Двенадцатая реинкарнация. Трилогия (СИ) - Богдашов Сергей Александрович - Страница 226

Подросли у нас в "конторе" сильные харизматичные личности. Оперились, силу почувствовали. Многие уже сейчас уверенно чувствуют себя на месте руководителей направлений. Ещё годик-другой и им сам чёрт не брат будет.

Опытные современные руководители, досконально знающие технологии и тонкости производства — это вам не коммунист, окончивший ВПШ[17], с углублённым изучением теории марксизма-ленинизма и основ партийной пропаганды. Немного другой коленкор выходит. По мне, так получается уверенный практик-инженер, с хорошей теоретической базой — против идейного болтуна, который сам в тот же коммунизм ни разу не верит.

Одним из моих любимых развлечений были как раз разговоры с подобными партийными деятелями. Очень мне нравилось цитировать им Ленина, а ещё больше — обоих крайних националистов — Маркса и Энгельса. Выученные по выхолощенным выжимкам, гражданские комиссары и не предполагали, что "сладкая парочка", существовавшая на английские дотации, по жизни являлась заклятыми врагами славян, и призывала к их тотальному уничтожению. Особенно старался Энгельс.

Иногда мне удавалась шутка, где я сначала приводил подобные цитаты, а наши славные коммунисты уверенно и компетентно определяли по ним авторство Гитлера или Геббельса. И только потом узнавали, что мои цитаты принадлежат их же кумирам и основоположникам.

Особо я с таким юмором не борщил. Не больше одной цитаты на отдельно взятого парторга, а то точно не правильно поймут, и наверняка настучат куда положено. Для них это нормально.

Вряд ли кто в СССР читал полное собрание сочинений своих теоретических вдохновителей. Большинство коммунистов освоили теоретические знания в пределах десятка обязательных работ, и посчитали такие знания вполне достаточными. Но часть интеллектуальной политической элиты всё же читала Маркса и Энгельса очень внимательно и в приличном объёме. От этих работ они получили достаточно — и заряд евроцентризма, и "смелость" мысли, делящей народы на прогрессивные западные и реакционные славянские, и прокаленную в многочисленных теоретических спорах русофобию.

Я почему-то уверен, что и Володя Ульянов, он же товарищ Ленин, наступил на те же грабли. Казнь его старшего брата террориста, ссылка и собственная неудавшаяся карьера были для интеллигента-эмигранта достойным поводом, чтобы чувствовать себя обиженным и не испытывать к исторической родине и её народу большой любви.

Даже Гитлер, который по его же словам учился ненависти к России по сочинениям Маркса, и тот знал труды основоположников марксизма получше, чем большинство нынешних парторгов.

Иногда ошарашенные цитатами собеседники меня пытались убедить, что Маркс с Энгельсом имели ввиду не сами славянские народы, а те государства, которые ими были заселены, но как-то не складывался пазл. Вряд ли у основоположников был настолько малый словарный запас и убогие понятия, чтобы они не заметили никакой разницы между народом и государственным строем. А писали-то они именно про народ. Про нацию. Поэтому я предпочитал остаться при своих…

— Дети к тебе всё-таки льнут, а фигуристые девочки фигуристки ещё и глазки строить пытаются, — решила продолжить супруга свои обличения, впрочем, без особого накала.

— Совсем забыл тебе сказать. Не исключено, что я вместе с твоим Ященко летом в США поеду, — добродушно отомстил я ей "твоим Ященко" за "фигуристых фигуристок". Перебесился я уже на тему Ященко, после того, как мы с внучкой Микояна его вылечили, — Семёныч вчера вечером звонил. Сказал, что на днях решение по кандидатурам будет принято. В Беркли, в начале июля будет проводиться легкоатлетический матч между нашей сборной и сборной США. Нас обоих рассматривают, и скорее всего утвердят. Хотя я пока под сомнением. Мартовский Чемпионат СССР в помещении я всё-таки пропустил, так что формальный повод для отказа есть. Из приятного могу сказать, что Ященко уже в прошлом году, в Японии, получал половину гонорара от таких мероприятий, а не десять процентов, как у нас обычно Госкомспорт со спортсменами любит делиться. Так что и я под ту же гребёнку попаду, скорее всего. Глядишь, и денег заработаю.

— Думаешь, тебя выпустят? — жена в который раз наступила на любимую мозоль.

— Сам сомневаюсь, но если на награды рассчитывают, то должны, — пожал я плечами.

— Та-ак, — в глазах супруги засверкали знакомые боевые лазеры кобры-тренера, и я, под её пронзительным взглядом невольно втянул свой и без того плоский живот. Дернул же меня чёрт вывалить ей информацию раньше времени, не подумав. Мог бы и подождать немного. Спокойно пережить праздник с его застольями, и уж потом… Мать, вон, завтра чебуреками грозилась… Эх-х, язык мой — враг мой.

Отлязгал стальными гусеницами парад. Отшумели праздничные застолья. Отгремели россыпи салюта. И совсем некстати погас над Свердловском "космический фонарик", сверкнув на прощание голубой полоской по ночному небу.

С запасом своё отлетал, первенец. Остальные его собратья изначально выведены на орбиту повыше. У тех и жизнь дольше будет. А мы над Свердловском следующий фонарик к концу сентября подвесим. Побольше размером и уже с современной электронной начинкой.

Неожиданно много союзников у нас по этому проекту образовалось. В разработке нового космического модуля пожелали принять участие и связисты, и разработчики спутниковой навигации, да и военные без внимания его не оставили. Где же им ещё за деньги постороннего заказчика дадут возможность свои решения в реальном космосе обкатать не по разу. В итоге неплохой обмен информацией получился. Вроде все заинтересованные участники и понемножку своих идей в проект добавили, а результат значительный вышел. По приёмопередатчикам и системе координации мы наверное разом на следующее поколение выскочили, до которого нам самим пришлось бы года полтора-два расти.

Весенняя выставка товаров народного потребления вызвала у меня неоднозначные чувства. С одной стороны меня порадовало большое количество изделий, порой весьма качественных. С другой стороны, я понял, что монополия нашей "конторы" на все новинки подряд подходит к концу.

Я предполагал, что рано или поздно у нас появятся конкуренты, но никак не ожидал, что это произойдёт так быстро. Определённо, что-то начало меняться в Союзе.

Заводы приобрели гораздо большую самостоятельность, чем мне подсказывало моё послезнание, и исходя из собственных возможностей, тоже блеснули талантом. Не оскудел Урал мастерами. Сумели удивить. Можно сказать, что некоторыми вещами удивили дважды на одном и том же месте. Например, шикарный набор слесарного инструмента был укомплектован отличным микрометром, угольником и двумя штангенциркулями разного размера. Но всё это богатство находилось в фанерном ящике весьма сомнительного качества, с убогой ручкой из толстой проволоки. Или мощный кухонный комбайн. Ну вот кто так безобразно покрасил его угловатый корпус и прилепил на бок две нелепые полоски из фиолетового пластика, дешёвого даже на вид. Охо-хо. Работать ещё и работать над подачей товаров потребителю. Тот же комбайн мог бы стать украшением кухни, если бы имел приличный вид, а слесарный набор — предметом гордости любого рукастого мужика, если его разместить в современном пластиковом кейсе, но нет. Сделали то, что сделали. Не смогли подать товар лицом. Своими же руками перевели отличные вещи в разряд труднопродаваемого товара.