Мерзавец Бэдд (ЛП) - Уайлдер Джасинда - Страница 42

– Ну, все, писец тебе, – пророкотал он.

Я извернулась и наклонилась, чтобы поцеловать его в нос.

– Вот и славно, – выдохнула я.

– Ах, ты грязная маленькая проказница! – усмехнулся он. – Ты ведь специально меня доводила, да?

Я почувствовала, что меня поднимают, когда он захватил меня в капкан рук и водрузил к себе на колени.

– Возможно.

– Пытаешься свести меня с ума?

– Мне нравится, когда ты такой дикий, – сказала я, все еще находясь в его руках и чувствуя себя абсолютно уверенно и безопасно там, где была. – Плюс, мне не нравилось видеть тебя расстроенным.

Он прижался своими губами к моим в кратком нежном поцелуе, ощущавшемся, как безмолвная благодарность, а затем до боли прикусил мою губу так же, как я поступила с его.

– Я всегда дикий, Дрю.

– Хорошо, – прошептала я, – покладистость для слабаков. Плавали – знаем, все кончилось свадебным платьем. Спасибо не надо.

Его губы изогнулись в хищной улыбке, а потом он бросил меня на кровать лицом вниз, стал на колени позади, схватил меня за бедра и подтащил к себе. Я бросила взгляд через плечо и вздрогнула при виде его. Татуировки, покрывавшие его руки, плечи и грудь узорами и завихрениями чернил превращали кожу в холст, обволакивая бугристые мускулы яркими цветами и дерзкими рисунками. Он был огромным и сильным позади меня, его руки погладили мою спину, обвели задницу и сжали бедра.

Он взял свой массивный член одной рукой, поддразнил пальцами мое отверстие и направил себя в меня неспешно, плавно, пока его бедра не слились с моей задницей. Кратковременная пауза, а затем он начал выходить, выскальзывать. Намеренно медленно.

Еще один медленный ленивый толчок, его руки блуждали по моим бедрам и заднице, восхваляя их своими руками, поклоняясь мне прикосновениями.

Наконец, он наклонялся к моей спине и собрал мои волосы.

– Это вся нежность, на которую хватает моего терпения, – прорычал он.

Я извивалась перед ним, подталкивая к нему свой зад и направляя его член в себя:

– Сказала же, Себастиан, я не хочу нежно.

Он рвано выдохнул, а потом усилил хватку на моих волосах, и потянул за них назад. Он с рыком вогнал в меня член, а его ладонь хлестнула по заднице, заставляя ее гореть и дрожать.

– Так, говоришь, ты хочешь грубо?

– Я так и сказала, – я ахнула, сбившись с дыхания от жалящей боли и неги его прикосновений.

А потом он начал меня трахать. Сильно. Грубо. Он входил в меня жестко и быстро, его член беспощадно долбил мою киску, кожа шлепала о кожу, наши голоса сливались в криках и проклятьях. Время от времени он шлепал мою задницу, но в основном... просто трахал.

И боже, это было самое невероятно, что я когда-либо ощущала.

Потому что я бросила взгляд через плечо и его глаза пылали, пронизывая меня, а его тело двигалось в идеальной гармонии с моим, давая мне именно то, чего я хотела, в чем нуждалась, в чем я даже не предполагала, что нуждалась.

– Бл*дь, Дрю. Ты такая чертовски невероятная, – он обхватил меня за оба бедра и с силой притянул к себе, толкаясь вперед, чтобы погрузиться еще глубже. – Ты очень красивая, Дрю. Хочу почувствовать, как ты кончаешь вокруг моего члена, увидеть, как ты распадаешься на части для меня.

Я проскользнула одной рукой между бедрами и ущипнула клитор, и этого хватило. Всего одно небольшое касание – и я вспыхнула огнем, потрясающая красота его члена внутри меня, его слов, его силы, и легкое круговое прикосновение моих пальцев к клитору…

– Себастиан, я кончаю, боже… я кончаю! – воскликнула я.

– Черт… я чувствую это, детка. Чувствую, как твоя вагина сжимает меня…

Я сжала еще сильнее, трясясь, дрожа, рассыпаясь на осколки от оргазма. Огонь кульминации усиливался его дикими толчками, необузданной страстью его движущегося члена.

– Черт, детка. Не хочу, чтобы это прекращалось, но я больше не могу терпеть. Я должен кончить, Дрю.

Что-то всколыхнуло в моей голове, но я была слишком охвачена ощущением собственного оргазма, чтобы остановиться и подумать. Я самозабвенно двигалась, сминая простыни и хлопаясь об него своей попкой, его член работал, как поршень, и я принимала его, задыхаясь от криков, и вздохов, и шепча проклятья и его имя снова и снова...

– Себастиан, Себастиан, боже да, Себастиан!

Затем я почувствовала, что его толчки замедлились, и мысль, крутившаяся в моей голове, обрела форму.

– Черт! Не кончай в меня, Себастиан!

– Бл*… – прорычал он.

Он напрягся, вышел из меня, и я почувствовала движение его кулака.

Я перевернулась на спину, и он оседлал мои бедра, я убрала его руку, взяла толстый скользкий пульсирующий член в руки и размазала наши соки по его стержню, а затем импульсивно обхватила его твердую задницу, направляя его вперед. Он придвинулся ближе, глядя глаза в глаза дико, необузданно, отчаянно, стиснув зубы и балансируя на грани оргазма.

Я лежала перед ним, взяв его в рот и ощущала собственный вкус в сочетании с его, вкусы смешивались, дымный, мускусный, резкий и соленый.

– Я не могу, черт, Дрю... мне нужно кончить, я не могу нахрен остановиться на этот раз, – сказал он с надрывом.

Я лишь простонала, сжала в руке его длину и обхватила яички, провела пальцем под ними, помассировав чувствительное место там, и трахала его своим ртом до тех пор, пока в мои волосы не погрузилась рука, и он сам не начал меня притягивать.

– Мммммм... – я застонала и его глаза соскользнули к моим, я отпустила его ствол, обхватила задницу и раскрыла свое горло, и он понял, что я пыталась сказать.

Он зарычал, запутался обеими руками в моих волосах и отпустил себя, позволил себе трахать мою глотку, зная, что я могу это принять, что я хочу этого. И я хотела. Хотела. Все, что мне нужно было в тот момент, – видеть, как он теряет контроль, чувствовать, как его отпускает и знать, что он нашел во мне то, в чем нуждался. Доставить ему все наслаждение, какое только могла.

Он рыкнул, его бедра подались вперед, и я почувствовала наш вкус, ощутила его толщину на своих губах и его длину на языке.

– Твою ж мать, я кончаю, Иисусе... матерь божья, Дрю, Боже... Дрю!

Когда он усилил напор, я перехватила инициативу и отстранилась так, чтобы у меня во рту оказалась его головка. Я сосала, и мычала, и щелкала языком, ощущая мускусный вкус и чувствуя, как его хватка в волосах болезненно сжалась, и тогда он излился, а я сглотнула; он стонал долго и низко, пока кончал и кончал, его сперма была солоноватой и почти сладкой, а еще острой, густой и теплой на моем языке. Я глотала и глотала, а он все еще кончал. Наконец, он прекратил, и я снова приняла его глубоко в свое горло, пока он не содрогнулся и не вышел, рухнув на спину.

Спустя несколько минут тишины, когда мы пытались восстановить дыхание, он обвил меня своими руками и прижал в груди.

– Ты не на таблетках?

– Никаких противозачаточных, – покачала я головой. – Они слишком сильно конфликтуют с моими гормонами, меня всю раздувает, и я набираю вес, так что нет, мне не подходит никакая контрацепция кроме презервативов, – я потянулась и поцеловала его в подбородок, – прости за это.

Он провел большим пальцем по моей щеке.

– Просто рад, что ты успела, пока не стало слишком поздно. Прости, Дрю. Я даже не притормозил, чтобы подумать об этом, – произнес он огорченно, стуча себя кулаком по лбу. – Боже, я такой чертов мудак.

– Все нормально, Себастиан, – я поймала его руку и поцеловала костяшки, – здесь есть и моя вина. Ты не мудак.

– А ты ведь намеренно делала так, чтобы я слетел с катушек, – одна его бровь приподнялась.

– И не сожалею, – потерлась я носом об его шею. – Просто в следующий раз нужно не забыть презерватив.

Он играл с моими волосами, потирая их между большим и указательным пальцами.

– Такими вещами ты сводишь меня с ума, я не могу нести ответственность за то, как реагирую. Если дразнишь медведя, тебя непременно укусят, сладкая.

– Я запомню, – пробормотала я.