Обретение мести (СИ) - Сотари Сергей - Страница 36

— Ч-что бу-бу-дет худо, тому кто обидит дев-о-чку, — заикаясь и не зная куда себя деть, ответил староста. Я же отметил, что сказал я не это, но суть передана верно.

— И почему Вы не послушались совета старшего? Или у вас тут живут одни звери? В местах откуда я, старших должны чтить и к ним должно прислушиваться молодое поколение! Коим вы по отношению к деду Феофану являетесь, — про себя же подумал, может и должны, но в большинстве случаев ничего никто не слушает, но им об этом знать не обязательно.

— Молчишь? Тогда я отвечу за тебя. Ты решил нажиться! Раз меня нет, то я вероятнее всего умер. А ты староста, по тому никто препятствовать не будет. По сути это называется воровством. И раз я обещал наказание, то сейчас оно будет.

В краях, где я вырос, есть обычай: отрубать руки ворам, которых поймали. Сначала одну руку, на второй раз — вторую, третий — смертельный.

Закончив эту тираду, двумя движениями лишил обоих кистей рук, старосту — правой, сына — левой. Толпа и так стояла молча, а теперь и вовсе дышать боялась. Бывшие хозяева кистей закричали и уставились на меня.

— Это было первое. Вас я больше не задерживаю, — жестко ответил я наказанным. — Второе. Это голова твари, что убивала ваших жителей. Если она не живет стадом, у меня не было возможности проверить, то нападения должны прекратиться. В любом случае, постарайтесь не ходить по одиночке в ближайшие месяцы. Третье. Вам стоит переизбрать старосту. Но это мой вам совет. И последнее. Совет тот же что и был раньше, не стоит пакостить деду Феофану. Эффект будет тот же, если не хуже, что вы только что видели. А теперь расходитесь, не чего тут больше стоять. Дед Феофан, пройдемте к Вам в дом.

Дед молча кивнул и пошагал вперед. Толпа же благоразумно уже разошлась, а зеваки старались не попадаться на нашем пути. Взяв свой рюкзак, я посмотрел на Иру.

— Пошли — сказал я ей ободряюще, и последовали за проводником. В его доме мы задержались еще на полчаса. Я поведал ему историю с животным, кстати, голову которого, кто-то из толпы уже умудрился прикарманить. Вот народец то. На прощание я оставил деду одну золотую монету. Для меня это сильно погоды не построит, но вот ему я хотел помочь. Для деда это были несусветные богатства, от которых он хотел отказаться, но я настоял. Да и благодарен я ему был за защиту Иры. Спустя пять минут, после разговора, мы вышли из деревни, и уже по прямой, пусть и грунтовой, дороге направились в следующую по маршруту деревню. Бродячие артисты местного разлива.

Глава 4

Ни шагу без приключений

— Ира, я лягу поспать немного, пожалуйста, разбуди меня, когда солнце будет вон в той точке, — указал я на нужную точку в небе. Пока мы шли, то со сном можно было еще бороться, но вот когда сели на обеденный перерыв, то меня уморило весьма и весьма сильно. Химии принимать не хотел, критичной необходимости в этом не было, по тому, я лучше посплю с часик.

Я еле расцепил глаза, как же хорошо спалось. Ира меня разбудила, как я и просил. Мы собрались и пошли в путь дальше. Что путь до обеда, что сейчас, мало чем отличался друг от друга. За все это время, мы не увидели ни одного человека. Ровная дорога, палящее солнце — сейчас бы кружку холодного пива, да в тенечке. Я даже забыл, какое оно на вкус. Последний раз я пил пиво еще до войны. Надо бы тут попробовать местного. Как не крути, а тут оно больше напоминает истинный напиток. Никакой тебе химии, добавок, консервантов и что там еще могут намешать. Главное, что бы разводили не сильно. Мечтательно думал я, даже как-то жара отступила от таких мыслей, или мне показалось. Жаль, что нет возможности поговорить в дороге, оно идти было бы веселее. Вот так мы шагали, наверное, часа с три. И по моим прикидкам еще часа два шагать придется. Эти не сложные умозаключения, я сделал, находясь на вершине холма, с которого уже виднелась интересующая меня деревня. Значит, опять получится прийти туда засветло, что лично меня, очень радовало.

Я дал понять своей спутнице, что пора идти далее, тем более, что цель так близко. Но как говориться, хочешь насмешить Бога — расскажи ему свои планы. Вот таки у меня вышло. Не успели мы спустить с холма, что бы выйти на финишную прямую, как я услышал гул и топот повозки, едущей нам в спину. Правил местного дорожного движения, я не знал, а потом просто сошел в сторону. И начала присматриваться, что же это едет, но у меня ничего не получалось, так как солнце светило в лицо и рассмотреть что-либо было крайне затруднительно. Для устранения данной проблемы, я принял облик Ильи Муромца, из известной картины Васнецова. Вместо правой руки, я приложил левую руку ко лбу. Жаль, коня для полного антуража не хватает. После этих не сложных манипуляций, уже боле отчетливо, смог рассмотреть средство передвижения идущее к нам. На нас, летел мужик лет 35, на повозке, в которую было запряжено две лошадки. Я в лошадях не сильно смыслю, от слова вообще, но одна лошадь была вороной, а вторая — гнедой. Вот только если вороная — это точно черной масти, то гнедая — это коричневой масти, только по моим, не подтвержденным, предположениям. Мне, даже показалось, что после того, как я его высматривал, повозка стала лететь еще быстрее, хотя казалось, что быстрее не возможно. Как бы мужика здоровье не подвело, подумалось мне, вон как у него глаза из орбит лезут, да и сам он взмыленный, не хуже своих лошадей. Но вот затормозил он возле нас ровно. Как это возможно, я не понимаю. Вон он ехал на полной скорости, тем более с горы, и соответственно лошадь, кроме своей скорости, еще и подгонялась повозкой, и вон он сразу затормозил. На такие нарушения физики, я мог только уставиться молчанием, и не понимаем увиденного. Дальнейший же поступок этого мужика и вовсе ввел меня в шок.

— Умоляю, помогите! Я все сделаю, только помогите, — начал этот чудик, бормоча что-то еще, но я смог разобрать только это. Он упал на колени и бился головой мне об обувь, что затрудняло понятие его речи еще больше.

— Встаньте, — вежливо попросил я, но эффекта ноль. Ира номер два что ли? — Стать! — рявкнул я. О, подействовало. — За Вами кто-то гонится?

— Нет, — так же дергаясь, но все же более осмысленно ответил незнакомец. — У нас в деревни беда, и только Вы можете помочь. Ваш перстень, Вы точно можете помочь. Я… Я… искал помощи, но все отказались. Помогите, умоляю Вас.

Я все меньше и меньше понимал этого мужика. У него что-то случилось, точнее у его деревни. И им нужна моя помощь. Именно моя, потому что у меня перстень. Факт моей принадлежности к ордену, точнее семьи Алкухин, как то не выглядит секретными данными. Если уже второй человек за два дня об этом знает. Или это мои мечи и перстень отличное сочетание для понимания моей принадлежности? И спрятать их не куда. В этот момент у меня в голове пронеслась какая-то мысль, но из-за этого ненормального, я не смог ее уловить.

— Давайте по порядку, при чем тут мой перстень к вашей проблеме? — решил я разобраться, умозаключения вещь хорошая, но все таки нужно понимать, что и как.

— Перстень. На нем — колба. Вы — алхимик, — рубленными фразами, начал получать я пояснения. — Алхимик — это целитель. Это именно тот, кто нам нужен. Пожалуйста, умоляю, помогите нам. Мы заплатим, заплатим, чем скажите, хоть людьми, хоть деньгами. Только спасите детей.

И что прикажите делать? Обнадежить человека и ничего не сделать? Да и что я могу? Моих познаний в алхимии едва ли хватит, что бы вылечить насморк, не говоря, о чем-то серьезном, а тут дети. А с другой стороны, она же главная, вы хоть раз видели отчаявшегося родителя? А я видел. Да и это же дети, если есть шанс — то надо попытаться помочь. Решил я, причем это я решил, только услышав о детях, а остальные мысли чисто для проформы. Так же, на краю сознания я отметил две вещи: им не известна моя принадлежность к ордену, я ошибся в своих выводах. А вторым — этот мужик невероятно глазастый, заметить, что изображено на перстне черт знает с какого расстояния. Было и третье, но это мало вероятно. Может это подстава, и он не видел перстня, а просто знал, что на нем изображено? И надо было просто меня отвлечь. Мысль такая есть, держать ее надо в уме, но в это верилось слабо. Не возможно так играть горе, он же не Станиславский.