О, Боже! Какие мужчины! Трилогия (СИ) - Яблочкова Наталья - Страница 26

— На твоё место назначен кто-то другой? — спросила мужчину осторожно. — Кто-то, кто выполнит волю Совета и прольёт кровь никому не мешающих людей? Сколько времени им понадобится, чтобы провернуть всё это?

— Войска через месяц выдвинутся в сторону Свободного края, — мрачно отозвался Морок и с кривой улыбкой глянул на меня. — Столько урмыт ты не потянешь, Светлячок, — сказал он с намёком.

— Ты сейчас про Свободный край или про армию Главнокомандующего? — задала вопрос, хитро улыбаясь.

— Про Свободный край. Ты ведь их сейчас, как и меня, пожалела… Можешь потянуть в урмыты, — выражение лица, когда он это говорил, было каким-то непонятным, но я отмахнулась, не до того было.

— Я могу и армию позвать, если что. И Главнокомандующего… Только откажется же, — глубоко вздохнула, поймав заинтересованный взгляд. Мужчина уставился в район моей груди. — Зато анархисты от переезда, думаю, не откажутся. Мы же можем отдать им какой-нибудь из миров. Пусть живут, как нравится.

— Энергетически Дом не потянет содержание стольких урмыт, не прошедших через полный обряд Единения. Необходимо будет увеличить приток энергии, притом сильно и в кратчайшие сроки.

— А зачем нам обряд в этом случае? Ведь обратно эти рэши вряд ли вернутся. В Свободном крае их будет поджидать армия. Только полный уход в другой мир. Притом так, чтобы никто не понял, куда они девались и как. А обряд точно покажет, где, кто и когда. Я правильно понимаю? — дождалась подтверждения от урмыта и продолжила. — Осталась проблема с защитным обмундированием и объёмами энергий. Думаю, с Домом удастся договориться насчёт пропуска посторонних на территорию подконтрольного мира. Этим займусь в ближайшее время. Если есть какие-либо ограничители, то попробую найти способ это обойти. И мне понадобится твоя полная, и безоговорочная помощь.

— Почему? — теперь Морок задал мне вопрос. — Почему ты готова вмешаться, если ни одного из этих рэшей даже не знаешь? Наш Дом не сможет противопоставить сильнейшим Домам ничего! Мы беззащитны, нам бы сохранить то, что у нас имеется. А ты рискуешь всем ради неизвестных тебе рэшей. Почему?

— Считай, что я просто жалостливая дура-идеалистка. Ты и раньше в это неплохо верил. Так что никаких открытий и ничего нового, — улыбнулась кокетливо, переводя тему разговора, и стрельнула в него глазами.

Урмыт сморгнул, вновь сбитый с толку сменой моего настроения.

— Наша с тобой задача, провернуть всё так, чтобы никто и не подумал на наш Дом. Отныне для всех посторонних тебя не интересует судьба Свободного края, и ты проповедуешь полную увлечённость своим новым статусом и демонстрируешь всем любопытствующим, что тебя больше волнует возможность подмять под себя другие маленькие Дома, чем что-то ещё. Не смирился с потерей и рвёшься к власти, привычным для всех путём, — задумчиво улыбнулась. — И сделать надо всё, чтобы твои враги в это поверили. Пусть ждут нападения там, где его не будет.

— Обманный манёвр? — усмехнувшись, спросил Морок и, наконец-то, сел, до этого вещал, передвигаясь по комнате. — Ты не против, если я скорректирую сказанное тобой согласно ситуации и того, с кем придётся говорить на эти темы? И согласно тому, как я раньше вёл себя?

— Это на твоё усмотрение. В твоей хитро…умности даже не сомневаюсь. Главное, чтобы двигались мы с тобой в одну сторону и в одном ритме, — прозвучало двусмысленно, а никто и не говорил, что моя вредность легко лечится. — И нам нужны урмыты. Умные и хитромудрые. Сильные и ловкие. И времени ломать себя нет… Сложная задача. Почти невыполнимая. Нам с тобой срочно нужно в люди, притом так, чтобы нас никто не узнал. Увести из-под носа сильных Домов перспективных урмыт… Возможно ли это в принципе?

— Только не на Больших отборах, — ответил серьёзно Морок.

— Придётся надеяться на авось. Не самый лучший вариант, — с досадой прищёлкнула языком. — Мои родственники говорили, что я везучая… Надеюсь, это так и есть, и везение меня не оставит.

— Ротсвеники? — с недоумением переспросил мужчина. — Кто это?

— Только не говори мне, что в вашем языке аналога этому слову не существует. Это может обозначать только одно — у вас вообще нет понятия «родственник». И что-то меня это пугает. Даже не знаю теперь, как сформулировать ответный вопрос. Морок, у тебя родители есть?

— Что такое ротители? — недоумение урмыта усилилось.

— А сестры, братья у тебя есть? — глупый вопрос, если он не знает что такое родители…

— Я не понимаю… — честно признался мужчина, с напряжением ожидая моего ответа.

— А как вы здесь вообще рождаетесь? — затаила дыхание, чувствуя, что вряд ли меня ждёт что-то приятное. И заметив как урмыт нахмурился, добавила: — На свет появляетесь там? Население же Руалонэ откуда-то берётся? Откуда?

— Из заравит, — ответил, так ответил и я снова в тупике.

Пришлось срочно обращаться к памяти и искать соответствия слову. Для себя, поколебавшись, перевела его как инкубатор и онемела на некоторое время.

— То есть, у вас женщины не рожают? — осторожно спросила, отойдя от шока.

— Что такое … — споткнулся он на слове.

— Рожают, — завершила предложение за него.

Задумалась, как объяснить значение слова человеку, который и понятия не имеет, как люди на самом деле должны появляться на свет. Не всегда же на Руалонэ существовали инкубаторы. Или всегда? Что-то об этом Морок говорил в самом начале… Но вскользь.

— В моём мире женщина вынашивает ребёнка внутри своего организма. Так устроено у нас природой и в этот процесс стараются не вмешиваться. В организме женщины зарождается жизнь и появляется на свет во время родов. Один ребёнок за один раз, может быть два или три. Очень редко пять. И через какой-то промежуток времени, процесс зарождения и рождения можно повторить. Женщина может успеть за период зрелости родить десять-пятнадцать детей. У вас всё устроено иначе, так? Неужели всегда дети появлялись из заравит? — да, это не укладывалось в моей голове, и было жутко любопытно посмотреть, как вообще это выглядит, и понять, как устроено.

— Да, иначе, — Морок сосредоточенно разглядывал меня как диковинку, явно пытаясь переварить полученную информацию. — Дети зарождаются в заравит без участия в этом араи или тэйалий и появляются на свет оттуда же. Заравит открывается и выпускает детей.

— Выпускает? — нахмурилась и задала очередной вопрос. — Какими появляются на свет ваши дети? Маленькими, беспомощными или способными выйти из заравит сами?

Если их выпускают… употреблённое неосознанно привычное слово о многом говорит. Например, о том, что выходят детки своими ножками.

— Да, их выпускают и они выходят. Есть знание, как жить на Руалонэ, понимание основных законов. Анархисты в Свободных землях — это ошибка, дети, в обучении которых в заравит произошёл сбой. Такое бывает, но редко.

— И… выходят совсем большими, или после этого всё-таки ещё растут и учатся? — как-то странно это всё и непонятно, но для них привычно, наверное.

Попахивает этакими роботами с изначально заложенной в них программой. Временами в программе случаются сбои и тогда появляются асоциальные элементы, неспособные приноровиться к реалиям Руалонэ.

— Выходят детьми и ещё десять лет учатся всему, что передают им ваилы, — очередное не расшифровавшееся сразу слово.

Пришлось снова напрягаться, чтобы понять, о чём он говорит. «Дающий знания», «дарящий себя». Наставник, что ли? Или они вкладывают в это что-то большее? В этом обществе ещё разбираться и разбираться. И, получается, эти люди и не знают толком, что такое привязанность. Если уж рождаются вот так странно и не имеют близких родственников. Или всё-таки это изначально в них заложено? Этой самой программой?

— А рэши… Они имеют какое-то отношение к появлению на свет детей? — задала следующий вопрос, с ужасом понимая, что мне ещё пару годиков вопросы не помешало бы позадавать, прежде чем соваться в люди без маски.

— Каждый рэш один раз проходит через сдачу материала. Чей материал будет использован, а чей нет, не дано знать никому, — медленно и явно неохотно ответил.