Воровка чар (Дилогия) (СИ) - Сокол Анна - Страница 42

Он мог, как стукнуть, так и погладить парня по голове. Думаю, последнее напугало бы Риона куда сильнее, чем удар.Следом за учеником мага из кустов вышел взъерошенный Михей, с арбалетом в руках. С опущенным к земле и незаряженным арбалетом.

— Меня зовут Айка, — я посмотрела на Вита. — Запомни, пожалуйста, если хочешь идти с нами.

— Постараюсь, — губы мужчины дрогнули, поднявшаяся ладонь зарылась в волосы.

Рион перевел взгляд с меня на вирийца:

— Все в порядке? Он ничего не сделал?

— Нет, — буркнула я, разворачиваясь и перешагивая ручей, — еще один волнующийся по поводу моих прогулок.

Костер потух, еловые лапы отсырели, свет солнца казался мне неуютным. Какая-то пичуга прерывисто запела в кронах деревьев и тут же замолкла. Тревога въедалась в меня, словно ржавчина в железо. Я не знала, что делать, не знала, как поступить. Не знала вообще ничего. Может, Рион прав насчет вирийцев? А может, все остальные правы насчет меня? Я тряхнула головой, отгоняя непрошеные мысли. Мне совсем не понравилось то, что вириец-чернокнижник заставил меня хранить свою тайну. Не нравилась недогадливость мальчишек. Не нравились странные сны…

В раздражении я отбросила куртку. А ведь Вит так и не сказал, что именно произошло, и как он вытащил меня из… Мира мертвых? Я потрясла головой, неправда. Не может быть правдой.

— Рион, — спросила я, раздувающего угли мага, — Что случилось ночью?

Парень передернул плечами, оглянулся на седлающего лошадей Михея, посмотрел на Вита, волокущего под деревья лежанки из лапника. Посмотрел и замялся, а потом вместо ответа спросил:

— Ты ему доверяешь? По-настоящему? — он посмотрел мне в глаза.— Так, чтобы повернуться спиной?

Не нужно было пояснять, о ком он. Рион был молод, но он не был дураком.

— Нет, — ответила я правду. — Но предпочитаю иметь за спиной его, а не вараксу.

Где-то в ветвях снова запела пичуга, на этот раз отрывисто трескуче, словно сорвавшая голос кликуша. Мы с парнем посмотрели на солдата, Вит медленно выпрямился. В голову пришла странная мысль, что не просто почувствовал наши взгляды, а слышал каждое слово тихого разговора. Чернокнижник, которым пугают в Тарии непослушных детей. Черный маг, порченная кровь… Да мало ли еще ругательств.

— Дежурил я, — Рион снова посмотрел на костер и стал рассказывать. — Предыдущей ночью почти не спали, я и задремал. Проснулся от голоса, булькающего такого. «Слышь» — говорит, — Чаровник, ты б за девчонкой своей приглядел. Не ровен час, сгинет, нас виноватить будешь». Я головой повертел — никого. Чудеса! Даже подумал, что приснилось. Встал, смотрю, а тебя нет. Растолкал остальных. Искали, звали, ты как в Дасунь провалилась. Вит услышал что-то и побежал. Мы за ним. А там… Ты, не ты, а размытый силуэт, словно призрак,— парень снова передернул плечами. — Мы не могли тебя даже коснуться, руки проходили насквозь. Я испугался до чертиков, думал — все, конец. Вириец все пытался тебя схватить, размахивал руками. Я глазам не поверил, когда у него получилось. — Рион поднял голову и спросил. — А что видела ты?

— Я? Сон. Всего лишь сон.

— Да?

— Нет, — ответил ему неслышно подошедший Вит. — Не сон. Я такое уже видел, когда с кудесником ездил. Один раз.

— И как?

— Незабываемо, — усмехнулся вириец. — Даже тела не нашли. Кудесник потом сказал, что того песняра[30] на глубину утянуло.

— В трясину?

— Глубину имеет не только болото, ее имеют и сны, и разумы, и даже миры.

— Да ты мыслитель, — съехидничал парень.

— Куда уж мне, за кудесником повторяю, — поднял руки вириец, этот жест показался мне донельзя фальшивым.

— Мир мертвых, — вспомнила я слова солдата, а Михей чуть не выронил арбалет. — Откуда здесь мир мертвых?

— А он, монна, всюду, — развел руками мужчина. — Люди умирают везде, и отовсюду можно перейти на ту сторону. Вас пытались утащить.

— Голос в ночи, — не обращая внимания на Вита, стал рассуждать парень. — Скорей всего, болотник обыкновенный.

— Жуть — высказался Михей, закидывая арбалет за спину. — Такого страху натерпелись.

— Да? — удивилась я. — Никогда не слышала, что бы нежить людям помогала, даже притворная[31].

— Они и не помогают, просто богинок ненавидят сильнее, чем людей, — вириец пристально посмотрел на меня.

— Богинок? — нахмурилась я.

— Меня мамка в детстве всегда стращала, — вставил, подошедший стрелок — заберут, мол, тебя богинки, «подменыша» подкинут, и будет у нее послушный сын, вместо шалопая.

— Всегда думала, это бабушкины сказки. Не рассказы о нечисти, а именно выдумки, — я посмотрела на парней. — Вы уверены?

— А что видела ты? — Вит почти в точности повторил вопрос Риона.

Я вздохнула и стала рассказывать, запинаясь, иногда давясь словами и беря паузы, а иногда торопливо перескакивая с одного на другое или возвращаясь к началу. Я до сих пор считала, что это сон, странный, запоминающийся, но не настоящий. Если бы не грязь на одежде, и не отпечаток на коже…

Ночь, наполненные водой следы, качающийся камыш, и девушка в белом хитоне.

«Я сама забрала тебя из колыбельки», — вспомнила я слова старухи.

— Точно они, — когда я закончила, проговорил Рион. — Они воруют детей и меняют облик с девушки на старуху, но... их же всех вывели? Еще лет сто назад…

— Не сто, а всего двадцать, — поправил его солдат.

— Тебе-то откуда знать? — возмутился чаровник. — Мне учитель рассказывал.

— Ну, если учитель, — усмехнулся Вит.

— Но ты говорил про мир мертвых… — не поняла я.

— Говорил, монна. Богинки — это нежить, вон, ваш кудесник подтвердит, — вириец посмотрел на Риона и тот, словно забывшись, кивнул. — Нежить хоть и притворяется человеком, но не живет, как вы сами догадались, во всяком случае, не здесь. Поэтому — да, они пытались утащить вас в неживой, — Вит выделил голосом слово, — мир. Мир мертвых.

— Богинки, так богинки, — пожал плечами более практичный Михей. — И что теперь? Уходим? Или останемся выслеживать эту притвору?

— А это — уж как ваш кудесник решит, — иронично ответил Вит, вроде желая польстить, а не поиздеваться, но получилось наоборот.

— Хватит из меня эдакого дурачка делать, — буркнул Рион, — Я не обязан за каждой темной тварью по Тарии бегать. — Он опустил плечи и добавил: — По крайней мере, пока не стану действительным. Уходим.

Вит скупо улыбнулся и резким движением выплеснул на угли котелок с водой.

Зашипело, к небу взметнулся столб пара. Рион поднялся и, схватив меня за руку, как раз в том же месте, где и старуха, уже спокойнее добавил:

— Я испугался. И не за силу. За тебя. Утром открыл глаза, а тебя снова нет. Чуть мозги набекрень не съехали.

— С нашим везением, ждать этого недолго,— пробормотала я, освобождаясь.

Сейчас Рион искренне верил в свои слова, хотя еще несколько дней назад, наверное, прыгал бы от радости. Каждому есть, что скрывать и на что надеяться.Подгоняемые нехорошими предчувствиями, мы взяли направление на восток, уходя прочь от Лихих болот.

Глава 11. Суд семерых приговорил…

На старый тракт мы встали после полудня, оставляя за спиной многочисленные ключи. С каждым шагом дорога становилась все суше и тверже. К вечеру деревья расступились и на горизонте показались далекие стены Велижа. Мы прошли насквозь Багряный лес и вышли живыми с Лихих болот. Справедливости ради надо сказать, всего лишь задев гиблые места краем, но все-таки. Дамир оказался прав, мы дошли

Какой прием нам окажут в городе магов? Даже не нам, а мне. Планы планами, но реальность вот она, уже на пороге, скоро мне придется встретиться с самыми именитыми чаровниками Тарии.

— Видели бы вы Велиж весной, — рассказывал Рион. — Когда цветут сады, а лепестки падают в прозрачную воду прудов. Знаете сколько там прудов?

Мы не знали. Михей шел так, словно к каждой его ноге было привязано по чугунку, как у каторжника. Мы приближались к обители магов, и надежда стрелка, тщательно спрятанная от самого себя, но не от остальных, снова ожила. Даже не надежда, а страх. Если здесь ему дадут от ворот поворот, о магии парню придется забыть навсегда. Последняя мечта, полупрозрачная и хрупкая, как снежинка.