Семейные обязательства (СИ) - Келин Алекс - Страница 59

- Не-а, - тряхнул головой Эрик. - Пусть барыня приятной беседой развлечется. Хотя бы на это Берген должен сгодиться.

Отец Георгий не стал уточнять причины такого пренебрежительного отношения к бывшему командиру.

- Хорошо, - кивнул охранитель. Тогда начну издалека... Императрице Изольде сильно не повезло с детьми. Старший пытался переворот устроить, пришлось насильно постричь в монахи, а там и помер он быстро и бесславно. Младший... С Ульрихом вышло еще хуже. Он оказался магом. Скорее всего, императрица не была верной супругой - но это сейчас не важно. Важно то, что вместо отречения и пострига младшенький получил полную свободу действий, новую личность и немалые деньги. Материнское сердце не камень. Она уже потеряла одного сына и хотела, наверное, чтобы второй был если не принцем, то хотя бы просто счастливым человеком. И он стал исследователем болот, знаменитым магом-путешественником Казимиром Штутгартом.

Эрик с интересом кивал, не забывая грызть фигурный гнездовский медовый пряник.

- Помогала принцу скрыться фрейлина императрицы. Елизавета Лунина. Примерно через девять месяцев после его отречения она умерла в родах, оставив младенца на попечении брата. Дочку назвали Елизаветой.

- Ого, - восхитился Эрик, - так мою барыню, оказывается, принцессой считают? Хорошая карьера для такого простого парня, как я.

- Лучше не бывает, - кивнул отец Георгий. - Но не спеши радоваться. И Ульрих, и его возможная дочка нужны... скажем так, неким нехорошим людям для организации государственного переворота. Если отец императора - маг, значит, Император не имеет прав на священный престол Гетской империи. Даже если Александр благословлен - это неважно. Всему миру Благословление не покажешь, а если по городам и весям будут твердить, что на троне чуть ли не Антихрист, доказать обратное будет очень сложно. Ульрих - козырь в этой игре, а Елизавета, твоя работодательница, пойдет вторым номером. Скорее всего - на костер, хоть она и не колдунья. Зато дочь колдуна, а в империи это недавно перестало быть преступлением. Зато если вернуть прежние порядки, как многим хочется - снова будет. Кстати, тем, кто поможет сорвать заговор, светят большая благодарность... Это я про тебя, если что.

- Вторая война принцев? - деловито поинтересовался Эрик. - На этот раз ради возвращения старых-добрых устоев? Мерзкая идея. Я, сам понимаешь, к Александру теплых чувств не питаю, но не могу не признать, что при нем нашему брату в империи жить стало получше. Ладно. Верю. Ну и, конечно, - тут его голос стал совсем ехидным, - благодарность манит, мы, наемники, лишней денежкой не брезгуем. Я даже не буду спрашивать, почему ты, епископ, слуга Божий, не хочешь отдать трон кому-нибудь с Благословением. Видно, достали тебя твои же собственные... братья? Или как-там клир друг - друга величает? Да не пыхти ты, ежу понятно, что это священники возмутились, опосля разрешения магии.

- До чего умный еж, - не придумал ничего получше отец Георгий.

- Ну не тупее валенка, - кивнул Эрик. - А еще я понимаю, что Елизавету никто на костер не потащит, раз она не маг, это ты меня застращать пытаешься. Главная для нее опасность - оказаться свидетелем в поганом замесе. Кстати, Казимир, он же Ульрих, на предположение о том, что барыня - его дочь, высказался весьма пренебрежительно и категорически отрицал родство. Но, признаю, тут даже для свидетелей угроза нешуточная. И что ты планируешь делать?

Отец Георгий вздохнул и выловил из стакана с компотом дольку яблока. Прожевал кисло-сладкий кусочек, поднял глаза на Эрика и негромко сказал:

- В империи они твою барыню уже пытались убить, потому она и вас наняла, и сбежала подальше. Думаешь, тут пощадят?

- Темнишь, батюшка... - прищурился Эрик, - но пока все складно, нового ты мне почти не сказал. Однако, ты не ответил. Что. Ты. Будешь. Делать? Ась, твое преосвященство?

- Решать проблему. Всего-то и делов... - пожал плечами охранитель. - Но об этом я стану говорить с твоей барыней, уж извини. Это ее напрямую касается.

- Ладно. Приходи. Только я тебя умоляю, вымойся и переоденься. Смирение и нищенство - штуки хорошие, но если к хозяйской кошке пристанут блохи, скандал будет до горных вершин.

***

Ближе к вечеру, увидев на пороге охранителя, Эрик, расплылся в улыбке и поклонился.

- День добрый, Ваше Преосвященство! Пойдемте, барыня ждет.

И впрямь, отец Георгий без вонючего маскарада был солиден и величав, хотя все еще не слишком похож на епископа. Скорее - на зажиточного горожанина.

Для сутаны время не пришло.

Элиза смотрела на отца Георгия со светски-вежливой отстраненностью. Брать в руки чашечку с чаем она не решалась - дрожали пальцы, будто на морозе. Жарко натопленный камин не спасал.

Отец Георгий делал вид, что не замечает ее смятения. Давить на девчонку нельзя - взбрыкнет, как в прошлый раз, а ему нужно сотрудничество.

Эрик тихонько стоял в углу, не пытаясь вклиниться в разговор.

- Я в опасности? - спросила Элиза. Ее голос прозвучал чуть выше, чем обычно, выдавая страх и волнение.

- Да, Елизавета Павловна. Угроза серьезная. Но если уедете прямо сейчас - успеете ее избежать. Я дам вам письмо к провинциал-охранителю Гарца, он сможет вас защитить.

- Опять убегать? - воскликнула Элиза. - Снова? - она сжала пальцы так крепко, что побелели костяшки. Вздрогнула от боли -острый ноготь с модным в Гнездовске маникюром "зимний вечер" впился в кожу. Это стало последней каплей. Элиза подняла на охранителя сухие, злые глаза и негромко спросила:

- Зачем убегать? Кому я нужна, Ваше Преосвященство? Я не принцесса, не светская дама, не жена, не возлюбленная... Я сплошное "не". - Элиза отвернулась в сторону и продолжила говорить: - Когда-то я смеялась над женихом, считала, что это он - "не". Видимо, так мне мстит судьба. Я никто... просто незаконнорожденная, а теперь еще и воровка. Нужно как-то вернуть Казимиру... простите, Ульриху, его деньги, бумаги и перстень. Я думала, у меня есть на них право, но сейчас... - Элиза говорила отстраненно, как будто рассуждала вслух, не ожидая ответа от собеседника. - Хотя больше всего мне хочется его убить. Он виноват в смерти моей... матери, Елизаветы Луниной. Испортил артефакт, она забеременела, и появилась я. Как думаете, Ваше Преосвященство, - вздохнула Элиза, кто ее убил? Он? Неведомый мой отец? Или... я?!

Отец Георгий с досады чуть было не грохнул кулаком по столу. Вот как с ней разговаривать? Как с ноющим ребенком? Как с разумным человеком? Девчонка изменилась с их прошлой встречи, повзрослела, в глазах появилось какое-то понимание - и на тебе! "Никто меня не лююююбит, никому я не нужнаааа"... Тьфу.

Что ж, придется учитывать детские капризы.

- Елизавета Павловна, как бы то ни было - волей императрицы все это принадлежало вашей матери. Она, в свою очередь, передала вам. Пан Казимир может говорить все, что угодно, но в завещании он даже не упомянут. Я не исключаю, что императрица хотела обеспечить свою фрейлину и вас, а Казимир просто пользовался возможностью, пока не объявилась настоящая хозяйка.

Отец Георгий врал уверенно и веско. Нужно было любым способом спровадить из Гнездовска нежданную наследницу, свидетельницу, чудом выжившую девчонку, которой не повезло родиться в переплетении чужих интересов, интриг и борьбы за власть. Даже если она не принцесса, ее могут попытаться использовать. Хотя, скорее, просто убить - на всякий случай.

Как уже убивали - ее мужа, тишайшего старичка-архивариуса, слугу... Возможно, список не полон.

Кстати, а почему не принцесса? С чего мы все так легко поверили Казимиру? Беглый принц не захотел признать ребенка. Можно подумать, он первый так поступает с ненужным бастардом. Сволочь, конечно, но ничего необычного.

- Будете про Провидение Господне рассказывать? Что Он меня испытывает? - звенящим голосом спросила Элиза, явно собираясь продолжить хныканье.