Выбор (СИ) - Бранд Алекс - Страница 134

Вижу, как его лицо, шея, грудь покрылись капельками пота, это приковало к себе мой взгляд, это так... И сильные размеренные движения тела, вперед-назад... И ещё... Сильно. Быстро. Оох... Что со мной? Так хорошо... Судорожно сжались ноги, Боже... Я готова броситься к нему прямо сейчас, как тогда, на крыше. Надо как-то успокоиться, вода... Холодная...

И я громко запела одну из своих любимых песенок, опустив руку в прохладную воду, ''Если хочешь, я приду в воскресенье! '' Услышав ее, Клайд сбился и внимательно на меня посмотрел, оглянулся вокруг.

- Милый, что случилось, тебе не нравится песенка?

Клайд на мгновение прикрыл глаза, его пальцы сильнее сжались на веслах, через мгновение мы летим по воде с прежней скоростью, вокруг уже никого, скоро мы будем в середине озера.

- Нет, Берт, просто неожиданно запела. Спой что-нибудь ещё...

Я задумалась, захотелось спеть ему что-нибудь ласковое, тихое. Он в ожидании поднял весла над водой, дав лодке скользить самой, постепенно замедляясь.

- Правда хочешь, чтобы я тебе спела?

Он медленно кивнул, глядя на меня нежным взглядом.

- Я очень любила вот эту... У Ньютонов была пластинка, я часто ее ставила. И мечтала...

Лодка замерла посреди озера, я оставил весла. Лицо Роберты безмятежно, на губах легкая улыбка, глаза закрыты. Тихий голос разносится над неподвижной водой. Простые слова. Такие простые...

I'll be loving you always

With a love that's true always

When the things you've planned

Need a helping hand

I will understand always...

Я не отрываю взгляд от ее лица. А слова на незамысловатую мелодию звучат и звучат... Безыскусные слова о любви навсегда. О маленькой ладони в руке. Навсегда. Ты мечтала об этом, любимая, сидя долгими одинокими вечерами у граммофона... Совсем тихо Роберта произнесла последние слова...

I will understand always...

Тишина над неподвижной гладью озера Крам, шепотом улетели вдаль последние слова песни-мечты. Моей песни. Мы посмотрели друг на друга, Клайд протянул ко мне руки, я встала посреди утлой лодочки во весь рост, без страха, без сомнений. И шагнула к нему, мы обнялись и опустились на дно, рука Клайда под моей головой. Не целуемся, не ласкаемся. Просто лежим рядом щека к щеке, смотрим в голубое чистое небо над нами. Хочется, чтобы так было всегда. Мы, тишина, небо.

- Клайд... Доктор ничего о нас не знает, как и все. И никогда не узнает. Но он сказал правду - мы были предназначены друг другу, это наша судьба. И пусть нас соединил не бог, а мой далёкий предок... Мы - вместе.

- Вместе, Роберта.

- Мне сейчас так хорошо...

- И мне...

- Спасибо тебе за эту лодку, милый.

Не отвечая, он зарывается лицом в мои разметавшиеся волосы, чувствую его губы на лбу, глазах, шее... Он целует легко, без намерения воспламенить. Нам хорошо. И время в который раз потеряло для нас счёт...

Ликург.

15.25.

- Отец, вот их требования.

Сэмюэл Грифитс брезгливо взял двумя пальцами плохо отпечатанную листовку, поднял ее на высоту глаз. И спустя мгновение листок бумаги полетел на пол. Он пристально посмотрел на сына, тот встретил взгляд, не дрогнув.

- И что мы с этим намерены делать?

Гилберт неподвижно сидел в кресле напротив отца в его кабинете на Уикиги-авеню. Он перевел взгляд на стоящую возле окна невысокую девушку, она смотрела на улицу, как будто чего-то ждала. Улыбка мелькнула на его жёстко очерченных губах, в обычно холодных глазах мелькнуло нечто... Симпатия. Девушка очень похожа на Констанцию, хотя статная рыжеволосая красавица выше ее почти на голову. Иное роднит их - осанка, взгляд, манеры, выражение лица. Гилберт поймал себя на том, что неосознанно сравнивает их, словно сестер. Он попытался подумать о девушке как о простой фабричной работнице, штамповщице, кем она до недавнего времени являлась. С удивлением понял - не получается. Никак. А ведь ещё три дня назад он даже не знал о ее существовании...

- Наша очаровательная графиня Мещерская, например, считает, что нужны пулеметы. Мисс Ольга, я прав?

Девушка неторопливо повернула голову и спокойно произнесла.

- Я не говорила о пулеметах, мистер Грифитс. А только о том, что все не так просто, как вам кажется.

Старший Грифитс поднял руку, поморщившись, Ольга вопросительно посмотрела на него, замолчав.

- Гилберт, Ольга... Довольно! Если хотите и далее дискутировать, возьмите выходной и поезжайте в клуб. Только никакого выходного вы не получите! И где, черт возьми, мой сумасшедший племянник, заваривший всю эту кашу? Гилберт, Ольга! Где он? Когда вернётся?

Гилберт пожал плечами, взяв со стола ещё один экземпляр листовки.

- Они с Робертой должны уже быть в Ликурге или около него. Найт оставил ему записку у хозяйки. Отец, мы справимся, не впервой. Помнишь девятнадцатый год?

Сэмюэл вздохнул, покосившись на Ольгу, все ещё стоящую у окна.

- Все я помню, Гил. И повторения - не хочу. И я не понимаю...

Ольга внезапно повернулась к ним, ее руки сжались в кулаки, глаза сверкнули.

- Простите, что перебиваю, я тут сейчас оказалась случайно, но поймите - это не просто блажь нескольких недалёких рабочих, это кем-то организовано. Я уже видела такое...

Грифитс подошёл к окну и показал на улицу.

- Здесь не Россия, мисс Мещерская! То, о чем вы тут толкуете - невозможно! И мы тоже кое-что видели, не считайте нас наивными или неопытными. И знаем, как справляться с волнениями на фабрике! Но это именно что волнения, временное и недолгое событие.

Раздался негромкий голос Гилберта.

- Локаут не поможет, новые рабочие уже будут обработаны. Найт покрутился в барах, послушал разговоры, задал ряд осторожных вопросов. Нужно другое решение, отец.

- Какое, Гил? Я готов слушать предложения.

Грифитс сердито посмотрел на Ольгу и добавил.

- Предложения, мисс Мещерская! А не фантазии о ''красных'' и пулеметах.

Ольга вдруг подошла совсем близко, на грани приличия. Сэмюэл чуть отодвинулся, удивлённо посмотрев на нее, на сына. Она негромко произнесла.

- Хотите предложение? Извольте. Все это с чего-то началось. С отделения Клайда, с событий вокруг него и Роберты, с изменений, которые он начал. Вот и давайте пройдем по всей цепочке, так найдем зачинщиков и тех, кто за ними стоит. Тех, кому выгодна и нужна смута на ''Грифитс и Ко''.

Ее губы плотно сжались, глаза сузились.

- И ударим по ним.

Сэмюэл внимательно на нее посмотрел, перевел взгляд на сына и увидел в его взгляде одобрение.

Медленно спросил.

- Войну затеваете, молодые люди?

Гилберт усмехнулся.

- Отнюдь. Мы просто для начала выясним - qui prodest, отец.

* qui prodest - кому выгодно (лат.)

19.50, днём ранее.

Как же мне хочется уйти отсюда... Трейси и Гертруда уговорили меня, сказав, что мы уже давно приглашены на день рождения Арабеллы. Отказ прийти обидит ее.

- Джи, что на тебя нашло?

Гертруда нанесла последние штрихи макияжа, поправила гранатовое колье. Я молча пожала плечами, подошла к окну и выглянула в сад, мягко подсвеченный разноцветными светильниками. Узкие мощёные дорожки, столик и пара плетеных стульев рядом с невысоким кипарисом. Вздохнула, снова вспомнился другой столик, под другим деревом. Никаких дорожек и дорогих светильников. Низкий немного покосившийся забор, заросшая неровная тропинка, неярко горящая старая лампа. Почему это не идёт у меня из головы?

- Джил, очнись!

Гертруда подошла ко мне и слегка ткнула пальцем в плечо, улыбаясь.