Кровавый дар (СИ) - Воронина Алена - Страница 32

Кстати, литература по этой тематике заинтересовала не только меня. Фолианты и свитки читались кем-то скрупулезно, озлобленно, с отметками на полях, с вычеркиванием с сильным нажимом до дыр в тонкой бумаге целых абзацев, и даже вырванными страницами. Но вандал явно давно почил, потому как книги лежали на самым верхних полках и были хорошо присыпаны пылью, а от избытка чернил, склеенные листы рассыпались в труху, хотя и сами труды были старинными, датированными позапрошлым веком.

Я засиделась глубоко за полночь, выбирая и выписывая в дневник необычные сведения о великом правителе, удивляясь тому, как методично подчеркивались или вычеркивались предыдущим читателем отдельные фразы, словно кто-то искал нестыковки истории, оплошности автора в описании биографии Породителя Бездны.

По мнению автора, у Сальтирина было восемь жен, но известно было лишь о судьбе Июнары, самой молодой супруги. Она умерла еще при жизни мужа, выбросившись из окна башни, ее тело было рассечено оградой сада. Автор подметил, что о ней Сальтирин горевал неистово, хотя жрецы запрещали хоронить самоубийцу на костре, требуя чтобы тело ее было предано земле. Он все же нарушил запрет представителей богов на земле. После ее гибели и началось увядание его детища — королевства. Автор предположил, что правитель предрек жене смерть ее и их детей, и женщина не справилась с обрушившимся на нее горем. После смерти самого Сальтирина дети его были казнены аристократией его же королевства, боявшейся, что они унаследуют дар отца, и хоть они его ненавидели, однако, то, что он построил, хотя бы частями смогли удержать, пока к власти не пришел Эльдор Первый, сумевший воскресить былое величие и без дара, однако слыл он таким кровожадным убийцей, что на мой взгляд это его смерти надо было желать.

Меня мутило при мысли, о том, что можно было так поступить с людьми, с детьми, пусть даже с предполагаемыми обладателями дара, ведь он ничего хорошего в жизни не приносит. Что получил Сальтирин? Крушение всего, что строил, смерть всего, чему дал жизнь!

Чтобы не сбиваться с режима, я еще раз прошлась по ночному саду. Комната встретила меня двумя фонариками и блюдом с фруктами, печеньем и стаканом молока. Опять ледяная ванна, точнее даже поливание головы из ковшика. Перепад температур заставил зубы застучать, но это даже бодрило. Мыло ароматом трав напомнило о доме и большом луге за городской стеной, куда мы бегали детьми. Ледяной водой промывать мои волосы то еще удовольствие, и когда я закончила, меня трясло от холода. Завернувшись в тонкую простынку, прихватив дневник, который умудрилась притащить с собой в ванную комнату, я вернулась в комнату, утопающую во мраке. Магические фонарики не горели.

— Расскажи мне о нападении в саду, — глухой мужской голос со стороны кушетки у окна, которую я облюбовала, заставил дневник выпасть из ослабевших пальцев, а меня замереть.

Эллинар. Тусклый свет луны освещал его профиль. Буря чувств от его присутствия мгновенно снесла с такой любовью возводимую стену. Но ледяные капли с волос скатывались по спине, напоминая о боли, которая лишь затаилась, но никуда не ушла.

Мужчина ждал ответа.

Я могла бы облечь эту происшествие в форму красивого рассказа, но сил хватило только на несколько слов.

— Он выстрелил из арбалета, болт попал в книгу, потом пульсар почти сжег яблоню, остался только пенек. Не дал воспользоваться амулетом лорда Райдэла. Воткнул кинжал…

Я ощутила себя, словно в детстве на стульчике рассказываю стишок, который все слушают из желания не обижать.

— Кинул пульсаром?

Я непонимающе замерла.

— А что еще с ним можно сделать?

На мой вопрос не ответили. Эллинар поднялся и подошел ко мне.

— Ложись, — он протянул ладонь к моему лицу, а я отпрянула, как удара хлыста.

— Нет, — сказал разум, вместо тела, которое уже горело желанием.

— Нет, — эхом повторил он, рука опустилась, а глаза с минуту изучали мое лицо.

Потом наследник вышел из комнаты, тихо закрыв дверь.

Ритана без стука вошла в кабинет мужа и, пройдя к огромного столу, опустилась на краешек кресла напротив, выпрямив спину и в упор глядя на Императора.

— Я улетаю в Ризгар.

— Почему сейчас? — поинтересовался мужчина, не отрываясь от бумаг.

— Это надо заканчивать.

Линорм резким, присущим лишь ему движением, вскинул голову.

— Ты все прекрасно понимаешь Тебе нужна она.

— Мне нужны ты и покой.

Ритана покачала головой.

— Я больше не пойду на поводу твоего упрямства. Что ты делаешь, Дэл? Ты не имел право отдавать ее Элу. Он начинает забываться, потому что ты многое разрешаешь ему. Он не смел о таком просить, ни один линорм не смеет просить таям другого! Да, она — человек, но она даст тебе больше, чем кто либо. Тебе станет легче. Драконы, если ты забыл, никогда не отдают свое. А мы все же отчасти драконы, — линорм поежилась, Император в ее магическом зрении заклубился.

Он через долю секунды оказался перед ней, опустившись на колено.

— Ритана, ты знаешь, что мне никто не…

Женщина встала.

— Ты сгораешь от своей силы. А я хочу, чтобы ты жил столько времени, сколько она сможет тебе дать. И если ты не можешь уйти, я это сделаю. Я ухожу, Айдэл.

По лицу Императора пробежала рябь, он готов был сменить ипостась.

Ритана умела говорила жестко, если это единственный способ покончить с этим абсурдом!

— Шестьдесят лет назад ты проиграл, я выбрала твоего брата. И когда он умер, я… Твоя сила должна была дать надежду твоему роду на продолжение.

— У моего рода есть продолжение.

— Эл — не твой сын. А ты мог бы иметь своих детей.

— Не мог. Тебе прекрасно известно, что ты для меня значишь. А таям — человек… Да даже если бы она была линормом, я бы не оставил тебя. Мне просто нужно время.

— Ты так похож на Айла, — женщина не выдержала — коснулась его лица, нежно проведя пальцем по тонким губам. Она так нуждалась в его тепле. И так горько то, что ей предстоит. — Вы оба упрямы. Его упрямство сгубило его, и сейчас оно убивает тебя, — надо ударить больнее. — Знаешь, если бы я встретила своего таям- человека, я бы сейчас была с ним. Потому что не настолько глупа, чтобы лишать свою душу цельности. Я это поняла, когда потеряла Айльдира.

Собрав силы, женщина, коснувшись нежным поцелуем его лба, направилась к двери.

— Я не приму таям с человеком.

Ритана обернулась у двери и посмотрела на мужа с грустной улыбкой.

— Да? Скажи это своим снам и рукам. Или ты думаешь я не чувствую, что ты уже с ней?

Император замер. Линорм сняла с руки брачный браслет и, опустив его на столик при входе, вышла, тихо закрыв дверь.

Только в коридоре она дала волю своему дыханию.

Она любила Айдэла всем сердцем, так и не прикоснувшимся пока к таинству найти свою родственную душу. Когда-то давно, кажется в другой жизни, двое молодых линормов добивались ее: Айдэл и его старший брат Айльдир. Айдэл, десятый родовой маг, мощь и сила которого шла из глубины поколений. Он притягивал ее, как мотылька манит огонь. А он и был огнем болезненным, ярким, своевольным. Айльдир был хоть и старше, но он полностью подпал под влияние младшего брата, старался быть похожим на него. Пока она ни приехала в Ризгар из крепости Николд, где и родилась. Пока не встала между ними…

Тогда в Айльдире проснулся характер и индивидуальность. И она выбрала его. Потому что понимала — ей не справиться с огнем Айдэла. Тяжело жить постоянно обжигаясь. Любое чувство в итоге испепелит самое себя. Она была умной, как и полагалось продолжательнице рода. Айдэл не смирился, но и не смел вторгнуться в пространства брата, которого любил.

А потом Айльдир погиб. Оплакивая его, она хотела найти виноватого в своем несчастье. Но была рассудительной… Айдэл скорее бы себя подставил под удар, чем брата. А потом она узнала, что Айльдир ослепленный ревностью, под чье-то науськивание, под чей-то наговор, что она и Айдэл… Он сошел с ума. Он предал брата друидам, но опомнившись, сам подставился. Она хотела в это верить!