Последняя граница. Дрейфующая станция «Зет» - Маклин Алистер - Страница 118

Я посмотрел на слушателей. Все превратились во внимание. Мне мог бы позавидовать любой лектор.

— Спустя три года еще одна американская фирма сумела видоизменить этот фантастический прибор таким образом, что его стало возможно устанавливать на искусственных спутниках небольших размеров. На его создание ушло три года круглосуточной работы. Но, по мнению специалистов, овчинка стоила выделки. Каково фокусное расстояние объектива этой камеры, неизвестно. Изготовители таких данных не публиковали. Но нам известно одно: при благоприятных атмосферных условиях с высоты трехсот миль можно увидеть белое блюдце на темном фоне. Причем на сравнительно небольшом негативе, который можно увеличивать почти до бесконечности, поскольку ученые разработали также совершенно новый вид эмульсии, состав которой до сих пор является сверхсекретным. Он в сто раз чувствительнее лучших пленок, изготовляемых в настоящее время промышленностью.

Камеру должны были установить на борту искусственного спутника весом в две тонны, который американцы условно назвали «Самос-III». Данное сокращение обозначает «Система наблюдения за спутниками и баллистическими ракетами». Однако установить ее на место не удалось. Эта единственная в мире камера исчезла средь бела дня. Как впоследствии выяснилось, она была разобрана и доставлена из Нью-Йорка в Гавану на борту польского авиалайнера, якобы летевшего в Майами и таким образом сумевшего избежать таможенного досмотра.

Четыре месяца назад этот аппарат для космической фотосъемки был установлен на советском искусственном спутнике, пролетающем по полярной орбите над Средним Западом Соединенных Штатов семь раз в сутки. Такого рода спутники могут находиться на орбите в течение бесконечно долгого времени. Благодаря идеальным погодным условиям русские сумели за трое суток получить все нужные им снимки. Я имею в виду снимки всех американских ракетных установок западнее реки Миссисипи. Всякий раз, как этот аппарат снимал участок территории Соединенных Штатов, другая камера, размером поменьше, направленная вертикально вверх, привязывала снимок к звездному небу. Оставался пустяк — перенести с карты сетку координат. Таким образом русским стало известно местонахождение всех американских установок для запуска баллистических ракет. Но прежде всего им было необходимо получить снимки.

Передавать материалы по радио нет смысла, утрачивается слишком много деталей, да и качество ухудшается. А, как вы помните, первый этап получения снимка — сравнительно небольшой негатив. Поэтому русским нужно было получить собственно пленки. Для этого существуют два способа: посадить спутник на землю или же с помощью специального устройства сбросить на землю капсулу с пленкой. Во время испытаний при подготовке запуска «Дискавери» американцы усовершенствовали методику использования авиации для поимки капсул. У русских такой методики нет, хотя, как нам известно, они разработали способ выведения с орбиты неисправных спутников. Им оставалось одно — посадить спутник на Землю. Они намеревались сделать это милях в двухстах восточнее Каспийского моря. Но операция почему-то не удалась. Почему именно, мы не знаем. Наши эксперты полагают, что после подачи команды по радио не сработали толкатели с одной стороны капсулы. Начинаете соображать, что к чему, господа?

— Начинаем, это верно, — вполголоса произнес Джереми. — Спутник пошел по другой орбите.

— Вот именно. Ракеты, сработавшие лишь с одной стороны, не замедлили полета искусственного спутника. Они только сбили его с курса. Новая, искаженная траектория пролегла над Аляской, южной частью Тихого океана, Землей Грейама в Антарктиде, к югу от Южной Америки, над Африкой и Западной Европой. Она прошла по пологой траектории над районом Северного полюса не далее чем в двухстах милях от него.

Единственно, каким образом русские могли получить пленку, это отстреливанием капсулы. Ведь если бы им и удалось уменьшить скорость полета спутника, чтобы тот сошел с орбиты, то неизвестно, куда бы он упал. Но самым досадным для русских было то обстоятельство, что ни один из участков траектории полета спутника не пролегал над территорией Советского Союза или дружественных ему стран. Хуже того, девять десятых ее проходило над районами открытого моря. Если бы капсула упала в воду, то из-за того, что она покрыта толстым слоем алюминия и пирокерамики для защиты от перегрева при входе в атмосферу, она тотчас утонула бы. Поскольку, как я уже говорил, русские не располагают средствами для перехвата падающих капсул, вряд ли они стали бы обращаться к американцам с просьбой сделать это вместо них.

Вот почему русские решили спустить ее над теми участками Земли, которые им доступны. Это полярная ледовая шапка на севере или же Антарктика на юге. Вы, наверно, помните, командир, я только что вернулся с Южного полюса. У русских там имеются две геофизические станции, и до последнего времени мы полагали, что капсула с одинаковой вероятностью могла попасть туда. Но мы ошибались. Ближайшая к траектории полета станция находится в трехстах милях от нее. Что же касается полевых партий, то ни одна из них не двинулась с базы.

— Выходит, они решили спустить ее поблизости от дрейфующей станции «Зет»? — спокойным тоном спросил Джолли. Он не назвал меня «старичком». Это свидетельствовало о его тревоге.

— В тот момент, когда советский спутник сбился с орбиты, станции «Зет» даже не существовало, хотя все подготовительные работы были завершены. Мы решили зафрахтовать ледокол у Канады, чтобы можно было разбить ледовый лагерь, но русские, в духе доброй воли и международного сотрудничества, предоставили в наше распоряжение атомный ледокол «Ленин» — лучший в мире корабль. Им позарез была нужна станция «Зет». И она появилась. В нынешнем году скорость дрейфа полярных льдов с востока на запад чрезвычайно мала, и поэтому прошло почти восемь недель со времени создания ледового лагеря и до того момента, когда станция оказалась непосредственно под траекторией полета искусственного спутника.

— Так вы знали о намерениях русских? — спросил Ганзен.

— Знали. Но русские не подозревали, что мы следим за каждым их шагом. Они не имели представления о том, что среди приборов, доставленных на станцию «Зет», было устройство для наблюдения за спутниками, с помощью которого майору Холлиуэллу станет известно, когда спутник получит сигнал сбросить капсулу. — Я медленно обвел взглядом зимовщиков. — Бьюсь об заклад, что об этом не знал ни один из вас. Знали лишь майор и еще три человека, ночевавшие в его бараке, где находилось это устройство.

Однако нам было неизвестно, кто из участников экспедиции подкуплен русскими. Мы только предполагали, что такой человек должен находиться в числе зимовщиков. Но кто именно, не имели представления. Ведь каждый из вас прошел самую тщательную проверку на благонадежность. И все же один из вас подкуплен. Вернувшись в Великобританию, он обеспечил бы себя до конца жизни. Помимо своего агента русские оставили на станции портативный прибор — электронное устройство для настройки на определенный радиосигнал, который будет подаваться капсулой, как только ее отстрелят от спутника. С высоты трехсот миль капсулу можно выстрелить с такой точностью, что она упадет в радиусе мили от цели. Однако поверхность полярных льдов довольно неровная, к тому же большую часть суток там темно. Поэтому это наводящее устройство помогло бы отыскать капсулу, которая должна была подавать сигнал в течение по крайней мере суток после приземления. Взяв с собой наводящее устройство, наш «приятель» отправился на поиски капсулы. Он ее нашел, отвязал от нее парашют и принес в лагерь. Вы меня слушаете, господа? В особенности один из вас?

— Мы вас слушаем, доктор Карпентер, — проронил Суонсон. — Все до одного.

— Вот и отлично. К сожалению, майор Холлиуэлл и его три товарища тоже знали о том, что капсула сброшена. Не забывайте, что они наблюдали за этим спутником круглосуточно. Они знали, что кто-то должен отправиться на поиски капсулы. Но кто именно, не имели представления.