Что Кейти делала - Кулидж Сьюзан - Страница 67

— Она вся в этом письме, правда? — заметила Кейти. — Так мало говорит о своей болезни, такая оживленная и веселая, я ведь она действительно тяжело больна. Папа написал «тяжелый приступ». Она самая милая на свете — после папы, я хочу сказать.

— Да, это правда. Другой такой нет. Я очень надеюсь, что мы сможем навестить ее следующим летом. Теперь мой черед читать. Ума не приложу, от кого это письмо. О, от Кларенса! Я не могу тебе его показать, Кейти. Я обещала никому не показывать его писем, даже тебе!

— Хорошо, хорошо! Но ведь ты получила и другое. От Дорри, верно? Прочитай его сначала, а потом я уйду и не буду тебе мешать.

И Кловер начала:

"Дорогая Кловер,

Элси говорит, что собирается писать тебе сегодня, но я все равно тоже напишу, потому что в следующую субботу буду занят — пойду удить рыбу со Слэками. В Голубом ручье ужасно много форели. Юджин на днях поймал шесть штук — нет, пять, один был пескарь. Папа подарил мне отличную удочку, можно ею взмахнуть выше дома. Я думаю, что сумею на нее поймать форель. Александр говорит, что она очень понравится рыбам, так что они не смогут не клюнуть, но он просто поддразнивает. Мы с Элси почти каждый вечер играем в шахматы. Она неплохо играет для девочки. Иногда папа ей помогает, и тогда она выигрывает. Мисс Финч здорова. Она не так ведет хозяйство, как Кейти, и не так нравится мне, как ты, но ничего, довольно славная. На днях мы ходили собирать орехи и устроили пикник, и она дала нам с Филом большой пирог и шесть маленьких пирожков с айвой. Мальчики прокричали троекратное «ура» в ее честь, когда это увидели. Писала ли вам Элси, что я изобрел новую машину? Называется «Интеллектуальное Устройство для очистки персиков». Там есть место, куда поставить книжку, чтобы читать, пока снимаешь с персиков шкурку. Очень удобно. Не могу придумать, о чем бы еще написать. Сиси приехала домой, и на следующей неделе у них будет вечеринка. Она говорит, что теперь взрослая, и причесывается по-новому. Волос у нее теперь гораздо больше, чем раньше. Элси говорит, что так кажется, потому что подложены валики, но я ей не верю. У Элси новая подруга. Ее зовут Элен Гиббс. Довольно красивая.

Твой любящий брат

Дорри.

Р.S.Джонни хочет вложить записку".

Записка Джонни была написана круглым крупным почерком, который было так же легко читать, как печатные буквы.

"Дорогая Кловер,

я здорова и надеюсь, ты тоже. Я хочу, чтобы ты написала мне отдельное письмо. Я теперь хожу в школу вместе с Элси. Мы пишем соччененея. Их трудно писать. Мы теперь влезаем на чердак не так часто, как когда вы были здесь. Миссис Уоррет приходила обедать на прошлой неделе. Она говорит, что весит двести восемдесят фунтов. Я думаю, ужасно столько весить. Я вешу токо 74. Я уже достаю головой до той метки на двери, где была твоя голова, когда тебе было двенадцать лет. Высокая, правда? До свидания. Поцелуй за меня Кейти.

Твоя любящая

Джонни".

Когда они кончили читать эту записку, Кейти ушла, оставив Кловер в одиночестве, чтобы она могла распечатать письмо Кларенса. Оно было написано совсем не так красиво и грамотно, как письмо Дорри.

"Дорогая Кловер,

не забудь, что обещала. На счот того, чтобы не показывать. И не говори Лили, что я тебе пишу. Если скажешь, она разозлится до смерти. С тех пор как вы уехали, ничево особенного у меня не произошло. Занятия в школе начались вчера, и я рад, а то было ужасно скучно без вас. Мать говорит, что у Гостя блохи, и больше не пускает его в дом. Так что я остаюсь с ним в сарае. Он здоров и машет хвостом — шлет тебе привет. Мы с Джимом сделали ему ошейник.Черный, а на нем Г. П. — Гость Пейдж. На прошлой неделе все мальчики ночевали в палатках. Я с ними ходил. Было здорово, но мама не позволила мне остаться на ночь, так что все лучшее я пропустил. Они жарили рыбу на костре. Лагерь был на Харстнет-Хилл. Приедешь в следущий раз, сведу тебя туда. Папа уехал в Мэн по делам. Он сказал, что оставляет дом на меня, так что я одолжил у Джима револьвер, и если грабители влезут, собираюсь их перестрелять. Я приставляю к двери швабру, прежде чем лечь спать, чтобы проснуться, как только они откроют дверь. Сегодня утром я подумал, что они приходили ночью, потому что швабра исчезла и револьвер тоже. Но это была лишь Бриджет. Она открыла дверь, и швабра упала, но я не проснулся. Тогда она забрала ее, а револьвер положила в шкаф. Ну и разозлился же я!

Это короткое письмо, но надеюсь, ты скоро ответишь. Передай привет Кейти и скажи Дорри, что если хочет, то я пришлю ему компас для его машин, потому что у меня два.

Твой любящий кузен

Кларенс Пейдж".

Это было последнее письмо в пачке. Когда Кловер свернула его, раздался звонок к ужину, который привел ее в ужас.

— Ох! Ужин! — воскликнула она. — А я не кончила писать письмо Элси. Куда пропал день? Но какой замечательный он был! Хотела бы я всю оставшуюся жизнь получать по четыре письма в день.

Глава 11

Рождественские посылки

Октябрь оказался замечательным месяцем, ясным и искрящимся, но в начале ноября погода изменилась и стало очень холодно. Все покрыл густой иней, листья исчезли с деревьев, все до одного, а в садах только почерневшие стебли напоминали о том, что летом здесь были цветы. Несмотря на печку возле самой двери, в комнате номер 2 стало холодно, и Кейти не раз обнаруживала по утрам, что ее зубная щетка заледенела.Но это было лишь слабое подобие того, что предстояло испытать зимой, и девочки заранее содрогались.

В конце ноября мисс Джейн сильно простудилась. Безжалостная к себе не меньше, чем к другим, она продолжала, как обычно, слушать ответы учениц, и никто в классе не обращал особого внимания на ее хрипоту и пылающие щеки, пока ей не стало так плохо, что пришлось лечь в постель. Она пролежала почти четыре недели, и за это время жизнь в школе заметно изменилась. Девочки, избавленные от ее резкого голоса и колючих глаз, испытывали такое облегчение, что, боюсь, были скорее рады ее болезни, чем сожалели о ней.

Кейти разделяла это чувство облегчения. Ей не нравилась мисс Джейн, и было приятно, что не приходится ни видеть ни слышать ее. Но проходил день за днем, а мисс Джейн по-прежнему была больна, и Кейти почувствовала укоры совести. Однажды ночью она долго лежала без сна и слышала, как надрывно кашляет мисс Джейн. Кейти испугалась, что мисс Джейн, может быть, тяжело больна, и задумалась, кто же ухаживает за ней все эти дни и ночи. Ни одну из девочек она не интересовала, служанки всегда были заняты. И миссис Нипсон, которая не любила мисс Джейн, тоже была занята.

Утром, во время занятий, Кейти поймала себя на том, что думает об этом. Наконец она спросила мисс Марш:

— Как чувствует себя сегодня мисс Джейн?

— Все так же. Доктор говорит, ее болезнь не опасна. Но она очень сильно кашляет, и у нее температура.

— Кто-нибудь сидит с ней?

— О, нет! В этом нет необходимости. Сюзан отвечает на звонок, а лекарства на столе под рукой.

Все это звучало невесело. Кейти сама так долго лежала больная, не покидая своей комнаты, что знала, как это ужасно остаться совсем одной с «лекарством под рукой» и кем-то, иногда приходящим на звонок. Ей стало жаль мисс Джейн, я почти невольно она прошла по коридору и постучала в ее дверь.

— Войдите, — прозвучал очень тихий ответ, а сама мисс Джейн, лежавшая в постели, выглядела слабой и унылой, совсем непохожей на ту решительную, грозную особу, которую так боялись девочки. Появление Кейти изумило ее, и она сделала слабую попытку поднять голову и заговорить как обычно.

— В чем дело, мисс Карр?