Земля Лишних. Беги, хомячок, беги (СИ) - Платковский Алексей Сергеевич - Страница 34

- Представляю, - я покосился на энтелодонта.

Отчего-то вдруг показалось, что тварь только притворяется мёртвой. Ждёт, пока я подойду поближе, а потом раз! И отцапает что-нибудь мне нужное. Или ненужное, но всё равно такое родное.

Одноухая

Большая Стая погибла. Рейд получился не очень удачным… Или очень удачным, как посмотреть.

Вместо эндрюсархов гиены сцепились с двуногими. Для многих это оказалось сюрпризом, но не для неё. Она достаточно долго прожила, чтобы выучить, как пахнут повозки и оружие двуногих. Особенно тех из них, кого действительно стоит опасаться.

Одноухая почувствовала присутствие опасных двуногих ещё за полкилометра до цели. Можно было остановить стаю, поискать другую цель. Её бы послушались, всё таки опыт, уважение… Но ночь, время хищников, их время, подходило к концу. Гиены не умеют нападать из засад, поэтому днём охотники из них так себе. Антилопы заметят их издали, подойти на дистанцию броска и нечего думать. Возвращаться в норы без добычи - плохая идея. Поход должен быть успешным, чтобы стая сплотилась вокруг старого вожака.

Или он может быть провальным. Для всех, кроме её стаи. Если ренегаты, предавшие её, променявшие опыт и смекалку на молодость и феромоны, не вернутся - такой исход тоже устроит Одноухую. Надо завести стаю до начала атаки, до того, как гиены заметят двуногих. Она завыла так, как умеет не каждая самка - мощно, сильно, пробирая от кончика носа до кончика хвоста и своих, и чужих. Пусть у врага в жилах стынет кровь, а у стаи по венам разливается огонь.

Охота!

Охота!

Охота!

Вот показался лагерь противника. Много мёртвых двуногих, кто это их так? Неужели нашёлся более опасный хищник?! Десятки тел, вот это бойня! Животному и в голову прийти не могло, что люди могут убивать людей - гиены добивают только раненых, больных и старых, это необходимость, но не прихоть, как у людей. А уж если надо драться за охотничьи угодья или место вожака, то это делают один на один и никак иначе. Самка не бросает на алтарь войны жизни подчинённых.

Теперь увести своих в сторону, пусть гибнут чужие - уже чужие - псы. пятнистой тенью вдоль штакетника, бунгало и сараев. Слева хлопают винтовки людей, где-то возле ручья рычит пулемёт - стае приходится несладко. Но Одноухой уже всё равно, своих она ведёт к добыче. Полсотни согнанных в одном месте, словно праздничный стол для гиен.

Мощным прыжком сбить ближайшего, и тут же - вцепиться в горло его соседа. Шум, гам, крики, толпа с воплями разбегается. Машины, которые должны были стать защитой, теперь мешают - хищники ударили оттуда, откуда не ждали.

Самка прыгает на спину тощей мексиканке - в ней достаточно мяса, чтобы прокормить десяток набирающих массу щенят, но при этом она лёгкая, Одноухая сможет донести добычу до логова. Прыжок, другой, правее, там, где мечется толпа, подальше от людей с винтовками. Рядом бегут верные бойцы её стаи, четверо, как и она, с добычей. Хороший улов.

Теперь вдоль русла ручья, вверх по течению. По воде, сбить погоню со следа. Над ухом со свистом проносится что-то быстрое, невидимое. Ещё и ещё. И вдруг что-то больно, словно сотня оводов, кусает самку в левый бок, она чуть не выронила добычу. Влево, вверх, выбраться из тесноты оврага на простор. Есть!

В бок тычется один из бойцов - ты ранена, давай понесу еду.

Самка не спорит. Рана кровоточит, надо беречь силы. До дома путь неблизкий, скоро встанет солнце, и в свои права вступят уже дневные хищники. Их осталось всего семеро, нельзя нарываться на неприятности. Ведь в норах их ждут два десятка щенков и старик, оставленный за няньку.

Одноухая обязательно доберётся до дома. Она должна. А как иначе?

Глава 11

Год 27, 17 марта, суббота

Алекс Северов

Вчерашний день для меня почти одно сплошное белое пятно.

После того как завалил энтелодонта, я попробовал добраться до холма, проверить, как там ноут, приземлился ли дрон или электронных мозгов не хватило сообразить на подобное и он валяется где-то в кустах. Но стоило сделать пару шагов, как понял - сил нет. Вот нет и всё. Даже перезарядить винтовку и то едва смог. Хорошо хоть ногу чуть отпустило, можно почти нормально опереться на неё, мышцы больше не бьёт током при каждом шаге.

Доковылял до туши монстра. Вроде не дышит. Потыкал стволом в нос - ноль реакции. Ну и славно. Обошёл тушу, присел у загривка, хоть на что-то опереться можно. Меня сейчас дворняга загрызёт, сил сопротивляться не было совсем. Какое-то опустошение внутри. Да уж, я так не переживал даже когда коллекторы били. Там-то было понятно, что попугают и всё, мёртвый я им денег не принесу. Если бы совсем-совсем прижало, то можно было бы отцу позвонить. Или сбежать, что я и сделал. В общем, выходы были. А тут или ты, или тебя, и никаких других вариантов не предусмотрено.

Мне ещё не доводилось бороться за свою жизнь вот так, с винтовкой в руках.

Потом за мной приехали, кажется, это был Чарли. Помог забраться в машину, сбегал за ноутом и дроном, даже мой рюкзак не забыл.

Потом был наш лагерь, где Кэтти помогла снять разгрузку, флиску и майку. Девушка хотела было выкинуть “эту рванину”, но я воспротивился, вещей у меня всего ничего, терять почти половину гардероба не хотелось.

- Ничего, вот оклемаюсь, найду иголку с ниткой и заштопаю.

- Ты точно бестолковкой не ударился? - Кэтти на всякий случай ощупала мою голову. - Надо быть Гудини, чтобы эти тряпки починить.

- Они мне дороги как память, - соврал я. Не говорить же, что я гол как сокол.

Девушка покачала головой, но ничего не сказала. Промыла царапины на рёбрах, смазала их чем-то едким, но сил реагировать на боль не было. Так, поморщился немного и всё. Зато в голове немного прояснилось, я даже смог сам переодеться в чистое и забраться в спальник. Там и провалялся до вечера.

Орден прибыл после обеда, упаковал выживших мексов (наши положили 2\3 мужчин, ещё десяток гражданских порвали гиены - говорят кровищи было мама не горюй!). С орденскими прискакал какой-то местный репортёр, щёлкал камерой, лез с расспросами, что-то наговаривал на диктофон. Вроде даже как вёл прямой эфир на местную радиостанцию. Сенсация года, не иначе - собранный за сутки отряд наёмников освободил два десятка заложников - оказалось, мексы не только наших “халявщиков” пощипали.

Голдманы с удовольствием дали интервью на полчаса, как попали в засаду пару дней назад, как потеряли брата, собирали отряд, следили за бандитами, готовили штурм. На подробности не скупились, даже меня похвалили, мол, гражданский, а грамотно провёл авиаразведку, завалил здоровую тварь в одиночку. Так что и мне толика славы перепала, мой “подвиг” обещали опубликовать отдельной статьёй, даже сотню экю заработал, за эксклюзивность. Капиталисты, всё покупается и всё продаётся.

С Орденом прибыл доктор, осмотрел освобождённых, взглянул и на мои рёбра. Долго мял бока, тыкал пальцами. Вердикт - ничего не сломано, но трещины, скорее всего, есть, так что избегать нагрузок недели две, а лучше вообще из постели без надобности не вставать. Такой короткий срок док объяснил просто - на Эдеме давно заметили, что регенерация и иммунитет выше, люди реже болеют и быстрее восстанавливаются. Списывают на чистую экологию и натуральные продукты, хотя есть предположение, что виноваты местные микроорганизмы или какие-то микроэлементы в почве и воде - недаром же местные лекарства составляют львиную долю импорта на Землю.