Что Кейти делала - Кулидж Сьюзан - Страница 65

Пожалуйста, спроси папу…"

В тот момент, когда Кловер дошла до этого места, в комнату вбежала Кейти, прямо в шляпе и с пачкой писем в руках.

— Смотри! — воскликнула она. — Замечательно, правда? Мисс Марш взяла меня с собой на почту, а там столько писем! Три — тебе, два — мне, одно — Розе. Подожди минутку, я отдам Розе ее письмо, а потом мы прочитаем наши письма вместе.

Через минуту обе уютно сидели рядышком, открывая первое письмо. Оно было от папы.

«Дорогие мои девочки…»

Видишь, это нам двоим, — сказала Кейти.

"На прошлой неделе пришло ваше письмо от 31-го, и мы были рады узнать, что вы здоровы и готовы к возвращению в школу. К тому времени, когда вы получите это письмо вы уже снова будете в Хиллсовере и начнется ваш зимний семестр. Постарайтесь извлечь как можно больше пользы из учебы, так как все мы чувствуем, что никогда больше не сможем отпустить вас из дома. Джонни говорит, что когда вы вернетесь, она намажет ваши платья рыбьим клеем, чтобы вы и пошевелиться не могли. У меня самого почти те же мысли. Сиси вернулась из пансиона и ведет себя как взрослая леди. Элси очень занимают вечерние платья, которые миссис Холл заказала для Сиси, и она каждый день бегает к ним посмотреть, не привезли ли что-нибудь новое. По этой причине я, пожалуй, даже рад, что вас нет здесь сейчас, так как вам было бы нелегко сохранять хладнокровие и продолжать учебу, когда столько всего происходит по соседству. Я послал кузине Оливии чек за те вещи, что она купила для вас. Я очень благодарен ей за то, что она проследила, чтобы у вас было все необходимое. Кейти была совершенно права, что подумала о расходах, но я хочу, чтобы у вас было все, что вам нужно. Я вкладываю в письмо две десятидолларовые бумажки — по одной для каждой из вас — на карманные расходы. Большой привет от всех детей.

Любящий вас

Филип Карр.

Р.S.У кузины Элен был тяжелый приступ, но теперь она поправляется".

— Как я хотела бы, чтобы папа писал письма подлиннее, — вздохнула Кейти. — Он всегда посылает нам деньги, но не прикладывает к ним и половины тех слов, что нам хотелось бы. — Она свернула письмо и нежно его погладила.

— Он всегда так занят, — ответила Кловер. — Помнишь, как он всегда садился за стол и строчил письма, а кто-нибудь всегда непременно звонил в дверь, прежде чем он успеет дописать? Я очень рада, что он прислал денег, так как теперь я могу вернуть тебе шестьдесят два цента, которые задолжала. Теперь моя очередь читать. Это от Элси. Какое длинное! Отложи пока эти записки, Кейти, а то они потеряются. Вот так, теперь начнем вместе.

"Дорогая Кловер,

ты даже не знаешь, как я рада. когда приходит мой чередполучить от тебя письмо, адресованное лично мне. Конечно, я читаю, что вы пишете папе и всем остальным дома, но мне кажется, что ты говоришь со мной, только когда ты начнешь с «Дорогая Элси». Мне иногда хочется, чтобы ты вкладывали в свои письма маленькую записочку для меня с пометкой «лично», которую другим читать необязательно. Это было бы так интересно! Пожалуйста, напиши мне такую записочку. Я думаю, вам ужасно не понравилось у тети Оливии. Когда я прочитала, что она назвала ваши дорожные платья «допотопными», то не на шутку рассердилась. Но, наверное, в школу вам тоже не очень хочется возвращаться, хотя иногда там, должно быть, просто замечательно. Джонни назвала свою старую тряпичную куклу — ту, которую раньше звала «блинолицая», — «Ниппи», в честь миссис Нипсон. Я сделала ей муслиновый чепец, а Дорри пририсовал очки вокруг глаз. Теперь она настоящее пугало, и Джонни все время играет в то, что с Ниппи происходят всякие ужасы. Джонни колет ее булавками, изображает, что у куклы болит ухо или что она спотыкается и ушибается, так что мне иногда становится ее жаль, хотя все это только игра. Когда тынаписаланам, что у вас на обед один лишь пудинг, я не могла съесть ни крошки. А Джонни положила Ниппи в шкаф с лоскутками и морит ее голодом с тех самых пор, и Фил говорит, что так ей и надо! Ты представить себе не можешь, как мне иногда ужасно одиноко без вас. Если бы не Элен Гиббс, та новенькая девочка, о которой я тебе писала, не знаю, что я стала бы делать. Она самая красивая девочка в школе мисс Мак-Крейн. У нее такие же вьющиеся волосы, как у меня, только в четыре раза длиннее и в миллион раз гуще, а талия у нее, честное слово, ненамного толще, чем столбик кровати. Мы большущие друзья. Она говорит, что любит меня так, как если бы я была ее настоящей сестрой, но у нее никогда не было настоящих сестер. На днях она на меня очень рассердилась, потому что я сказала ей, что не могу любитьеетаксильно, как тебя и Кейти, и она всю большую перемену со мной не разговаривала, но теперь мы помирились. Доррив нееужасно влюблен, так что я иногда не могу уговоритьеговойти в комнату, когда она к нам приходит.Онкраснеет, когда мы его дразним из-за нее. Но это большой секрет. Мы с Дорри каждый вечер играем в шахматы. Он почти всегда у меня выигрывает, если только папа не подойдет и мне не поможет. Фил тоже научился играть потому что он всегда хочет делать то же, что и мы. Дорри отдал ему ладью и слона, и коня, и четыре пешки, а потом выиграл в шесть ходов. Фил так рассердился, что мы не могли удержаться от смеха. Вчера вечером он спрятал своего короля под курточку, застегнул ее на все пуговицы и сказал : «Вот теперь ты уж никак не поставишь мне мат!»

Сиси вернулась домой. Она теперь взрослая — делает совсем другую прическу и носит длинные платья. Этой зимой она будет выезжать на вечера, и миссис Холл собирается устроить для нее вечер в четверг, на следующей неделе, с настоящими взрослыми гостями. У нее красивые новые платья — из белого муслина, из голубой кисеи, из розового шелка. Розовое шелковое, по-моему, самое красивое. Сиси такая добрая и разрешает мне рассматривать все ее вещи. У нее прелестная брошь, новый веер из слоновой кости и много всего другого. Я очень хотела бы быть взрослой. Это, должно быть, так приятно. Я хочу тебе что-то сказать, только не говори никому, кроме Кейти. Помнишь, Сиси раньше всегда говорила, что не будет кататься с молодыми джентльменами, а собирается сидеть дома и читать Библию бедным людям? Так вот, она говорила неправду, потому что уже три раза ездила в двуколке с Сильвестром Слэком. А когда я сказала, что она не должна этого делать, потому что это нарушение обещания, она только засмеялась и сказала, что я глупенькая маленькая девочка. Странно, правда?

Я хочу рассказать тебе, какую ужасную ошибку я недавно совершила. Мерайя Авери пригласила меня на чай, и папа разрешил мне пойти. Я не очень хотела идти, но не знала, как отказаться, и потому пошла. Ты же знаешь, какие они бедные и как тетя Иззи всегда говорила, что они «обидчивые», так что я подумала, что постараюсь посидеть подольше после чая, чтобы они не подумали, будто мне у них не понравилось. И я сидела и ждала, и ждала, и ждала, и мне так захотелось спать, что пришлось себя щипать, чтобы не уснуть. Наконец я решила, что уже наверняка около девяти часов, и попросила мистера Авери отвезти меня домой. И знаешь, когда мы добрались до нашего дома, былоуже четверть одиннадцатого и папа собирался ехать за мной. Дорри сказал, что, наверное, мне было очень хорошо в гостях, раз я так засиделась. Я три дня никому об этом не говорила; я знала, что они будут смеяться, и они действительно смеялись. Ведь смешно, правда? А у старой миссис Авери был такой же сонный вид, как у меня, и она все время потихоньку зевала в руку. Я сказала папе, что, если бы у меня были свои часы, я не дала бы таких промахов. Он засмеялся и сказал: «Посмотрим!» Как ты думаешь, это значит, что он собирается подарить мне часы?