Шиноби скрытого Хогвартса (СИ) - "Кицунэ Миято" - Страница 117

— Да, тридцать первое декабря, — отозвался я. — Завтра вечером уже первый и второй курс приедут, а с понедельника — учёба начнётся. А ещё Новый год.

— А мы отмечаем Новый год в феврале, — сказала Чжоу и посмотрела на луну. — В этот раз он будет пятнадцатого февраля, в полнолуние.

— Китайский новый год привязан к полнолуниям? — удивился я.

За шесть лет в этом мире почти забылся собственный календарь, но то, что он был полностью лунным, я прекрасно помнил.

— Да, привязан, — кивнула Чжоу, — правда европейцам это кажется диким. Что новый год в разные дни, и не в одну и ту же дату.

— По-моему, в этом есть смысл, — пожал я плечами. — Луна на небе всегда, и она на многое влияет. На растения, магию, приливы и отливы…

— Ты такой милый, Гарри, — улыбнулась Чжоу и внезапно сильно смутилась.

После прогулки с Чжоу я вернулся в гостиную, мы немного посидели и поболтали с друзьями, но я с трудом улавливал нить разговора. Во мне снова тонким перезвоном колокольчиков поселилось нехорошее предчувствие.

После того, как Ураги, услышав имя моего обидчика, решила напасть на Дюка, МакГонагалл сразу, не разбираясь, влепила мне отработку. У мистера Филча. Я чуть не заржал в голос. Отрабатывал я чаепитием с пирогами.

Впрочем, ещё в тот день меня вызвал в свой кабинет на разговор директор. Я там был однажды в большой компании родителей, друзей и авроров, когда поймали Петтигрю. Впрочем, и в этот раз мы не были с директором наедине. Похоже, что Алиса подсуетилась, и в кабинете к назначенному мне времени уже была целая коллегия из Серафины Пиквери, Алисы, МакГонагалл и Хигэканэ. Все заинтересованные в сборе.

— Проходи, Гарри. Садись, — мягко попросил меня Хигэканэ, включая «журчащий» голос.

Я сел на стул с высокой жёсткой спинкой, чуть наклоненной вперёд и врезающейся в лопатки. Это типа такой психологический ход, чтобы ты нервничал, видимо: сидеть очень неудобно.

Разговор-допрос проходил в директорской гостиной.

Хигэканэ не изменил своей привычке и занимал место по центру на «троне», подобном тому, который стоял в Большом зале. Не совсем по центру, так как их было четверо, но выглядело, как по центру. По правую руку от Хигэканэ сидела МакГонагалл, по левую, тоже как бы типа равная — Серафина Пиквери. Но её кресло было широкое, низкое, мягкое и вдобавок коричневого цвета, из-за чего полноватая директор Ильверморни совсем по нему расплылась, почти слилась и не выглядела внушительно. Рядом с миссис Пиквери сидела Алиса.

Они разместились полукругом в алькове башни, да ещё и на небольшом возвышении. А мой неудобный стул стоял на расстоянии от них, и установлен спинкой к двери и открытому пространству. Незащищённая спина заставляет нервничать, возвышение — смотреть вверх, восхищаться и чувствовать себя маленьким и ничтожным. Азы допроса, которые мы в Академии ещё на третьем курсе проходили, как-то сразу вспомнились.

Короче, устроили из Хогвартса филиал суда. Хигэканэ даже мантию надел бордово-красную с белыми и золотыми звёздами. Можно было расценить и как поддержку Гриффиндора, и как мантию судьи: по телику видел в фильме нечто подобное.

— Мистер Поттер, мы хотели бы поговорить о возмутительной статье в «Пророке» и вашей сове, — взяла слово МакГонагалл.

— Дюк Уоллес — хороший студент, — вклинилась Пиквери, безуспешно пытаясь сесть ровно на своём мягком кресле. — Он бы не напал на… младшекурсника. Эта газетёнка и наглая журналистка просто-напросто оболгали парня! Это возмутительно! И не менее возмутительно науськивание почтовой совы на Дюка! Он мог пострадать!

— Не спеши с выводами, Серафина, — коснулся её руки Хигэканэ. — Мы же хотели сначала разобраться. И поэтому позвали Гарри. Сначала надо узнать, правда ли то, что было написано в газете?

— Да что тут разбираться? Это наглая ложь! — фыркнула Серафина Пиквери. — Я не верю ни единому слову! Мистер Уоллес примерный студент. И я уже с ним поговорила. Он сказал, что ничего подобного не было! На балу он пил только пунш, ничего крепкого! И после пошёл в гостевые комнаты. Мистер Уоллес сказал, что немного заблудился, но кто-то из преподавателей, мужчина, которого он не разглядел, подсказал, куда идти. Ни о какой драке или приставаниях Дюк Уоллес не помнит и был проверен мной лично и специальным артефактом. Это чистая правда.

Я с удивлением смотрел на бабушку Грейс. Она тоже не лгала и была на все сто процентов уверена, что её обманывают.

— Что ты можешь сказать в своё оправдание, Гарри? — спросила меня МакГонагалл.

— Но, Минерва, — не дала мне открыть рот Алиса. — С чего Гарри должен нести ответственность за статью в газете?

— Его сова напала на мистера Уоллеса! — пояснила МакГонагалл.

— Ураги немного задиристая, — пожал плечами я. — Драко читал вслух статью и упомянул имя того, кто на меня напал, а магия сов позволяет им находить адресата только по имени. Наверное, она подумала, что Дюк на меня напал сейчас, вот и решила меня защитить. Она всегда была слегка странной, но она верная. Не думаю, что Ураги хотела на самом деле навредить волшебнику, просто напугать.

Я промолчал о том, что если бы моя беляночка действительно хотела, то когти у неё будь здоров, да ещё и заточенные, плюс совершенно бесшумный полёт. Без глаз легко можно остаться.

— Так Дюк Уоллес напал на тебя в саду в ночь Рождественского бала? — спросила Алиса.

— Да, мне он показался нетрезвым, его сильно шатало, — подтвердил я. — Но, возможно, он был под действием заклинания? Мы… э… проходили разные заклинания на уроках ЗОТИ.

— То есть вы хотите сказать, что драка всё же была, но мистер Уоллес был проклят, поэтому ничего не помнит? — искренне удивилась Серафина Пиквери.

— Есть также несколько зелий, которые вызывают агрессию, а затем уносят все воспоминания прочь, — Хигэканэ задумчиво закивал как китайский болванчик. — Или зелья и чары. Вариантов много.

— Но кому это могло понадобиться? — спросила МакГонагалл. — Да ещё и раздувать из потасовки целый скандал.

Мне тоже было очень интересно. И я почти неделю размышлял над этим разговором.

В конечном итоге меня отпустили, а директор Ильверморни пообещала, что поговорит с Дюком, а также попросила поспособствовать тому, чтобы замять пересуды. Конечно, эта история могла послужить очередному «долгу» для Хигэканэ, который проникновенно посмотрел на меня и сказал, что нехорошо, если школьники из разных школ будут выяснять отношения и все переругаются, мы тут для любви и дружбы Турнир организовали.

Так что уже на обеде в то же воскресенье Серафина Пиквери взяла слово, принесла извинения Хогвартсу, директору Дамблдору и Гарри Поттеру. Сказала, что произошло недоразумение, которое некий наблюдатель интерпретировал по-своему, а я просто показывал её студенту несколько приёмов борьбы. Попросила делать это в следующий раз на площадке, никого не смущать и не вводить в заблуждение.

Это не очень помогло, так как студенты уже бурно всё это обсуждали, но сплетни поутихли, да и Алиса устроила показательные выступления и типа мини-соревнований, так что некогда было слишком много болтать.

Получалось, что снова какая-то странная игра. Уоллес не совсем по своей воле приставал к Чжоу? Да и вообще нападение… Это было глупо. Координация была явно нарушена, а вот пахло ли от него алкоголем? Немного пахло, всё же пунш это слабоалкогольный напиток, но чтобы до такого состояния надраться, надо было выпить литров пять. А вот если это что-то вроде Империуса? Возможно, он пытался сопротивляться, поэтому координация была нарушена. Или не Империус, а что-то другое?..

Потом, после неудачного нападения, ему подчищают память. А Хигэканэ жирно так намекает на зелья. На зелья и чары. Ну да, кто же у нас самый виноватый по Хогвартсу?

В любом случае в истории с якобы подставой Уоллеса я себя виноватым отчего-то совершенно не ощущал. Как я когда-то сказал после истории с тетрадью Джинни Уизли, чтобы вестись, человек должен что-то такое чувствовать, самому хотеть, а Дюку не одиннадцать лет и он не маленькая избалованная девочка. Он всё же в другой стране и другой школе, если заметил за собой странности, должен был к директору обратиться. Плюс, он претендовал на титул Чемпиона, а значит, типа готовился. Как вариант, он мог после унизительной драки сам себя заобливиэйтить, чтобы в случае разбирательств ему не попало. Если директор проверяет каким-то артефактом, об этом их студенты должны быть в курсе.