Герои академии Даркстоун (СИ) - Медведева Анастасия "Стейша" - Страница 58

Всё это потом.

Потом!

Сейчас не об этом думать надо.

— Всё в порядке? Ваши щеки пылают румянцем, — чуть склонив ко мне голову, замечает Грегор.

— Да, в порядке. Просто гостей слишком много, и все они не стесняются показывать своё расположение.

Я не соврала ни словом: молодые лорды также активно демонстрировали мне свою симпатию, как представительницы слабого пола — Грегору и Ресу.

— Это нормально. Именно на балах и приёмах наследники и все приближенные к императорской семье находят себе фавориток. А иногда — даже будущих жен. К слову, лорд Кастлрой уже дважды направлял мне запрос на ваше имя. Правда, на тот момент вы были лишь главой рода. Теперь вы — наследница престола, — усмехнувшись, отвечает Грегор.

— Интересно, как знать восприняла этот факт? Если не считать их лживых улыбок и притворной симпатии, которую они так ладно изображают на своём лице, — незаметно фыркаю, прикрыв лицо веером.

— Они счастливы, — на губах наследника растягивается широкая улыбка.

— Правда? — поднимаю бровь.

— Вы своим примером доказали, что любая, даже самая бедная девушка из опальной семьи, сможет стать принцессой — если хорошо покопается в своей родословной.

Не самая лучшая мотивация для юных дев.

— Полагаю, в ближайшее время следует ждать наплыва «родственников»? — скептично интересуюсь, кивая на приветствие очередной знатной пары.

— Уже, — усмехнулся Грегор, — но я вскоре преподам всем урок — и желающих поймать удачу за хвост поуменьшится.

— Устроите публичный разнос одной из врунишек? — догадалась я, — Хоть мне и не нравятся ваши методы, признаюсь, порой они действенны.

Некоторое время мы молча принимаем дары, а затем я не выдерживаю и спрашиваю:

— Что будет с Татой?

— Это вас не касается, сестрица, — холодно отвечает Грегор, не глядя на меня.

— Я обещала ей свободу. Вы обещали ей свободу.

— Это было до того, как я понял — кто она, — отрезает наследник.

— Она сбежала от вас в гильдию воров, Грегор! Вы можете себе представить, как она была напугана? А вы продолжаете доказывать ей, что она была права, когда сделала это! Я знаю, в вас есть доброта. И милосердие тоже — иначе моя мать была бы давно казнена. Сдержите своё слово. Прошу вас, — мягко кладу ладонь ему на плечо.

И замечаю, как все разговоры в зале замолкают.

Медленно окидываю взглядом всех присутствующих и перевожу его на Грегора.

— Что я сделала не так? — спрашиваю одними губами.

— Следите… за вашими жестами. Такое панибратство может быть воспринято, как интимная близость между наследниками, — цедит Грегор, не глядя на меня.

— Но… мы же брат и сестра, — теряясь от всеобщего внимания, шепчу ему.

Грегор поворачивает ко мне лицо.

— Я уже говорил вам. Подобные союзы не только возможны, они даже одобряются.

Ничего не отвечаю. Резко убираю руку подальше от Грегора и прикрываю веером вспыхнувшие щеки.

Нам нельзя разрушать собственную легенду о «неприязни».

— Наш разговор не окончен. Тата должна получить свободу, — произношу негромко, но уверенно.

— После разговора со мной — возможно, — задумчиво протягивает Грегор и, не давая мне возможности возразить, громко провозглашает, — ваши друзья, сестрица! Какой неожиданный сюрприз — увидеть их на этом приёме.

Я удерживаю себя от язвительного комментария и напряженно слежу за тем, как головы всех гостей поворачиваются к главному входу, где живописной картиной застыли изгои.

Я знала, что на их появлении закончится первая часть приёма. К нашему с Грегором пьедесталу могли подойти лишь самые богатые и самые влиятельные лорды Средимирья… Теперь наступал черёд танцев.

— Действуем, как договорились? — спрашиваю одними губами у наследника, дожидаюсь сухого кивка и спускаюсь вниз.

Рес тут же появляется за моей спиной и сопровождает меня к изгоям.

Знать в лёгком недоумении. Пара дам в возрасте уже начала активное обсуждение недостойного поведения наследницы.

— Здесь хоть глаза себе выкалывай, — с усмешкой громко замечает Тата, — а сколько драгоценных камней…

— У неё татуировка члена гильдии воров! — зашептались за моей спиной.

Сдерживаю усмешку и перевожу взгляд на Грога.

— Как добрался, милый? — спрашиваю с нежностью в голосе.

Пара дам справа падает в обморок.

Да, мы решили, что Грог должен стать моим парнем на этот вечер — чтобы добить последние надежды на вменяемость новой наследницы. О том, что все изгои (кроме близнецов) уже два дня находятся во дворце, знает только проверенная стража.

— Сестрица, вы могли бы и не приводить сюда своего фаворита… хотя бы на первым приём, — вскользь, но так, чтобы все услышали, замечает Грегор, а затем предлагает мне руку для первого танца.

Мы, как наследники, должны были открыть этот вечер.

— Не уходите далеко, — бросаю своей банде, вкладывая ладонь в руку Грегора, — и не поломайте статуи в коридоре. Они мне нравятся. А вообще… развлекайтесь!

Улыбаюсь им холодной улыбкой и бросаю не менее холодный взгляд на наследника, дернувшего меня за руку. Мы должны выйти в центр зала и начать танцевать. Я должна показать, что мне это не нравится.

— Не переигрывайте, — Грегор притягивает меня к себе и делает первое движение.

Вскоре я уже не думаю о том, кто и что подумает — Грегор не позволяет мне думать в принципе: в противном случае я могу не успеть за ним и опозориться на весь высший свет. Он ведёт властно, немного резко и совершенно не давая возможности насладиться танцем. Каждое движение под его контролем. Каждый шаг выверен до миллиметра.

Он танцует так, словно заранее составил план и теперь действует согласно ему, не давая возможности импровизировать — ни себе, ни партнёрше. Теперь я понимаю, почему он так помешан на контроле: идеальный рисунок может сбиться не из-за него, а из-за того человека, что стоит с ним рядом. Поэтому Грегор нашел кардинальный выход из положения: не впускать в зону доверия никого. Только Реса, безоговорочно следующего его приказам.

Моего желания помочь ему не было и никогда не будет достаточно, потому что я не поддаюсь анализу. Я импульсивна и непостоянна. Я доказала это своим собственным решением встать на сторону Грегора. А это значит, что когда-нибудь, когда я увижу, что его плюсы сдали под напором минусов, я также спокойно могу переметнуться на сторону его врагов.

Это естественно, что Грегор попытался завладеть моим сознанием.

Будь я на его месте… наверное, я бы поступила также.

Он никому не верит и всех подозревает. И при внешнем хаосе, он умудряется держать под своим контролем абсолютно всё. Да, это сложно, но в его случае — это единственный шанс остаться единственным претендентом на престол и в нужное время принять на плечи ответственность за наш мир.

Потому что он прав: больше в империи с этим никто не справится.

Грегор останавливается, закручивает меня в последнем повороте и отпускает мою талию.

— Спасибо за этот танец, — негромко произношу одними губами.

Наследник поднимает бровь, но ничего не отвечает. Не знаю, понял ли он, что я имела ввиду? Но для себя я сделала много полезных выводов. В том числе — что я не могу таить на него обиду.

Ведь, в конце концов, он позволил мне стать наследницей: пусть и для конкретной цели — но он поступился своими принципами. Он впустил меня в узкий круг доверенных лиц. Он позволил мне стать частью его жизни — и изменить его привычку со всем справляться в одиночку…

— Что бы ни произошло в дальнейшем, я хочу, чтобы ты знал — ты моя семья, — сделав к нему небольшой шажок, произношу едва слышно, — а семью принимают такой, какая она есть.

Грегор долго смотрит на меня сверху вниз, а затем отступает ещё на шаг и чуть склоняет голову.

— Не знаю, почему я прощён, но это самая странная речь — если учесть, что ты хотела помириться, — прохладно замечает он, чуть повышая голос (чтобы все слышали).

И я бы даже обиделась на такую странную реакцию, если бы не увидела, как потеплели его глаза — за секунду до того, как вновь наполниться высокомерием и холодом.