ней взглядов. С места срывается Марта, и почему я не удивлен...

- Сдавать будем?

На стол плюхаются три кольца. А Марта оглядывается, как будто надеется что-то уловить, услышать, ощутить. Как же ей интересно, о чем шла речь... Краем глаза вижу, что Роберта идет в сторону туалета. Молодец.

- Мистер Грифитс, почему вы не завтракаете, бережете аппетит на обед?

И глазками этак дзыньк! И ближе подходит... Еще ближе. И явно напоказ. Нет, там другой конкурс - "кто первый мистера Грифитса доведет до убийства с отягчающими и с особым цинизмом''.

- Оу, дорогая, как раз насчет аппетита...

Таинственно замолкаю, посмотрев со значением...

- Даа?

Уже веет теплом от пышного тела, которое явно не прочь прямо тут, а хоть бы и на столе.

- Кушать что-то очень хочется, а я у вас видел нечто очень соблазнительное явно французской выделки. Пирожки, наверное?

Демонстративно сглатываю и умильно смотрю на слегка вытянувшееся лицо коварной соблазнительницы. А ты думала, что? Видывали мы виды и покруче твоих телес, подруга. А вот пирожки у тебя реально должны быть вкусные. Пирожки, точно? Да, пирожки!Произношу это про себя заглавными печатными буквами.

- Угостите бедного голодного мелкого начальника, а?

Марта в полной растерянности ретируется, на лице смятение чувств. Идет к своему столу и возвращается со свертком. Осторожно поглядываю в сторону туалета, не идёт ли Берта. Если она увидит эти маневры или Марта потом расскажет... Уже жалею, что затеял эту провокацию. Потерпеть до обеда не мог?

- Но вы непременно мне скажете, понравились ли вам мои пирожки, не правда ли?

- Непременно, леди. - одаряю ее ослепительной улыбкой.

На выходе ее накрывает неприязненный взгляд Рузы Никофорич, с этой я уже знаком, отметилась трижды. Вообще удобно отслеживать, кто тут работает, а кто крылом возле меня чертит - кто работает, носит по многу колец. А кто еще чего хочет - носят по одному-два. Вон Йордис, лапочка просто - молотит, как штамп-машинка, и ей на мистера Грифитса начхать с драккара. Ну, Роберта с утра дважды всего, боялся, что начнет бегать. Нет, старается. Ну, а эти...

- Мистер Грифитс...

Медленно оборачиваюсь. Этот акцент не спутать ни с каким другим. Она. Первый раз с утра. Кладет на стол сразу горсть колец. Невысокая, хрупкая, слегка вытянутый овал матового лица с легким румянцем. Высокие скулы, глубокий спокойный взгляд карих глаз. Четко очерченные губы, ни следа косметики. Темно-русые волосы собраны в узел на затылке. Скромное аккуратное бежевое платье, отметил, что все пуговицы на воротнике застегнуты и рукава не засучены. Издали она мне показалась совсем молоденькой, вблизи вижу, что ей лет двадцать семь.