Континентальный сдвиг (СИ) - Мясоедов Владимир Михайлович - Страница 47

Штормовой ветер стих в мгновении ока, стоил лишь японцам приблизиться к русским летательным аппаратам на расстояние пары километров. По всей видимости, хрупким планерам он мешал куда больше, чем более громоздким воздушным кораблям, а потому управляющая погодой сущность с иных планов бытия отвлеклась на мгновение от боя и помогла своим союзникам. Впрочем, на наступившее затишье русские артиллеристы не жаловались, условия для работы канониров получились если и не идеальными, то во всяком случае очень хорошими. Тяжелые снаряды летучих крейсеров обрушились на приближающихся в похожем на сеть построении японцев, в случае попадания сразу превращая свои цели в мелкие обломки. И даже «Котяра первым же бортовым залпом снес аж двух вражеских летунов с неба. Защитный барьер отклонил несущееся прямиком в кабину ядро, но нервы пилота не выдержали и он круто рванул вверх и влево…Чтобы зацепить хвостом нос своего коллеги, держащегося слишком близко к нему. Вооружен каждый из врагов оказался парочкой прицепленных под крыльями то ли управляемых то ли самонаводящихся ракет и применяющимся в ближнем бою огнеметом.

-Хрустальные пушки, – пробормотал вышедший на верхнюю палубу Олег, медленно создавая в руках огненный шар и вспоминая игровой термин из своей прошлой жизни, как нельзя лучше характеризующий вражеские планеры. Эти машины были предназначены для того, чтобы нанести максимальный урон, пожертвовав в угоду ему прочностью и защищенностью. Нет, какие-то барьеры вражеские летательные аппараты прикрывали, но именно «какие-то». Их задачей, судя по всему, было лишь выиграть время достаточное, чтобы пилоты сблизились с целью вплотную и не подохли на подлете от ружейного огня и картечин. Даже одно ударившее в машину ядро данные летательные аппараты выдерживали далеко не всегда, а если даже и умудрялись уцелеть после подобного, то напрочь теряли свою магическую защиту и становились легкой мишенью. – Хотя нет, не тянут. Стеклянные дробовики!

На сближение с «Котярой» пошло сразу шесть вражеских машин, что было, в общем-то, очень неприятно. Не то пилоты решили, что узкий длинный корабль будет проще залить пламенем и быстро вывести из игры, не то просто судно оказалось в неудачное время в неудачном месте. Пушки обращенного в сторону надвигающихся врагов борта еще не успели перезарядиться, зато расположенные на верхней палубе картечницы исправно выдали в сторону хрупких летательных аппаратов снопы крупной дроби, заставившие одну из машин потерять хвост и резко уйти вниз, навстречу холодному морю. В еще одну попал огненным шаром Олег, но её барьеры выдержали натиск пламени…А вот последовавший вслед за этим электрический разряд и две незаметных на общем фоне пули – уже нет. Если в планере после этого от пилота что-то и осталось, так разве только обгорелые ноги под сиденьем. Похожая судьба постигла еще двух нападающих, Стефан показывал настоящий мастер-класс меткой стрельбы, уничтожая врагов с максимальной скоростью, на которое было способно зачарованное ружье. А рядом с ним стояли солдат, готовый подать потомственному сибирскому охотнику его собственную винтовку после того как одолженное оружие растратит все запасы энергии.

-Пронесло, – выдохнул Олег, наблюдая за тем, как рвутся всего лишь в нескольких метров от него ракеты, столкнувшиеся с пеленой магического щита. Первый барьер все-таки пал, будучи истощенным, однако второй удержал реактивную смерть в стороне от людей. Ударивший с левого борта фонтан пара из-за лопнувшего баллона и чьи-то матерные вопли не в счет – технику можно отремонтировать, а умирающие орут совсем не так. Зачарованными боеприпасами авиацию жителей страны восходящего солнца по какой-то причине не снабдили, и потому в первом раунде воздушной битвы русский корабль не понесет серьезного ущерба. Да, пыхнувшие следом зажигательной смесью огнеметы тоже представляли серьезную опасность…Но большая часть этого алхимического напалма стекла по энергетическим барьем, часть вообще прошла мимо цели из-за движения «Котяры» и самих планеров, а остатки потушат или по крайней мере не дадут им серьезно разгореться на дереве с огнеупорной пропиткой.

К сожалению, вражеские пилоты оказались опытными и не стали перемахивать через судно, где их могли бы достать пушки второго борта. Вместо этого оставшиеся три машины буквально прилипли к нижней полусфере летучего корабля, носясь под ней кругами по смехотворно малому радиусу и окатывая днище «Котяры» потоками напалма. На реактивных двигателях родного мира Олега подобный маневр удалось бы провернуть черта с два, но магические машины имели свои преимущества. Судно попыталось опуститься пониже, чтобы подставить врагов под выстрелы, но японцы зеркально продублировали изменение высоты и остались вне зоны поражения большинства орудий.

-Дык, я не могу…– Святослав попытался наколдовать управляемую шаровую молнию или что-то подобное, но колдовское электричество лишь обожгло ему пальцы. Хорошо хоть не изжарило! – Моя сила, стал быть, слишком сильно связана с ветром и небом…А они не отзываются!

-Думаю, стоит этому японскому богу свалить куда подальше и все вернется на круги своя, – Олег выставил вперед руку, куда был вшит атакующий световым копьем артефакт и сосредоточился. В тот момент, когда один из планеров по инерции выскочил из под днища судна, чтобы буквально в следующую же секунду попытаться развернуться на месте и снова оказаться в безопасности, чародей активировал боевой артефакт. Магический лазер буквально испарил половину вражеской машины, которая как оказалось уже не имела защиты. И уже в следующую секунду волшебник сделал то, что обычно счел бы поступком откровенно самоубийственным или хотя бы крайне неумным. Выпрыгнул за борт летучего корабля. В ситуации, когда идущий снизу треск огня и дым с каждой секундой становятся все сильнее, а его левитационные пластины полны энергии, данный маневр выглядел оптимальным решением.

Если два оставшихся японских пилота и удивились его появлению, то справились с изумлением крайне быстро, еще раз доказав свой профессионализм. Один из планеров метнулся прямо на Олега, выплевывая в чародея длинную струю огня, а навстречу ему устремился конус холода. В результате столкновения стихий пострадали оба участника драки: зажигательная жидкость замедлила свое движение и влетевший в неё летательный аппарат вспыхнул как спичка, а после протаранил боевого мага.

-Ух…ё…– Остановить беспорядочное кувыркание в воздухе Олегу удалось далеко не сразу. К счастью находясь под днищем не такого уж и большого русского корабля вражеский пилот передвигался на довольно маленькой скорости, а потому личные защитные барьеры волшебника смогли поглотить большую часть импульса от столкновения. Но синяки все равно были гарантированы, а перекинувшееся на одежду пламя пришлось срывать с себя телекинезом. Повезло еще, что пробившейся при ударе сквозь щиты сваренный японскими алхимиками состав большую часть своих свойств приобрел из-за волшебства, а потому при нахождении вблизи поглощающей враждебную магию кирасы из способного сожрать даже металл зелья выродился всего лишь в подобие горящего бензина. – Так, а где последний? Сбежал?

Мощный удар, едва не оторвавший Олегу правую ногу, доказал что среди пороков данного конкретного японца может обнаружиться чего угодно, но только не трусость. Ракет у него уже не было, в прицепленном к планеру огнемете зияло несколько оставленных картечь дыр, через которую утекали последние капли зажигательной смеси, но пилот об отступлении даже не думал. Вооружившись длиннющим телескопическим копьем, он попытался заколоть русского чародея и почти преуспел в своих попытках изобразить бравого небесного рыцаря. Придись такой удар в шею и позвонки бы точно сломались, ведь запас энергии в защитных амулетах уже оказался к настоящему моменту истрачен…Впрочем, опытный целитель мог пережить подобное и даже не полностью утратить боеспособность, управляя своим телом не при помощи нервов, а напрямую через ауру. А уж потеря очередного башмака и повисшая на лоскуте кожи части ступни вместе с деревянным протезом его и вовсе не смутила. Выхватив револьвер, чародей выпустил пять пуль вслед удаляющемуся японцу. И, судя по его вскрику и зарыскавшему из стороны в сторону планеру, как минимум один раз он попал. Видимо боль помешала пилоту мыслить здраво, а потом его летательный аппарат вылетел далеко за пределы безопасной зоны под днищем судна и практически мгновенно оказался уничтожен выстрелившими в упор канонирами.