Хроники черной луны (СИ) - Овчинников Денис - Страница 34

Успокоившись, я сел удобнее и прижался спиной к дереву. О том, что случилось, думать не хотелось. Иллюзия закончилась, и теперь нужно решать насущные проблемы. Вначале я осмотрел кольцо. Большое, в диаметре больше кулака оно плотно входило в дырки в черепе. Как оно было вставлено поначалу было загадкой. Однако же при ближайшем рассмотрении оказалось, что кольцо не цельное. Ровно по середине проходил тонкий шов. А обе части скреплял замок, в виде тоненького золотым шипа. Выдавив его сучком, я раскачал половинки и вытянул их из черепушки. Обе половинки заканчивались острыми шипами. Находясь в голове, они довольно глубоко входили в живой мозг. Я представил себе это, и меня затошнило. Жрецы полные идиоты, раз позволяют себе высверлить в голове две дыры и вставить туда это. Соединив половинки обратно, я завернул кольцо в кусок ткани от балахона жреца. Она разъезжалась в руках, но ничего другого под рукой не было. Кожаная сумка с камнями сохранилась намного лучше. Дыра сбоку оказалась совсем небольшая, и ее не составило труда заделать, подложив сложенную втрое ткань изнутри. Я ссыпал камни обратно, туда же спрятал кольцо. Как только руки перестали касаться золотой вещицы, нахлынул страх и странные звуки. Вернулся далекий топот крыс. Но я решил что справлюсь. Теперь я точно знал, что это всего лишь порождения моего собственного мозга. В крайнем случае, достать спасительное кольцо недолго.

Находиться рядом с останкам жреца было неприятно. Я даже не мог представить, что же его убило. От жутких видений его спасало кольцо. Что же тогда? Я побродил вокруг, ища трупы телохранителей жреца - больше никаких останков рядом не было. И тут меня осенило. Жрец от видений спасся, а вот что привиделось охранникам? Можно только гадать – но ничего хорошего точно. Один из них мог запросто смертельно ранить хозяина. Я разворошил остатки одеяния и осмотрел костяк. Между ребрами застрял обломок бронзового копья. Больше здесь делать было нечего. Я закинул сумку на плечо и пошел в туман. Я не выбирал направления, они для меня ничем не отличались. Все вели в никуда.

Опять на коленях. Я еле перебирал руками и ногами. Сумка тащилась за мной на длинной лямке. Мозг терзали жуткие порождения воспаленной фантазии. Уже два раза ко мне подходил мертвый капитан и бил меня ногами, но я терпел. Я знал, что все это не настоящее. Крысы тоже подходили, но до обгрызания чего-нибудь еще не дошло. Подходил к концу уже второй день моих блужданий в тумане и наверно я бродил кругами, раз до сих пор никуда не вышел. Голод и туман сделали свое черное дело, я ослаб до того что ноги больше не держали. Я опять уподобился зверям, и передвигаться на четырех, а не на двух конечностях. Иногда я ложился на землю и отдыхал, но не долго – надежда моя еще не иссякла.

- Ползи, ползи, кусок грязи обтянутый кожей. – Капитан появился как всегда неожиданно.

- Отстань, иллюзия.

- Это ты иллюзия. Ползущая. – Он пнул меня в голову. Не понимаю как, но эти ненастоящие удары были жутко болезненными. Тело, окутанное страхом, калечило само себя.

- Долго еще будешь ползти? – Он присел на бочку прямо у меня на дороге.

- Пока дышу.

- Ааа. Ну-ну, ползи. – Он исчез.

Я попробовал подняться на ноги, но ничего не получилось - я рухнул на землю. Уткнулся в нее носом и заплакал. Слезы текли по лицу, вымывая последние остатки разума. По спине пробежала иллюзорная, но такая реальная крыса. Меня всего передернуло. Я пошарил рукой, пытаясь нащупать какой-нибудь камень. И вдруг осознал весьма странную вещь. Земля подо мной была слишком ровной. Я поднялся на колени и покрутил головой. Я стоял на старой дороге. Заваленной хламом, едва видной, но дороге. А дорог здесь могла быть только две. От моста к заброшенной деревне или от деревни в заброшенную долину – не важно. Главное у меня появился ориентир. И откуда только появились силы, подтянув сумку, я засеменил коленями и руками. Еще до темноты я в прямом смысле слова уперся носом в сырые, затянутые мхом камни моста.

Глава 23

Жрец еще не пришел. Самые нетерпеливые, наверно из новеньких, толпились у камня, сжимая в потном кулаке только что найденный камешек. Я прошел мимо, держась за стенку барака. Внутри было по обыкновению темно. Почти на ощупь пробрался в наш с Алексом угол. Его гнездо из обрывков старой одежды и веток было пустым. Живот свело судорогой от недоброго предчувствия. Я хватал лежащих и сидящих вдоль стен людей за плечи, за головы, пытался их растормошить, вызнать что случилось, но безрезультатно. Ничего кроме мычания выдавить не удалось. Пришлось выйти обратно и поговорить с новенькими, но лучше бы я этого не делал и навсегда остался в неведении.

Алекс умер на следующий день после моего ухода. Никто не знал, произошло ли это тихо во сне или он бился в агонии. Из еще умеющих изъясняться никто этого не видел, а старики не могли ничего рассказать. Вечером, собравшись в бараке, поначалу все думали, что мой друг просто спит. Спящих здесь никто никогда не трогает. Растормошить его попытались, только когда пришел жрец. С окоченевшим телом разобрались тут же - с похоронами в долине никогда не тянули. Сняли всю одежду, поделили кое-какие личные вещи, вроде браслета и костяного ножа, а тело унесли к бездонному оврагу и сбросили вниз.

- Управились еще до темноты. Оно же не долго, да ты ведь и сам все знаешь.

- Знаю. – Я стоял в полной прострации и почти не слушал сутулого мужичка, одного из тех, кто относил тело Алекса.

- Тут крутился один, Сива, кажется. Кричал, что непременно тебя надо дождаться. Но он же того, этот Сива. Кто его будет слушать. Ты прости, если что не так. Мы же все как заведено.

- Угу. – Я повернулся и побрел в сгущающийся к ночи туман.

- Слышь, подожди. Браслет то вот он. Я себе взял. Возьми, раз он твоим друг был.

- Можешь оставить. – Я оттолкнул протянутую безделушку.

- Ну, спасибо. А ты куда - сейчас жрец придет.

- Неважно. Мне это теперь неважно.

- Смотри. Тебе кошмары смотреть, не мне.

- А что ты знаешь о кошмарах?! – Моя боль и злость выплеснулись наружу. Я накинулся на сутулого с кулаками, стараясь попасть непременно по голове. Подскочили какие-то другие люди, разняли, оттащили и бросили у барака. Не давая встать, долго и от души пинали. Я как пес полз от них, прижимая сумку к груди. И только тогда, добавив к душевным страданиям физические, смог наконец заплакать.

Я сидел на краю оврага. Где-то там, глубоко внизу, лежало тело Алекса. Скоро его кости перемешаются с другими костями и мир навсегда забудет, как его звали. Туман сожрал еще одного человека, и ему нет никакого дела, кем он был. Я доставал редоний из сумки и кидал по камешку вниз. Я завидовал Алексу. А мечтал как можно быстрей очутиться там же, на дне. И всего-то, оттолкнуться и полететь головой вниз, но я не мог. Что-то сдерживало меня. И от этого было особенно противно. Я ненавидел себя за слабость. Слезы кончились еще по дороге, и внутри опять накапливалась боль. Боль и отчаяние.

- Вот ты где. Еле нашел. – Сива уселся рядом.

- Спасибо.

- За что?

- Что пытался их остановить. – Я закрыл глаза и откинулся назад. - Вот так бы просто уснуть и умереть.

- Каждый умрет, когда придет срок. Твоего друга уже пришел, а твой - еще нет. Сива знает. Сива умный.

- Почему он, а не я?

- Ты не прошел свой путь до конца.

Он порылся в сумке. Судя по шороху, зачерпнул горсть камней. Я открыл глаза.

- Из заброшенной долины?

- Оттуда.

- Вот значит, зачем Арвис со стражниками тебя ищет. – Я не стал говорить про кольцо. И расспрашивать, откуда Сива знает про заброшенную долину тоже не стал.

- Арвис ищет меня?

- Угу. Сива нашел раньше. Сива умнее. Уходи Семен. В глазах у Арвиса смерть.

- Ну и пусть. Я хочу умереть. – Я встал и направился в сторону бараков.

- Стой, Семен. – Что изменилось в голосе каторжника. Я обернулся, чтобы понять что. Передо мной стоял совсем другой человек. Сива, выпрямился, не дергались плечи. Пропал налет безумия в глазах. Все это оказалось лишь очень умелой маской.