Воровка чар (Дилогия) (СИ) - Сокол Анна - Страница 111

Ничего не выйдет, у меня просто нет на это времени. Вит мне доверял, а я доверяла ему настолько, насколько вообще была способна доверять кому-либо. Какая ирония…

Лиэсса не Вит. Ее сила чужая.

А разве обязательно тащить в себя всякий мусор? Я — зеркальный маг. Кажется... Так может, и не надо пропускать силу через себя, может, достаточно... отразить ее?

Эол, если ты меня слышишь, сделай так, чтобы я оказалась права, — пришли, наконец, правильные слова для молитвы. — У меня никогда не было учителя и, наверное, уже не будет. Но вот сейчас, здесь, сделай так, чтобы моя догадка оказалась верной. Сделай так, чтобы у меня получилось.

Я представила зеркало, в котором тут же отразилась моя кошка. Усы вразлет, уши топорщатся, хвост поджат. Одно зеркало, второе, третье, четвертое, пятое… Кошка подняла морду, и ее отражения повторили движение вместе с ней. Я — зеркальный маг. Я отражаю силу, и она множится в собственных отражениях. Множится и множится, растет…

Лиэсса замерла, хватая ртом воздух, ее невесомые палочки-крючочки, вдруг стали тяжелыми, плотными и почти ледяными, принося долгожданное онемение горящей огнем коже. Это — как на морозе схватиться за обод телеги и только в последний момент понять, что он не деревянный, а кованный. Вот так и невидимая сила женщины вдруг стала тяжелой, словно отлитой из полновесного серебра.

Рука разжалась, отражения, которые только что окружали меня со всех сторон, стекли вниз прозрачными каплями. Что бы ни происходило, оно закончилось очень быстро. Как и отведенное мне время. Одинокая свеча на столе потухла, зал трактира погрузился во тьму, увлекая меня за собой. Я больше ничего не чувствовала и не видела. Жаль, что так и не узнаю, получилось у меня или нет.

— Ты уверен в этом? — услышала я смутно знакомый голос. — Чаровники, вызывающие демона? О таком уже лет сто не слышали.

Хм… интересно, а что он делает в загробном мире?

— Уверен, учитель, — с жаром подтвердил Рион.

— Настолько, чтобы держать ответ перед советом? Поручишься именем и силой?

— Да, учитель. Поручусь.

Я открыла глаза и удивилась, когда это у меня получилось. Значит, еще есть чего открывать.

— Тогда идем.

Я медленно села, ощупывая руками грубое выскобленное дерево трактирного стола. Стало быть, где упала, там меня и оставили. Нет бы, в комнатку перенести, простынкой накрыть. Никакого уважения к покойникам.

— А может, не надо? — раздался просительный женский голос. — Дамир, давай уедем. Заберешь своих… — она замялась, но потом с усилием продолжила: — Учеников. Пусть, тут сами разбираются.

— Лиэсса, — укоризненно попенял Дамир. — Бегство — не выход, ты же знаешь. Айка… — позвал он, и я повернула голову.

Шея казалась деревянной. Словно у куклы, что продавали мастера на ярмарках. У меня даже была одна такая, пока Гунька не закинул ее в речку, чтобы проверить на самом ли деле, я так боюсь воды, как говорят.Судя по нагару свечи, при смерти я находилась недолго. Подняв руки, я осторожно коснулась горла. Шею обхватывала плотная и шершавая повязка. Не слышала раньше о таком легком способе лечения вскрытого горла.

— У Лиэссы все получилось, — улыбнулся Дамир.

— Что… — прохрипела я и поразилась как тихо и чуждо звучит голос.

— Связки она тебе тоже срастила, но пройдет какое-то время, прежде чем голос вернется, — произнес действительный.

И меня снова посетило странное чувство, которому никак не получалось придумать названия. Чувство повторения. Словно это все уже было. Словно я уже переживала этот момент: ранение, Дамир, Лиэсса, которая меня лечила, голос, который мне словно не принадлежит. Ведь переживала же, только не здесь. В Вышграде.

— Дамир, — заговорила женщина: — Я прошу тебя, зачем нам теперь…

— Не обсуждается. Мы идем в Веллистат, надо найти Тамита, если кто и может рассказать, что происходит, то это только он, — чаровник подхватил с лавки плащ.

— А Тамит не может быть замешан? Не может быть среди тех, кто вызвал дасу? — с сомнением проговорил Рион.

— Только не Тамит, уж поверь, в нем я уверен, как в самом себе. — Действительный снова посмотрел на меня, и в его взгляде сквозило тепло.

Когда в последний раз человек был так рад видеть Айку Озерную? Ответ: никогда.

— Присмотри за Айкой до нашего возвращения, — попросил учитель Риона женщину.

— А как же этот? — она бросила опасливый взгляд на дверь, что вела то ли в подсобку, то ли на кухню, то ли в кладовую, последнее вернее всего.

— Никак. Забудь. Вернусь, разберусь. Все. Идем, Рион, — скомандовал Дамир, и парень последовал за учителем.

Проходя мимо, бывший ученик позволил себе коснуться моей руки, и ободряюще сжал ладонь. Я ответила Риону тем же. Я рада быть здесь. Рада быть живой. На самом деле рада.

Хлопнула дверь, пламя свечи поколебалось на несколько мгновений, словно танцуя на кончике фитиля, а потом снова выровнялось.

Мы с Лиэссой переглянулись. Похоже, кроме нас в трактире никого не было.Живот снова свело от голода.

Женщина отвернулась, провела рукой по столу. Я посмотрела в окно, алая полоска зари, словно прилипла к горизонту, едва заметно окрасив стены домов в розовый цвет. Ночь уже кончилась, но день все никак не занимался, будто его удерживали там, не давая тьме уйти.

Мы молчали. Минуты уходили одна за другой. Я продолжала следить взглядом за Лиэссой. Интересно, что она думает обо мне? Кто я Дамиру? Случайно подвернувшаяся девка, что смотрит на мага, раскрыв рот от обожания? Зеркальный маг? Или просто пыль под ногами, о которой и думать-то зазорно?

— Ой, — она всплеснула руками, — я же хотела…

Она оглядела пустой трактир, пытаясь придумать, чего же она такого могла хотеть.Но для меня, это ее «ой» стало спущенной арбалетной тетивой. Я поняла и... не испугалась, нет, я была раздосадована, что не видела очевидного раньше.

— Наверное, это тяжело, — спросила я, слезая со стола. — Носить чужое лицо? Поверь, я знаю. — Лиэсса удивленно подняла голову. — К нему легко привыкнуть, оно может врасти в твое собственное так, что снять его потом удается с большим трудом.

Я медленно пошла к женщине. Не было ни головокружения, ни слабости от потери крови. А ведь она, и в самом деле, неплохой целитель. Только слабый.

— Чужая шкура становится привычной, невесомой, и даже сбросив ее, не всегда удается избавиться от ее черт, они вылезают тут и там. Например, когда видишь кого-то, кто знал тебя иную, и не успеваешь осознать, как привычки, жесты, слова твоего «другого» лица возвращаются.

Она настороженно смотрела на меня. Пахнущая пеплом женщина. Пеплом мира мертвых, из которого мы вывалились не далее, как час назад.Лиэсса постаралась вернуть себе выражение отстраненного высокомерия, куда более подходящее женщине Дамира. Но оно расползалось, как сшитая на скорую руку рубаха, стоило только потянуть за необрезанную нить.

— Она тоже все время «ойкала», — я остановилась, с интересом разглядывая статную черноволосую женщину, та подняла руку… — И так же прикрывала рот рукой, боясь сказать лишнего. Значит, Мира, вы выбрались. И солдаты тоже?

Черные глаза зло сузились, и вместо ответа, женщина толкнула меня в грудь. Я позволила ей это сделать, позволила отшвырнуть себя. Иногда хищнику для удачной охоты нужно притворяться мышью, чтобы тот, кто стоял напротив, окончательно вообразил себя котом и не сбежал. Например, в ту дверь черного хода у Лиэссы за спиной.Я ударилась спиной о столешницу, зацепилась ногой за лавку и упала на пол.

— Знала бы ты… — женщина со злостью пнула меня в бедро. — Как мне осточертело носить вам еду и разыгрывать простушку.

— У тебя отменно получилось, знатная дама — это не твое, — хихикнула я и получила еще один пинок. — Почему я раньше не догадалась? Это же так просто. А вот Вит понял…

— Что эта порченая кровь могла понять? — Лиэсса фыркнула, и, видя, что я не собираюсь лезть на нее с кулаками, кажется, немного успокоилась и стала поправлять волосы. — Он сам же меня из Волотков и вытащил. Дурак.