Зеркало надежды (СИ) - Гончарова Галина Дмитриевна - Страница 49

Уборка?

А тут и немного. Отмыть от рыбы прихожую, отмыть от перьев комнату герцогессы. Все.

Это ж надо так додуматься?

Ничего особенного, веревки, крючья, а какие результаты? Пятеро из двенадцати не бойцы, остальные… как повезет, но им тоже досталось. А пожаловаться опять не на что. Ни к кому и пальцем не притронулись.

Ладно. Сейчас еще раз все осмотрит, запомнит – и пойдет рассказывать герцогессе об успехе.

* * *

Чуть забегая вперед скажем, что разбудить герцогессу не удалось, как ни старалась Ровена. Малена спала, как убитая, не реагируя даже на флакон с нюхательной солью.

Пришлось Карсту рассказывать все графу Ардонскому, который тоже ждал известий.

Граф не стал чиниться, налил Карсту вина, выслушал и долго хохотал. А потом, в качестве объяснений, рассказал Карсту про Донэр. Перенервничал, вот и разоткровенничался с наемником.

Про события, которым он был свидетелем, про свинью, к примеру…

Карст слушал, кивал – и успокаивался. Да, рядом с герцогессой Ровена может никого не бояться. Самое страшное чудовище уже взяло ее на работу…

Интересно, чем они в монастырях занимаются, что оттуда такие… заразы выходят? Хотелось бы знать заранее, а то в другой раз может и не повезти, Рисойский свидетель.

Лорена Домбрийская

Когда Лорена увидела брата…

Она сама открыла дверь, ожидая известий – и шарахнулась взвизгнув так, что с люстры упал и безвременно скончался от разрыва сердца здоровущий таракан. Испугалась, и было чего.

Кто бы признал всегда лощеного, щеголеватого Лорана Рисойского в этом… ужасе ночных улиц! Нечто… воняющее рыбой и обляпанное перьями со всех сторон. Лорана под слоем мусора можно было угадать далеко не сразу, но родная кровь не водица, Лорена-таки сообразила, кто перед ней.

– Лоран?

Размениваться на любезности Рисойский тоже не стал. Не время. Нет времени!

– Сестричка, все собрано?

Лорена потрясла головой.

– Н-нет…

– Тогда бери самое важное, остальное брось. Мы отправляемся на корабль.

– Что случилось? Лоран, ты хоть умойся, ты посмотри, в каком ты виде!

Крохотное поясное зеркальце обязано быть у каждой уважающей себя дамы. Его-то Лорена и поднесла к лицу брата, тихо радуясь, что Силанта спит крепко, спит в соседней комнате и ее такими мелочами, как явление дядюшки в ночи, не разбудишь.

Лоран взглянул, грязно выругался и пошел к умывальнику. Лорена полила ему из кувшина. Вода хоть и остыла, но смыть перья с головы и рук еще годилась. Лоран не столько мылся, сколько ругался, пока он добежал до сестры, перья пристали намертво. Любой, кто пробовал чистить рыбу, а потом отскребать рыбью чешую, мог ему только посочувствовать. От всей души.

– Эта… и!..

– Мария-Элена? Ты ее видел?

– Кто бы еще на такое был способен, – прошипел Лоран, – все, хватит болтать, одевайся. Я сам разбужу Силли.

– Ты хоть объясни, что произошло! – топнула ножкой Лорена.

Брат с сожалением поглядел на сестру. Да, прошли те времена, когда ей можно было отвесить подзатыльник, и Лорена беспрекословно слушалась. Сейчас придется тратить время, которого и так нет. С минуты на минуту Пахт залижет раны и вспомнит о виновнике своего позора.

– Кто-то донес этой стерве, что мы в городе.

– И?

– Она приготовила ловушки. Результат – сама видишь…

Лорена видела, но не понимала сути.

– Н-но… ты ведь цел?

– Я – да. Пахт сломал ногу, примерно половина его людей выведена из строя, остальные надолго станут посмешищем в Винеле. Уж поверь.

Основного принципа любой войны: если нападают, то жди сопротивления даже от гусеницы, а вот деморализованное войско – не бойцы, Лорена не знала. Неоткуда было.

– Но…

– А этой стервы там даже не было!

– К-как?

– Было человека двадцать наемников, которые разоружили нас и повыкидывали, как кутят. Вежливо, со всем галантерейным обхождением…

Лорена поднесла руки к вискам.

– Не верю! Невозможно!!!

– А ты поверь!

– Да что она… ей Восьмилапый, что ли, помогает?

Лоран припомнил ловушки. Подумал пару минут..

– Там не было ничего… такого. Я и сам бы мог что-то такое сделать… понимаешь, она просто позабавилась. Как дети, которые подкидывают учителям мышей в постель.

– Позабавилась? – прошипела Лорена.

Брат кивнул.

– В том-то и дело. Сначала над нами поиздевались, как над соплячьем, а потом предупредили. Будем лезть – и нас просто прикончат.

– Тебя?!

– Сегодня меня могли убить, – честно сознался Лоран. – Заявили бы, что я влез в дом, и… может, его хозяйку и осудили бы. Но мне было бы уже все равно.

Лорена покачала головой.

– Не верю. Этого просто не может быть! Не могло быть! Бред какой-то…

– К сожалению, это доподлинная реальность. И давай, собирайся, пока я бужу Силли. Потом ты поможешь ей, а я пойду к Сетону. До рассвета мы все должны быть на «Стремительном».

– Зачем? Капитан хотел отплыть завтра на закате…

– Придется отплыть на рассвете, – отрезал Лоран, меняя изгаженный костюм на запасной, хранящийся у сестры, и радуясь, что оставил у Лорены большую часть своих вещей, – иначе до нас доберутся. Может, пока мы разговариваем, к нашему дому уже идут убийцы…

Лорена вскинула руку к горлу, показывая, что она в ужасе.

– Мария-Элена? Она способна на… такое?

Лорена как-то подзабыла, что сама способна и на худшее.

– Нет. Пахт.

– Кто? Ах, головорез, которого ты нанял?

Испуганный тон сменился на более-менее равнодушный. Лорена явно недооценивала серьезность положения. И брат попытался ей объяснить.

– Эта девчонка сегодня его уничтожила.

– Как?

– Смехом, Лори, смехом. Пахта больше не будут бояться. Как можно бояться того, кто получил по голове тухлой рыбиной, а потом еще его обваляли в перьях?

Лорена представила себе этот образ – и невольно прыснула. Лорен кивнул.

– Вот. И ты…

– И я. Да…

Лорена осознала, что сделают за такую подставу с ее братом и засуетилась. Да, это лучший выход – сбежать, а там уж пусть Мария-Элена сама разбирается, как пожелает. К тому же, они раньше окажутся в столице, у них будет больше времени на подготовку…

Хотя в глубине души Лорены копошилось странное чувство. Гаденькое такое… страх?

Названия ему не было. А чувство было. И неуверенность в своих силах – тоже. Малена переиграла их уже два раза, и кто сказал, что не будет третьего?

* * *

«Стремительный» отплыл на рассвете, хотя Рисойским пришлось доплатить, и достаточно много. Но Лоран не жалел.

Точно он не знал, но догадывался и не ошибался.

Под утро, оправившись и получив приказ от хозяина, бандиты Пахта навестили и ту ночлежку, в которой он остановился, и гостиницу, в которой ждала брата Лорена.

Если бы они там оставались…

Но Лоран сбежал вовремя.

И с Пахтом он тоже угадал. Сиплый стал посмешищем Винеля, его бандиты – тоже, а сама команда распалась, не прошло и месяца. И разъехалась по другим городам. Менять имена, прозвища, и надеяться, что оскорбительное «курятник» не всплывет на новом месте.

Отомстить Малене они просто не успели. Граф Ардонский, осознавая серьезность ситуации, договорился с капитаном «Веселого шервуля», и тот отплыл на следующий же день, к обеду.

Сиплому оставалось только ругаться. Он проиграл все ставки.

Войско степняков, где-то в районе Интары

Каган лежал в шатре и отдыхал от трудов праведных.

Тяжело, все-таки… кланяясь, вошла старуха, которая присматривала за девушками в его гареме. Каган не может путешествовать без девушек, вот и Хурмах взял с собой десяток наложниц. А Бурсай присматривала за ними, железной рукой пресекая непорядки.

Евнухов у степняков для этой важной цели не водилось, они считали, что мужчину-врага надо убить, а превращать его в нечто неполноценное, лишать возможности продолжить свой род… нет, нельзя. Месть – тоже удовольствие и подпускать к себе существо, лишенное всего по твоей же милости… Лучше убить сразу. Или самоубиться, все легче будет.