Очищение (СИ) - Романов Юрий - Страница 84

— Да… — задумчиво протянул Маврин. — Никогда бы не подумал, что на пороге своих пятидесяти лет буду спасать мир от нашествия нечисти в компании двух оперов и попа-волшебника. Нарочно ведь такую хренотень не придумаешь…

– Вот именно, — устало подтвердил Коля. – Сказали бы мне про это дней пять назад, я бы от смеха живот надорвал. До сих пор всё вижу, словно в дурацком сне.

— И что это за чудо-огонь такой, интересно? Что-то мудрит ваш святой отец.

— Сейчас узнаем. По мне так, раз мы здесь, лучше бы отец Матвей вызвал в Ховрино какой-нибудь спецназ РПЦ, или что-то в этом духе. Неужели он один такой крутой экзорцист на всю страну?

Васильев, так и не произнеся ни слова, вдруг открыл дверь и собрался выйти из машины.

— Ты куда, Лёх? — осторожно спросил Коля.

— Покурить, — мрачно ответил Алексей и покинул салон.

– Да мог бы и тут покурить, майор… – заботливо предложил Маврин, но Васильев его не послушал и хлопнул дверью.

Маврин обернулся к Коле и недоуменно спросил:

– Че это с ним?

— Олег, посиди здесь, я тоже схожу покурить, -- решительно сказал Коля и начал выходить из машины вслед за майором.

Васильев отошел от Нексии на пару-тройку метров и начал пытаться поджечь сигарету. Зажигалка наотрез отказывалась работать, издавая лишь глухие щелчки.

Через пару секунд к Алексею сзади подошел Коля и тут же заботливо подсунул к его сигарете свою рабочую зажигалку.

Васильев сначала немного недоверчиво посмотрел на Ершова, а затем всё же поднес сигарету к огню.

– Ну что, Лёх? Так и будешь со мной в молчанку играть? – спросил Коля, убрав зажигалку.

– Ты про что? – изображая непонимание, спросил в ответ Васильев.

– Я же признал свою вину… Да, я жутко накосячил. Из-за меня украли печать, и погибла Лещинская. Можешь держать на меня обиду и дальше, я заслужил. Но я прошу тебя, как друга, не отстраняйся от меня хотя бы сейчас.

Коля немного запнулся от растерянности, но затем продолжил:

– Нам может жить-то осталось несколько часов. Сгинем все в этом блядском Ховрино и даже не простимся друг с другом по-людски. Я прошу, Лёх, будь со мной на одной волне, как раньше. Хотя бы пока не покончим с этим делом. А дальше уже решай, простить меня, или нет.

Васильев сделал осторожный взгляд на Ершова, а затем снова увел глаза в сторону.

– Мы же с тобой столько лет вместе, огонь и воду прошли. Да я вписался в это дело только ради тебя и ни разу не соскочил. Я до сих пор с тобой и готов идти до самого конца, а ты собираешься меня игнорить именно сейчас?

Васильев молчал и нервно затягивался, обдумывая сказанное своим другом.

– Тьфу ты, бля, – раздраженно изобразил плевок Коля. – Да чего я тут как школьница перед тобой распинаюсь! Не хочешь – молчи дальше!

Ершов отвернулся и собрался уходить, но его тут же остановил Васильев со словами:

– Ну ладно, ладно, Колян, стой, – майор посмотрел в глаза Ершова и снова заговорил: – Я не прав, согласен. Я ведь всю эту кашу заварил и тебя туда втянул. Ты ведь тоже мог погибнуть.

Васильев вздохнул и продолжил:

– Мне, наверное, просто надоело всю ответственность на себя брать, вот я и решил по нервяку отыграться на тебе. Прости. Ты прав, нам сейчас надо держаться друг за дружку сильнее, чем прежде. Иначе точно белые тапочки оденем в Ховрино…

Ершов несколько секунд молчал, а затем с серьёзным выражением лица спросил:

– Леха, у тебя что по русскому в школе было?

Васильев непонятливо покрутил головой и ответил:

– Ну, пятерка. А при чем здесь это?

– Ага. Свистишь, как дышишь. Правильно – наденем, а не оденем.

После этой фразы Коля широко улыбнулся.

– Дурак ты, Ершов, – произнес Васильев и тоже радостно улыбнулся.

Затем Коля протянул майору руку со словами:

– Ну что? Мир?

– Хрен с тобой, чучело. Мир, – ответил всё с той же улыбкой Васильев и крепко сжал Колину ладонь.

В этот момент из двери, ведущей на лестницу, на парковку вышел отец Матвей, держа некий длинный предмет в одной руке.

– О, как раз святой отец вернулся. Пора двигать, – сказал Коля.

Оперативники вернулись к машине и уже поджидали отца Матвея там. В руке священник нес что-то отдаленно похожее на факел. На верхнем конце длинной и толстой металлической палки стояла круглая стеклянная крышка, под которой горело небольшое пламя.

– И вот с этой хренью он собрался идти на секту чернокнижников? Ради этого мы сюда перлись? – удивленно спросил Ершов.

– Зная отца Матвея, думаю, эта хрень действительно сможет нам помочь.

Когда оперативники вместе со священником сели в уже заведенную машину, Маврин заинтересованно посмотрел на факел, который держал в одной руке отец Матвей, и спросил:

– Это что, и есть ваш благодатный огонь?

– Да, – в своей спокойной манере ответил священник. – Прямиком из Иерусалима.

– И как оно работает? – спросил Васильев.

– Внутри этого факела газовая горелка, её хватит часов на десять, если не усиливать пламя. Под стеклянной крышкой идет постоянная циркуляция кислорода.

– Я не об этом. Как этот огонь на дьявольские силы влияет? Они от него шарахаться просто будут?

– Нет. Вы сами скоро увидите, как он действует. Сейчас демонстрировать вам возможности я не буду. Только заряд лишний раз истратим.

– Ну, как скажите…

– Ну что, едем в Ховрино?– нетерпеливо спросил Маврин. – Уже меньше трех часов до полуночи осталось.

– Ты еще спрашиваешь? Газуй, – бодро ответил Васильев.

– Ну, тогда не пуха нам, мужики, – ответил Олег и тронул с места машину.

– С богом, – произнес отец Матвей.

На месте сгоревшего храма уже час совместно работали сотрудники уголовного розыска главка и оперативники ФСБ. Полковник Хорошилов стоял рядом со входом в церковь, которую целиком потушили всего несколько минут назад.

Он ломал голову над тем, что же здесь произошло буквально несколько часов назад. Почему именно это место? Зачем сюда приехал Васильев с Савкиным? Но больше всего Павла Петровича волновал вопрос: жив ли сам майор?

В этот момент к Хорошилову подошел подполковник Сотников из ФСБ с таким же задумчивым выражением лица.

– Ну что? Есть у вас результаты? – с надеждой спросил Сотников.

– В церкви найдено несколько обгоревших тел. Опознать их пока не возможно, сами понимаете. А у вас?

– Нашли телефон Васильева в том лесу, – сообщил Сотников и показал рукой. – Еще неподалеку обнаружено несколько винтовочных гильз, а рядом с ними примятую траву. Скорее всего кто-то там устроил себе стрелковую позицию и вел огонь в этом направлении. При этом никаких тел в том лесу не найдено. Есть едва заметные свежие следы, ведущие от стрелковой позиции вглубь леса.

– Думаете, это Васильев оттуда стрелял, а затем, убегая, выронил телефон?

– Не знаю, скорее, наоборот выкинул специально. Может это был и не Васильев. Больше подробностей сообщить пока не могу.

– Да, ничего так и не ясно. И зачем им понадобилась эта церковь?

– А местные жители что про неё говорят?

– Местные сообщили, что наместником в этой церкви был некий отец Матвей. Они утверждают, будто бы этот священник был местным божьим целителем с особым даром. От любых болезней мог излечить в момент. Его здесь все очень уважают.

– Целитель, значит… – задумчиво повторил Сотников. – Всё это конечно интересно, но причина всё равно ясна не до конца. Ради чего вся эта мясорубка была затеяна?

В кармане подполковника ФСБ в этот момент зазвонил телефон. Сотников сразу же ответил:

– Да, слушаю… Что?!...  Это точно?... Куда он направляется сейчас?... Глаз с него не спускайте!... Перезвоните, как только будет известно направление…

Сотников с непривычно встревоженным видом повесил трубку.

– Что случилось? – тут же поинтересовался Хорошилов.

Подполковник ФСБ нервно покрутил телефон в одной руке, а затем ответил:

– Несколько минут назад в «Москва-сити» сотрудниками вашего ГУВД и СОБРа был проведен штурм офиса клуба «Аполлон». Несколько человек задержано, несколько убито. При попытке сопротивления так же был застрелен руководитель клуба – Виктор Фадеев. Операцией непосредственно руководил лично сам генерал-майор Крылов.