Сады Солнца - Макоули Пол - Страница 96

— Но ведь они могут ударить по целям в системе Сатурна во время пролета, — возразила Мэси. — А потом они направятся к Юпитеру или Земле, или где там еще они захотели учинить беду. Но я не могу развернуться. Нам нужно больше, чем просто найти способ ужиться с альянсом.

Ожидая, пока Ньют ответит, Мэси перекусила: размазала творог по грубой галете, вынула из холодильника горсть маленьких кислых томатов. Хотя не было нужды экономить еду, Мэси не могла справиться с иррациональным страхом голода.

На виртуальном экране висело изображение Сатурна с корабельного телескопа. Гигант был всего в трехстах сорока миллионах километров: крошечный полудиск, выглядящий слегка деформированным из–за колец — будто размытое изображение разбитой чашки. Через девять дней Мэси прибудет на место, и вот тогда начнутся настоящие проблемы. Мысли об этом наполняли Мэси холодным ужасом. Ведь может ничего и не получиться, и она не сумеет убедить нужных людей. Ее могут бросить в тюрьму. Или хуже. Мэси может никогда больше не увидеть Ньюта и близнецов. Непереносимая мысль!

Коммуникатор пискнул — прибыло сообщение от Ньюта.

— Если ты хочешь заключить сделку, тебе нужно поторапливаться. Ты замедляешься, чтобы выйти на орбиту вокруг Сатурна, а «призраки» ускоряются. У тебя не будет трех недель. «Призраки» явятся к Сатурну через пять с небольшим дней после тебя.

Остаток дня Мэси с Ньютом провели за обсуждением возможностей. Их было немного — и все не слишком хорошие. Мэси могла ускориться снова, но у Сатурна все равно пришлось бы тормозить. «Слон» не был рассчитан на движение в атмосфере, не имел тепловой защиты, так что не получилось бы затормозить в верхних слоях атмосферы Сатурна или Юпитера. Самое большее, Мэси могла идти на тяге еще день. Но это добавило бы от силы пару часов к промежутку между прибытием на Япет и приходом «призраков». К тому же торможение необходимо включало бы серию сложных маневров, которые съели бы весь выигрыш. Конечно, Мэси могла ускоряться, как и «призраки», миновать Сатурн и сохранить преимущество — но ведь непонятно, куда они направляются. И пока «Слон» не минует Сатурн, цель «призраков» не определишь. Например, они могут идти на Марс, чтобы отбить планету, потерянную больше века назад.

И, в любом случае, возможности ограничены запасами топлива.

В конце концов Мэси и Ньют решили придерживаться изначального плана: продолжить торможение, развернуться вокруг Сатурна, используя его гравитацию, выйти на орбиту и как можно скорее явиться в Париж на Дионе. Они также решили, что настало время будить Лока Ифрахима.

Бóльшую часть работы проделал сам гроб. Мэси напоила Лока фруктовым соком, выжимая ему в рот крохотные порции, обтерла лицо и тело влажными салфетками, помогла приподняться. Мэси дважды пробуждалась после долгой гибернации и знала, насколько это тяжело и мучительно. Лок съел горсть вареного риса, тщательно прожевав каждое зерно. Затем дипломат прохрипел сквозь опухшую после гибернации глотку:

— Мэси, я был готов вернуться на Сатурн с того момента, как ты подобрала меня. К чему эта драма? Тебе стоило только попросить.

— Нужно экономить запасы еды и кислорода.

— А, ты не хотела провести девять недель в маленьком корабле наедине со мной. Я понимаю. Наши чувства взаимны, — сказал Лок и выдавил подобие прежней лукавой улыбки.

— Да, из нас чудесная команда, — заметила Мэси. — Мне одной никто не поверит, тебе — тоже. Но вдвоем…

— Кстати, вы случайно не захватили с собой тело капитана Невес?

— Не было времени.

— А-а.

— Но все получится, — виновато выговорила мучимая совестью Мэси, — вы сможете сами забрать ее на Землю.

— Конечно. А что еще случилось, пока я спал?

Мэси рассказала про отказ бразильцев на Сатурне и Юпитере отдать власть, про корабли «призраков», еще ускоряющиеся к Сатурну, и объяснила, что это может означать.

— …Так ты еще не говорила с альянсом, — немного подумав, сказал Лок. — И с тихоокеанцами на Япете — тоже.

— Мы подумали, что лучше будет соблюдать радиомолчание.

— Но теперь ты уже так не думаешь — и потому разбудила меня. И как раз вовремя. Хорошо, посмотрим, что можно сделать.

После некоторых пререканий с Ньютом Мэси сумела направить главную антенну «Слона» на Диону и передала коммуникатор Локу. А тот погрузился в обмен сообщениями с персоной по имени Нота Макдональд — якобы старым приятелем Лока по дипкорпусу.

Йота объяснил, что бразильская революция привела к тектоническому сдвигу в балансе сил на Сатурне. Изрядная часть бразильского контингента, включающая дипломатов, полицию и гражданских чиновников, четырех из пяти губернаторов и их подчиненных в контролируемых бразильцами городах, хотела прийти к соглашению с дальними. Но Эуклидес Пейшоту, старшие офицеры армии и ВВС отказались идти на сближение. Похоже, Эуклидес решил закрепиться на Сатурне — не из лояльности к старому правительству, а потому что не хотел отдавать власть над своей маленькой империей. Но его больше не поддерживали европейцы и Тихоокеанское сообщество, а без этого он мог удержать власть только грубой силой. Непрерывные забастовки и мирные протесты уже долго шли в Камелоте на Мимасе, в Багдаде на Энцеладе, в Афинах и в Спарте на Тетисе. Губернаторы городов отказались подавлять протесты, Эуклидес угрожал в случае бездействия послать войска. Противостояние пока ничем не разрешилось, потому что приближался флот «призраков» и все внутренние проблемы отошли на задний план. Теперь не осталось сомнений в их враждебности. Эуклидес Пейшоту объявил, что ответный удар окажется впечатляющим и город «призраков» на Тритоне будет уничтожен. Если у Мэси с Локом есть полезная информация о «призраках», несомненно, Эуклидес Пейшоту захочет поговорить с делегацией Свободных дальних.

— Мы никого никому не собираемся продавать, — заверил Лок. — Наши сведения крайне важны, и мы хотим сообщить их совету безопасности альянса.

— Эуклидесу это не понравится.

— Ему придется согласиться, если он хочет узнать, что мы принесли, — заключил Лок.

Йота с Локом обсудили, как держаться с разными администрациями, чтобы добиться твердого обещания выдать гарантии неприкосновенности. Когда Лок наконец вдоволь пообщался с другом, Мэси сказала, что пришло время поговорить с Томми Табаджи.

— Мы собираемся приземлиться на тихоокеанской базе, на Япете — если ты, конечно, не сумеешь меня убедить в чем-нибудь другом.

— Да нет, никаких возражений. Но давай не будем торопиться. Прежде всего нам нужны гарантии неприкосновенности. Получить их не составит труда, если мы сумеем убедить альянс в ценности нашей информации о «призраках». Тогда — и только тогда — начинаем переговоры о сдаче. Думаю, мы выживем — но не стоит ожидать при встрече ликующих толп.

— Я буду счастлива не попасть в тюрьму, — заметила Мэси.

— Так или иначе, я верю в то, что ты сделала правильный выбор.

Его улыбка показалась Мэси настоящим произведением искусства. И впервые Мэси решила ему поверить.

— Думаю, нам нужно обговорить и уточнить все, что мы знаем о «призраках», — сказала она.

— Отличная идея! Мы отрепетируем все до последней буквы. Хотя, думаю, тебе стоит оставить пару резкостей про запас. Люди часто считают грубость признаком честности.

— Тебя уж в этом точно не упрекнешь, — сказала Мэси.

— Да, мои таланты лежат не в этой области, — улыбнувшись, ответил Лок. — Потому из нас и получится такая убедительная команда.

Когда не приходилось совместно проводить нудные и долгие репетиции будущих разговоров и продолжительные, запутанные беседы с Томми Табаджи, бразильским послом и различными членами совета безопасности, Мэси и Лок держались как можно дальше друг от друга. У них возникло что–то вроде настороженного взаимного уважения, притом нисколько не напоминающего дружбу, — скорее, деловое сотрудничество людей, которым поневоле приходится верить друг другу.

Сатурн, окруженный чередой спутников, уже казался громадным. Из–за разности положений Нептуна и Нефеле относительно Сатурна корабли «призраков» оказались по другую сторону газового гиганта от буксира Мэси. Сначала телескопы «Слона» показывали только крошечный конус яркого света, испущенного термоядерными двигателями и масс–реакторами. На максимальном увеличении различались длинные тени, отбрасываемые кораблями. В конце концов Мэси смогла разглядеть и отдельные суда — но затем их закрыл Сатурн, и она не увидела никаких деталей.