Я и мой кот (СИ) - Яблочкова Наталья - Страница 17

Напоив меня питьем, мужчина вышел из комнаты, больше не сказав ни слова. А я устало смотрела на потолок и медленно погружалась в забытье. И вновь перед внутренним взглядом появилась мертвая я, голубые глаза неподвижно смотрят на темный потолок не виденной мной никогда комнаты. Рука бессильно откинута в сторону, светлые волосы разметались по натёртому, каменному полу. У мёртвой девушки мое лицо. Застывшее, безжизненное. Пышное, дорогое платье залито кровью. И рядом никого. Пришла в себя, испугавшись увиденного. Тяжело дыша, пыталась унять стук взбесившегося сердца. Горький вкус лекарства во рту стал совсем невыносим.

Второй раз один и тот же сон. Меня трясло, задыхаясь, сглотнула набежавшие слёзы. Страх до сих пор липко ворочался в душе. Облизала губы, стараясь мыслить здраво. Это же сон, всего лишь сон. Пугающий кошмар, но кошмары мне не в первый раз снятся. Правда, никогда и ни один сон не вызывали такого страха после того, как заканчивались. А я и сейчас никак не могу прийти в себя. Дрожащей рукой вытерла мокрый лоб, только это не сильно помогло — ладонь тоже была влажной. Прикрыла глаза, стараясь больше не уплывать в сновидение. Опасалась, что сон приснится вновь. Как же плохо чувствовать себя беспомощной. И Нахала нет. Опять куда-то ушел погулять. Мне его успокаивающее мурлыканье пригодилось бы. Почему-то казалась, что кот смог бы отогнать мои пугающие сны.

Долго удержаться наплаву в яви не удалось, скоро сон, беспокойный и пугающий, накрыл меня. Путанные погони, прогулки под огромной, тревожащей луной и опять мёртвая я. Проснулась с сердцем бьющимся где-то под горлом и в отчаянии расплакалась. Почему мне снится этот сон? Неужели это предвидение каких-то событий в будущем? Неужели меня ждет впереди такая смерть? Надо как-то стряхнуть с себя этот ужас. Но как?

В комнате снова появился Колдун, подошёл к кровати, коснулся моего влажного лба:

— Жар спал. Нужно снова выпить лекарство. Готова? — в руке его появилась кружка со знакомым мне напитком.

В этот раз не жаропонижающее, а просто укрепляющее средство. Покорно выпила всё, что было предложено.

— Завтра сможешь встать на ноги, Ведающая, — Колдун подумал немного и приказал. — Расскажи про свой сон.

Испуганно вскинула глаза на хозяина башни. Откуда он знает про сон? Потом укорила сама себя. Он же Колдун! Его возможности простираются за пределы моих представлений о них. Пожала плечами, напоминая, что без таблички не получится поделиться кошмаром. И тут же всё необходимое оказалось у меня в руках. Дрожащими пальцами сжала мел и принялась выводить кривые буквы. Руки плохо слушались. “Снилось, что я умерла”.

— Плохой сон, — безразлично прокомментировал мужчина.

Табличка с мелом исчезли, а Колдун склонился надо мной. Положил сухую и прохладную ладонь мне на лоб:

— Пока ты в башне, он больше не будет тебе сниться. А через год будешь бороться со своими снами сама.

Мужчина отстранился, напоследок проведя пальцем по моей щеке. Что он этим хотел сказать? Но спрашивать было больше не у кого. Да и возможности это сделать словами нет, а до таблички ещё пришлось бы добираться.

Когда заснула в очередной раз, мертвая я больше не снилась. Зато снился Колдун. Мужчина выглядел не совсем так, каким я видела его. Он чему-то улыбался, рассказывая о чём-то невидимому собеседнику. Слов я не слышала, только заворожено наблюдала за улыбкой обычно мрачного Колдуна. А потом мне снилось что-то очень приятное с цветами, солнцем и поющими птицами. Проснулась после этого сновидения практически здоровой. Только слабость и сильный голод напоминали о болезни.

Тихое мяуканье подсказало, что блудный котяра вернулся. Кинула взгляд на его умильно-виноватую мордочку и покачала головой. Нахал прекрасно понимал, что провинился. Не хватало мне вдобавок к своей болезни, тратить энергию и эмоции на беспокойство о нём. Хорошо, что слишком поглощена была своим кошмаром. Если бы не это, точно извелась бы мыслями, где мой любимец бродит. Хоть запирай в комнате. Но свободолюбивый кот не простит мне подобного самоуправства.

Медленно поднялась с кровати. Необходимо было умыться. Смутно помнила о том, где находились удобства. Память выкидывала странные коленца. Получается, что я вставала, раз помню, что была в комнате для оправления естественных нужд. Но сам факт, хоть убей, не всплывает в голове.

Проделав все необходимое и, вымывшись — ванная с необычными кранами и наличием теплой воды позволяла это сделать — переоделась в чистое. После этих процедур почувствовала себя полностью обессиленной и жутко голодной, появление Колдуна оказалось как нельзя кстати.

— Встала, — констатировал он спокойно. — Составишь мне компанию за обедом, — и протянул мне ладонь.

Неуверенно оперлась о предложенную руку и кинула беспокойный взгляд на кота. Только это и успела сделать, как место действия поменялось. Мы с Колдуном оказались в столовой. Иначе это помещение было не назвать. Длинный стол с множеством тяжелых стульев вдоль него. Массивная, металлическая люстра, украшенная редким цветным стеклом, нависала над столом. Тяжелые, темно-красные портьеры прикрывали стрельчатые, витражные окна. Почувствовала себя не очень уютно. Атмосфера давила, вековым грузом одиночества, которым пропиталось всё вокруг, ложилась на плечи.

Колдун подвёл меня к столу, усадил во главе и сам переместился на место хозяина дома, напротив меня. Чудно было сидеть так, на большом расстоянии друг от друга, но выказывать удивление не стала. В чужой дом со своими правилами не ходят. Если у него принято так, то я подстроюсь. Ещё бы кто рассказал о здешних обычаях.

Обед проходил в молчании. Блюда появлялись из ниоткуда, туда же отправлялись опустевшие тарелки. Ела с аппетитом, даже тяжёлая атмосфера не отбила его. А вот Колдун неохотно ковырялся в тарелке золотой вилкой, чувствовалось, что витал мужчина мыслями где-то далеко от обеденного стола.

— Поела? — отмер он, когда я насытилась.

Кивнула, подтверждая его слова. Жалко, нет возможности поблагодарить вслух.

— Теперь составишь мне компанию на прогулке, — распорядился он и всё: снедь и посуда исчезли со стола.

Клонило в сон после сытного обеда, но покорно встала, собираясь следовать туда, куда хозяин скажет. Сама же продала себя в рабство за люпам, глупо теперь взбрыкивать. Мужчина подошёл ко мне, коснулся ладонью моего лба. С удивлением почувствовала, как сон отступает. Мне снова предложили руку, и я опёрлась на неё.

Через мгновение мы находились на цветущем поле. Пряный ветер теребил, выбившиеся из косы, волосы. Медовый аромат инатэи — белого цветка с ярко-алой сердцевиной — кружил голову. Существовала легенда, что этот цветок родился после смерти девушки, которую любил Верховный бог. Алые капли её крови стали сердцем этого цветка, а белые лепестки родились из её красоты. Цветок, символизирующий бесконечную любовь, являлся неизменным атрибутом всех свадеб.

Изумлённо глянула на Колдуна, когда он произнес холодным голосом:

— Набери себе букет.

Таблички под рукой, чтобы задать хоть один вопрос, которые разом всколыхнулись в голове, нет. Как же злит невозможность поспорить или как-то выказать своё недовольство этим предложением. Зачем мне букет из цветов, предназначенных изначально невесте и её жениху?

— Набери, — мужчина подтолкнул меня в спину. — Считай это той помощью, о которой мы договорились с тобой.

Неохотно повиновалась. Первый цветок сорвала без особого желания. За ним второй. Аромат дурманил и действовал странным образом. Скоро, с удивлением, констатировала, что сбор букета доставляет мне несказанное удовольствие. Великолепие поля инатэи заставило быстро забыть о наблюдателе, который, сложив руки на груди, даже не смотрел в мою сторону. Я же, изумляясь самой себе, радостно перебегала от цветка к цветку (откуда только силы взялись?) и всё увеличивала и увеличивала охапку в руках. После опустилась прямо на землю и рассыпала набранное перед собой, окидывая цветочное богатство взглядом. Не сильно задумываясь над своими действиями, принялась сплетать стебли инатэи друг с другом. Венок получился ярким и пышным. Как только завершила работу, поднялась, оставив охапку, не использованную полностью, на земле.