Клуб любовниц ректора - трилогия (СИ) - Хайд Хелена - Страница 13

Сдавать основы трансформации я пошла в первой пятерке, не желая тянуть резинку. И вытащив билет (трансформировать кусок дерева в блокнот — легкотня!), пошла без подготовки. Преподаватель внимательно смотрел на меня, когда я поднесла руку к деревяшке и, сосредоточившись, магическими нитями проникла в ее структуру. А после начала осторожно и очень внимательно перестраивать ее. В первом семестре мы трансформировали только вещества, которые имели общую изначальную структуру. И после того, как на лабораторном я единственная успешно перестроила кусок графита в алмаз, превратить деревяшку в блокнот было делом плевым!

— Отлично, адептка Заветова. Вы свободны, — сообщил профессор, расписываясь в моей зачетке. — До встречи во втором семестре.

— Спасибо! — бодро улыбнулась я и поспешила покинуть аудиторию, не обращая внимания на завистливые взгляды оставшихся однокурсников, которым еще предстояло сдаваться.

Пребывая в приподнятом настроении после успешно завершенного экзамена, я решила отпраздновать его еще одной чашечкой кофе. А после сходить на новую разведку в заброшенную библиотеку — сейчас, когда все были заняты сессией, было больше шансов не попасться там. Да и ректор вряд ли ожидает, что я отправлюсь туда сразу после своего постыдного наказания.

Но сейчас мои мысли были лишь о том, какое бы пирожное взять к кофе. Хотелось расслабиться, хоть немножко, хоть ненадолго. И я беззаботно спускалась на второй этаж, где от третьей лестницы нужно было пройти совсем немного, чтобы оказаться в желанном кафетерии…

Как вдруг чьи-то цепкие руки схватили меня! И прежде чем я успела что-либо понять — прижали к стенке, с силой, до боли стукнув лопатками по холодному камню.

— Ты, я смотрю, совсем обалдела, дрянь! — прошипел разъяренный женский голос. И открыв инстинктивно зажмуренные глаза, я увидела нависающую надо мной девушку с красной ленточкой на шее, с тремя золотыми полосочками.

Она была очень красивой. Эффектной, ухоженной. Со стильно постриженными медовыми волосами до лопаток, большими серыми глазами и пухлыми губами, которые сейчас искажала злобная гримаса. Если память мне не изменяет… кажется, Нина говорила, что эту фаворитку ректора зовут Кристиной.

— Что это значит?! — охнула я, задрожав от страха при виде ненависти, которая водопадом лилась на меня с этого кукольного личика.

— У меня к тебе аналогичный вопрос, овца! — выпалила девушка, остервенело сжав пальцы на моих плечах.

— О чем ты?

— О том, что кое-кто тут подозрительно потерял страх, хотя сам до сих пор с белой ленточкой ходит, — скривилась Кристина. — Какого хрена ты начала выпендриваться? Кем себя вообще возомнила? Решила нам здесь все переколошматить?!

— Я не понимаю, что случилось! — едва не заплакала от страха я. За все время, что здесь учусь, ни разу ничего подобного не было! Да и в прошлом университете тоже. В последний раз на меня вот так налетали еще в школе, и к такому я была совсем не готова!

— Да ладно, будешь мычать, что совсем-совсем ничегошеньки не понимаешь? — съехидничала девушка. — Не держи меня за дуру!

— Отпусти, хватит!..

— Не отпущу, паршивка! — гаркнула Кристина, встряхнув меня за плечи, и в результате я стукнулась головой о стену. — Ты вообще никто, и права у тебя собачьи! Ни одна из всех нас себе такого не позволяла! Решила, что особенная, раз свою ленточку в первый же день получила?!

— Я ничего не делала и ничего не понимаю! Что я тебе сделала?!

— Что сделала? Что сделала, говоришь?! — ядовито прошипела она, стиснув зубы. — Ты знаешь, вчера ночью мы с ректором занимались этим.

Тело само вздрогнуло от этих слов. Да, я знала, что ректор забавляется со всеми своими фаворитками в перерывах между домогательствами в мой адрес. Знала, что эта девушка одна из этих фавориток. И понимала что вчера, оставив меня после очередных забав… после того, как я снова пела с ним эти песни… он… наверняка не просто издевался надо мной, а в самом деле исполнил свои угрозы и спал с одной из клуба фавориток.

Но даже понимая все это, я ощутила внезапную тягучую боль, услышав эти слова, сорвавшиеся с пухленьких губок Кристины. Губок, которые тоже, как и я, пели для лорда ректора. Губок, которые лорд ректор целовал так же, как целовал мои.

Остановите это! Кто-нибудь… Пожалуйста.

— Он появился в моей комнате поздно вечером, — продолжала девушка, прожигая меня взглядом. — И едва увидел — набросился, словно голодный зверь! Впился в губы, кусая их. Что он со мной вытворял!.. Я просто чуть не задохнулась от собственных криков!

Думала, сердце разорвется от такого! Донес до подоконника и, усадив на него, начал срывать с меня одежду, просто в клочья на мне рвать. И тут же, отрывая очередной клочок, прижимался губами к коже, кусал, оставлял засосы… — говорила Кристина, и словно издеваясь… нет, точно издеваясь, расстегнула пару верхних пуговиц блузы под мантией. И оттянув ткань, показала три больших засоса на шее и ключицах.

Захотелось заплакать. Это были метки ректора… Оставленные на другой девушке!

Первое столкновение с этим лицом к лицу; первое реальное доказательство для моих глаз того, что лорд Квинси в самом деле занимается этим со своими двадцатью двумя фаворитками.

— Запустив «Цвет настроения синий», он начал петь со мной деэтом! — хохотнула Кристина с пошлым безумием. — Как только мы с ним не выводили в микрофон… Давно не помню его таким голодным. Если честно, даже не могу сказать точно, пел ли он когда-нибудь со мной ТАК яростно! Я за все это время пела эту песню целых три раза, представляешь? — говорила она с развратной улыбкой. — А потом, когда я начала петь с ним дуэтом «Роза чайная»… потом Константин… знаешь, что он сказал в тот момент? — выпалила девушка, даже сквозь ткань мантии продавливая мои плечи до острой боли. — Знаешь, что лорд ректор сказал? Отвечай! Знаешь?!

— Я… я не знаю! — дрожа, всхлипнула я.

— Правда? А странно, что не знаешь, — фыркнула Кристина. — Потому что в этот момент он назвал твое имя! Твое, чертова ты дрянь! — пискнула она, впившись пальцами в мое горло! — Константин говорил: «Эвелина»! Нет-нет, не «Кристина», именно «Эвелина»!

Даже если у мужчины двадцать три фаворитки, он не должен говорить женщине, с которой поет Киркорова, чужое имя!..

— Отстань! — не выдержав, закричала я, яростно сжав кулаки!..

А миг спустя девушка отскочила от меня, испуганно таращась на собственные руки, покрытые тоненькой корочкой льда!

Кристина замерла. И когда лед начал осыпаться с ее кожи, я заметила, что эти ухоженные руки дрожали. Ничего не говоря, девушка бросила на меня взгляд, полный животного страха, развернулась и побежала прочь, быстро скрывшись за ближайшим поворотом коридора.

ГЛАВА 3. Снежные секреты

Как и ожидалось, экзамен по основам ворожбы прошел для меня не без сучка и задоринки. Билет попался непростой, я истратила все время, отведенное мне на подготовку, и идя отвечать, все еще не была уверена в результате. Но внезапно оказалось, что я в самом деле не ошибалась, и когда провела сеанс гадания на яйце в банке воды, результат удовлетворил экзаменатора и она охотно поставила мне пятерку!

Таким образом сессия была для меня позади и теперь можно подумать о чем-нибудь другом. И поводов было два.

Первый — мои поиски в запретной секции заброшенной библиотеки. После того случай, когда меня поймали и я попала на «беседу» к ректору, мне удалось побывать там всего один раз. И хоть поиски в тот день ничего не дали, я никому не попалась, даже прошерстила несколько стеллажей, так что вылазку в принципе можно было считать успешной.

Второй — грядущее мероприятие, приуроченное к Новому году. За два дня до оного в академии пройдет, как я узнала, традиционный прием, на который прибудут большие шишки магического сообщества. И цель их визита — присмотреться к адептам четвертого и пятого курсов. Те из них, кто сумеют впечатлить гостей, получат все шансы устроиться после выпуска на престижных должностях, и пойдут по направлению сразу в самые хлебные конторы страны.