Черная царевна - Глазнева Оксана - Страница 26

Он лениво откинулся на спинку скамьи и вытянул ноги. На девушку не смотрел. Надя сжала руки на коленях и тоже избегала смотреть на бога, но жадно слушала каждое слово.

— Еще во время Первой Чародейской войны, именуемой людьми Медной, чародеи западной коалиции, желая призвать себе на помощь потусторонние силы, открыли дверь в Царство Мертвых. Открыть-то открыли, а запереть ее не смогли. Дверь стала провалом. Спустя мгновение южное полушарие перестало существовать, а мир мертвых внезапно оказался доступен живым. Вернуть все на свои места даже боги-сиблинги оказались не способны. Ярок лишь остановил растущий провал, а Анку закрыл свой мир от мира людей Серой Завесой, непроницаемой для живых и мертвых.

Эол помолчал, перевел дыхание.

— К сожалению, там есть немало дряни, не относящейся ни к тем, ни к другим. Нежить. Бездушные, страшные твари, питающие слабость к живой плоти. Последние пятнадцать лет они просачиваются через Завесу, плывут через Цветное море и лезут на берег к людям. Так что у Побережья, благополучного по меркам Варты, — свои беды.

— А острова? Они ближе к Завесе и прямо на пути нежити. Как люди выживают там?

— Тяжело им, — честно сказал бог. — Но они под опекой Марины. Мать вод не позволяет тварям есть островитян, а за это получает приношения. Драгоценности, шелк и людей.

— Людей?

Помолчали.

— Эол, хоть кому-нибудь живется хорошо в нашем Крае?

Легкокрылый улыбнулся, ободряюще похлопал ее по плечу.

— Богам и богатым, девочка. Ну, ты сильно не расстраивайся. Так уж заведено.

По парку пробежал порыв ветра. Поднял пыль и сухие листья, завертел их и больно бросил Наде в лицо.

— Но почему вы, боги, не исправите этого? Вы же можете! Вы же всесильные, так почему бездействуете?!

Эол нахмурился, заострились черты лица, делая его старше.

— У каждого свои обязанности, свои интересы. Вторые боги привязаны к собственным предназначениям. Милость отвечает за то, что в сердце, Плутос — за то, что в банках, я — за ветер в парусах.

— А первые?

— Анку поставил на границах Царства Мертвых триста огненных великанов, пытаясь уничтожить нечисть, что лезет в ваш мир, но у этих бездушных чудиков совсем нет мозгов. Они гибнут тысячами, но продолжают лезть. Марина не делает ничего. Ее все устраивает. Ярок… Он занят другими делами. Что дальше? Лесные города. Леший не отдаст и клочка своей земли под поля. Кто с ним поспорит? Не я, это точно! Так и живем. И мы, и вы в заложниках у собственных предназначений.

— А я? Я смогу что-то сделать?

Эол пожал плечами:

— На то ты и Надежда.

Замолчали. Эол закрыл глаза и притворился, что дремлет. Надя смотрела на людей, гуляющих по парку.

На солнце набежали легкие облака, и по парку скользили тени, стало не так жарко. Горожан в парке почти не было, их легко было узнать по светлым волосам и смуглым лицам, но здесь было много приезжих. Гуляли молодые пары. Среди фигурно выстриженных кустарников играли дети. А если монстр доплывет до берега?

— Эол, как становятся чародеями? Есть ритуал или какие-то древние знания?

Легкокрылый открыл глаза и косо посмотрел на девушку.

— Раньше я этим не интересовался, а сейчас уже не у кого спрашивать. Сходи в библиотеку, полистай книги, может, найдешь что-то.

Царевна тяжело вздохнула и поднялась.

— Спасибо. Дальше я сама.

Эол склонил голову набок, улыбнулся:

— Давай я тебя хоть обедом угощу на прощание.

Надя вздохнула, но есть хотелось, и царевна согласно кивнула.

Они остановились в полупустом ресторанчике рядом с парком. Эол заказал Наде рыбный суп. Сам пил чай.

— Еще один важный совет напоследок: выучи имена богов! В Крае лишь трехлетний ребенок мог принять Роджера за человека! Никто кроме бога мертвых не носит это имя.

— И так со всеми?

Эол кивнул.

— Демиурги, сотворившие Яблоневый Край, дали первым богам семь имен по числу семи первых народов. За последние тысячелетия народы перемешались, пропало за Серой Завесой царство Тохо, ушло под воду островное государство Мехала. Отныне сиблинги носят лишь пять имен. Ярок, Бальдр, Сурья, Хорс, Элиос — двуликий бог света. Марина, Роана, Иара, Дана, Таласса — богиня моря, мать вод. Леший, Вали, Дакша, Варман Тура, Пан — лесной хозяин. Марк, Ард, Притви, Великий Полоз и Гефест — хозяин земных недр. Мокошь, Сага, Камала, Доля, Мойра — владычица судеб.

Он перевел дыхание, грустно улыбнулся:

— Мы, вторые боги, имеем меньше имен, но в Крае лишь один Эол — я. Так со всеми, царевна. Потеряв земные имена, мы навсегда окажемся запертыми в Небесном городе, томимые нестерпимой жаждой. Потому мы так держимся за них. Потому ты должна выучить каждое из них.

— И никто не может назваться вашими именами, чтобы получить выгоду?

— Не может. Язык отсохнет. По-настоящему.

— У тебя лишь одно имя, Легкокрылый?

Эол перестал улыбаться.

— Их было больше.

— И что случилось?

— Ярок-справедливый. Если он считает нужным, то может лишать вторых богов их имен. Вы, люди, этого даже не замечаете. Еще три года назад у меня было два имени, но, как только меня лишили одного из них, оно стерлось из вашей памяти, книг и храмов.

— И как тебя звали?

— Не помню, тетушка. Все. Мне пора. Выучи быстрее имена, потому что боги не оставят тебя так просто: давненько у нас в мире не было чародейки, еще и суженой дядюшки-мертвеца…

— Послушай, а почему у тебя все «тети» и «дяди»? Ты чей сын, бог-ветер?

Эол хитро посмотрел на нее, подмигнул:

— Никто не знает. Кроме меня и родителей, конечно! Если угадаешь — выполню одно твое заветное желание.

— Ну, начинается, — улыбнулась Надя. — Нет. В эти игры я не хочу играть. Тем более Роджер предупреждал, что в них побеждаете лишь вы.

— Тогда пока, тетушка!

— Постой! — Царевна замялась. — Легкокрылый, ты ведь можешь оказаться в любом месте Края? Где только пожелаешь?

Эол кивнул.

— Ты можешь сделать для меня кое-что?

— Ты хочешь попросить меня?

— Хочу, — решилась Надя.

— Ты не должна этого делать, глупая! Потому что я обязательно возьму за это плату.

— Возьми, Легкокрылый, — согласилась она.

— Что ж, я не буду повторять в третий раз. Чего ты хочешь, хотя я догадываюсь…

— Скажи моему папе, что я жива.

— Хорошо. Но теперь ты моя должница. Услуга за услугу.

— Чего ты хочешь?

— Верни одно из моих имен.

— Эол, я… — растерялась царевна.

— Поздно. Ты дала обещание и должна его выполнить.

— Но у тебя есть имя.

— Бог с одним именем — почти не бог. В шаге от смертного. Это сиблинги, если лишить их имен, сидят в Небесном городе. Вторые боги просто исчезают. Ты попалась, тетушка. Верни мне имя.

— Я не знаю как!

— Анку знает.

— Так попроси его сам!

Эол усмехнулся, снова сел за стол и наклонился к ней.

— Я не просто так потерял имена, царевна. Он не сделает этого для меня, как бы я не умолял. А тебя послушает. У вас особенная связь. Он за тебя в ответе. Ты дала обещание Лешему и не сдержала. За это Анку расплатился бессмертием для детей-полукровок лесного хозяина. Хорошее дело — бессмертие. Не выполнишь обещание — глядишь, и мне что перепадет. Вот и думай, как тебе быть. Дядюшка сам сглупил. До последнего хотел сохранить в тайне, кто он. Не вышло.

Надя молчала.

— Ты думала, что мое хорошее отношение оградит тебя? — насмешливо спросил бог. — Если раздаешь обещания, то будь готова их выполнять. У любого в этом мире — бога или человека — найдется, что потребовать у Анку. Ты — со своей наивностью, простодушием и доверчивостью — просто подарок для нас. Я от такого подарка не откажусь. Никто не откажется. Ты поняла урок?

Царевна покорно кивнула.

— Тогда — до встречи! — примирительно улыбнулся Эол и пропал.

Еще некоторое время царевна сидела в парке. Обдумывала слова Легкокрылого и свое положение. В первую очередь нужно найти ночлег, а завтра — работу.