Мелодия Бесконечности. Симфония чувств (СИ) - Голинченко Екатерина Андреевна "Маргарита Андреева" - Страница 192

Джон посмотрел на свои окровавленные руки и устрашился - быстрым движением он отбросил меч:

- Неужели я сделал это? Прости, родная, я видел вас, но не мог остановиться. Я пытался, прости. Но, как можно было предать вас, дороже кого для меня нет и не будет? - он опустился на каменный пол, он прижимая к себе Маргариту, и страшен был его крик, - Лаура, слышишь, я больше не в твоей власти!!! - потом он повернул к друзьям мокрое от слёз лицо, - Я пойму, если вы не захотите простить меня, так как моему поступку не может быть оправдания... Я очень виноват перед вами...

Всяким видела его Даниэлла, но таким разбитым - никогда ещё прежде.

В этот раз его глаза излучали свет и добро, и были полны раскаяния. Маргарита посмотрела на него с нежностью и любовью:

- Милый мой дурачок! Надо иметь большое мужество, чтобы признать свои ошибки. Не беда, если человек оступился - это может с каждым случиться, но рядом с тобой есть люди, которые готовы помочь тебе подняться.

- Я вам буду очень признателен, если вы не захотите пропустить мои мозги через мясорубку, - попытался пошутить он.

Златовласая озорно улыбнулась:

- Ну, ты провинился сегодня... Но, так и быть, по доброте душевной, я тебя прощаю.

Маргарита положила одну руку ему на плечо, а второй потрепала его за щеку:

- Я люблю тебя!

Джон обнял жену за талию и поцеловал:

- Я тоже люблю тебя, милая. Спасибо, что вернула мне самого себя.

Внезапно рана дала о себе знать: молодая женщина в его руках побледнела и едва не потеряла сознание - только его крепкие объятия удерживали её...

- Марго, нет! Не оставляй меня! Неужели я не достаточно наказан?! - с ужасом мужчина смотрел, как кровь отливает от её лица, - Без сомнения, я заслужил кары, но - не ты!

- Кончайте разыгрывать Шекспира! Вы на Ромео с Джульеттой не очень-то похожи, - раздраженно заметила Лаурита, - Видала я Шекспира, он в гробу переворачивается от такой вашей трактовки.

- Прости меня, жизнь моя! Как я буду смотреть в глаза твоим родителям и нашим детям? Как я теперь смогу жить с этим? - его трясло от одного вида своих окровавленных рук.

- Да никак! Но, этому легко помочь - вы меня уже достали! - Лаура была в крайней степени раздражения, посылая энергетический поток в их направлении.

- Сила Солнца!!! - Маргарита собрала остатки сил для атаки.

- Властью, данной мне Небесами, Отец - Солнце, защити нас! - золотистый свет окутал Джона и Маргариту, но, не надолго...

Множество проводов опутали их с ног до головы, беспощадно впиваясь в тело...

- А вы что, думали напугать меня своими жалкими фокусами?!!! - в бешенстве кричала маленькая демонесса, - Добить их!

Сил ставить новый блок не было... По проводам было подано напряжение...

Маргарита и Джон закричали от боли...

- Мы должны вступить в бой! Они так долго не продержатся! - белокурая не могла просто смотреть, как умирают её лучшие друзья, но ничего сделать не смогла - все они были словно парализованы не в состоянии пошевелиться...

Марк неистово пытался снова получить контроль над своим телом - опять Лаура, и опять забирает у него самое дорогое, - беззвучные слёзы скользили по его лицу.

- Чёрт! С нами ещё не покончено! - прохрипел Джон.

Глаза демона, повелевающего электричеством, встретились со смертоносными глазами Ямы:

- Ага! Наконец, я нашёл, за что зацепиться взглядом!

В его голове пульсировала ужасная боль - мозг словно закипал, а потом это ощущение перешло на всё тело, но изо всех сил он держал напряжение - на лбу выступил холодный пот, а сосуды на лице и руках вздулись - истинно невыносимо было смотреть в глаза самой Смерти...

- Будь ты проклята, Лаура! Я тебя никогда не прощу! Слышишь, никогда! - по щекам Даниэллы текли слёзы...

Совсем некстати Маргариту пробило на французскую речь - она просила, несмотря ни на что, не сдаваться...

- Друзья, простите... Надеюсь, ещё можно исправить... Я верю в вас... - это были последние слова Джона...

Наконец златовласая снова овладела своим телом, что стоило ей просто-таки титанических усилий и, долго не раздумывая, пустила в ход сюрюкен: куски проводов упали на каменные плиты, а вместе с ними и Джон с Маргаритой... Недвижимые, они оставались лежать.

Друзья бросилась к ним:

- Лаура, твою мать! Почему они?!!! - вырвалось у Даниэллы.

Начавшийся вдруг ветер унёс фразу, так и оставшуюся без ответа... Ветер пригнал тяжёлые свинцовые облака, с которых срывались крупные капли, смешивавшиеся со слезами. Потом начался ливень, вода хлынула мощным потоком... Капли дождя ударялись о каменные плиты, порождая крупные брызги... Вода стекала по лицам Джонни и Маргариты - казалось, что и они плачут... Запачканная грязью и кровью, промокшая от дождя одежда клочьями висела на их израненных телах, но их лица были светлы, как никогда... Вспышки молнии освещали долину, а раскаты грома пронзали страшную тишину...

- Ну, же, вставай, дорогой старший брат! Вставай же, моя маленькая француженка! - блондинка тормошила их словно тряпичных кукол, но безуспешно.

- Как трогательно! - театрально всплакнула Лаурита, - Несчастная доля бессмертных: вечно сражаться, вечно терять друзей; словно Солнце умирать каждую ночь и воскресать каждое утро! Бедные, вы очень устали, наверное! Что ж, Маргарита, любовь приносит страдания и боль, запомни это!

- Заткнись, ты! - резко оборвала её речь Даниэлла, с трудом поднимаясь на ноги, - Скажешь ещё хоть слово...

- Ты... - вокруг Марка поднялись в воздух комья земли, обломки камней и железной арматуры.

- Она - моя, - жестом остановила его блондинка.

- Тише! Тише, Кешью! - Лаура зло ухмыльнулась, - Я ж до них и пальцем не дотронулась! Я, правда, очень сожалею...

- Не смеши народ! - разгневанно бросила златовласая.

- Ты отняла у меня того, кого я любила - я же отниму у тебя всё, - в её больших детских глазах стояли слёзы.

- Я не убивала! - Даниэлла закричала, потом умолкла и перешла на шепот, - Я не хотела этой любви, но он сам выбрал нас, и теперь мы будем защищать и его - так хотели бы они...

- Лаурита, ты перешла границы дозволенного, - за спиной златовласой послышался голос Ондзи, пусть и с опозданием, но появившегося наконец вместе с двумя своими помощниками и принявшего сторону Хранителей, - Посмотри, что ты наделала. Это что угодно - только не любовь. Да, я лучше умру, чем буду с тобой. и я не жалею о своём выборе.

- Не трать понапрасну слова, - покачала белокурой головой Дэни, - Что она может понять?

- Ну, почему же? Кое-что я понимаю - ты, всё-таки выбираешь их, - девочка бросила печальный взгляд на него, потом снова повернулась к Дэни, - Счёт не в твою пользу, Кешью... Кто-то говорил, что предпочтет смерть, так я легко могу это устроить, - девочка вопросительно посмотрела на неё, - Хотите продолжать?!

- Шутишь, дорогая?! Разве я могу отказать себе в таком удовольствии?!- Лауру испугал не столько язвительный тон Даниэллы, сколько странный злой блеск в её глазах - в них она прочла смертный приговор, но взяла себя в руки:

- Не слишком ли громко сказано? - отпарировала Лаура.

- Ты всё сказала? Можно переходить к делу? - белокурая была на пределе...

В гуще сражения мелькали каштановые кудри Питера и Джастины, огненно-рыжие локоны Эллен, белые рукава кимоно и алые ленты Облика Мей, сверкали парные клинки её катан, что достались ей в наследство от родителей, и одну из которых она с легкостью отдала Марку.

Сквозь плотный туман и шум битвы трудно было вообще что-либо разобрать.

Даниэлла и Лаура смотрели друг на друга... В их глазах отражался лунный свет, освещая их лица с одинаковыми чертами. Одно такое нежное с ласковым выражением розовых губок и другое - жёсткое, загорелое, со сведенными бровями, в крови, с вызывающе выделяющимся белым шрамом...

- Ну, что ж , Кешью, вот и всё... Только ты и я... Что бы это значило?... Как же качнутся чаши весов? Оглянись, Дэни, стоит ли это того?... - за всё время Лаура первый раз назвала Даниэллу по имени...