Кроваво красная луна - 2. Рождение ведьмака (СИ) - Мисечко Владимир Александрович - Страница 32

- Надо, мужики, надо. Может, они, что и пропустили, а, может, девчонка уже вернулась домой.

 с тонированными стёклами джип подкатил к подъезду, где жила Дягилева Евгения. Четверо бойцов покинув машину, поднялись в квартиру и стали производить тщательный обыск.

- Ни хрена себе, - заглянув в ванную комнату, произнёс Олег. - Мужики, идите сюда. Те подошли и уставились вытаращенными от ужаса глазами на окровавленную ванну.

- Вот, здесь её и расчленили, - немного переведя дух, сказал капитан. - И это было совсем недавно, скорее всего вчера. Так, снимаем все отпечатки, которые найдём здесь. И ищите то, что было похищено в квартире у бабки. Там девушка наследила порядочно, а значит, она что-то там искала.

- А если этого уже здесь нет? - спросил Джеки. - Ведь кто-то же её убил, а значит, он знал, что она была в той квартире и что-то там украла.

- Ты прав, Джеки, но всё равно, давайте поищем. Все принимаемся за дело.

Примерно минут через тридцать Джеки закричал:

- Мужики, я, кажется, нашёл то, что мы так упорно ищем здесь!

Все подошли к нему. Тот раскрыл кулак и на ладони бойцы увидели медаль.

- Молодец, - похвалил китайца Степан. - А больше ничего там нет, где эта штука была?

- Нет, только это, - ответил Джеки, поглядывая на ребят.

- Всё, закругляемся здесь и едем в контору. Будем пробивать пальчики, что мы здесь нашли и искать ордена.

- Где мы будем их искать? - поинтересовался Джеки.

- В ломбардах и скупках, где скупают краденное. Ведь эти награды, - сказал Вадим, - стоят больших денег. А так просто их не похищают, чтобы они висели и красовались.

- Но кому они нужны? - не унимался китаец.

- Не скажи, Джеки, есть такие люди, которые коллекционируют их.

- Тогда понятно.

- Ничего тебе не понятно, - пробурчал Олег, покидая квартиру. Вадим на это промолчал.

***

Кирилл, расчленив девчонку и сложив куски по пакетам, перетащил их себе в машину. «По дороге буду оставлять их в мусорных контейнерах». Он не забыл прихватить и похищенные у бабки побрякушки, правда, одну оставил, спрятав её под кроватью. «Пускай, её найдут», - размышлял он, «тогда всё это свалят на Женьку. И ограбление, и убийство в парке, ведь на том кресте её отпечатки. И в квартире у бабки она тоже не одевала перчаток». А его отпечатков нигде нет. Только, вот зараза, в её квартире он их оставил. Не убирать же было её всю. «Ладно, думаю, менты долго не найдут меня. Сдам побрякушки в ломбард и слиняю из этого города куда подальше».

***

Проверив все отпечатки, что нашли бойцы Вадима в квартире убитой девушки, криминалисты нашли те, которые не принадлежали Дягилевой. Но в их картотеке они не значились.

- Степан, надо проверить все скупки и ломбарды, где скупают всё краденное. Может, бабкина награда, где и всплывёт.

- Понял, - ответил тот, - всё сделаем.

Взяв Олега и Джеки, они уехали. А Вадим остался разбираться с бумагами. И уже к вечеру они нашли похищенные у бабки награды. В ломбарде, куда Кирилл сдал побрякушки, стояла камера видеонаблюдения. Сдавая награбленное, он засветился. Оперативники изъяли видеозапись и журнал, куда производилась запись тех, кто приносил и сдавал вещи.

Теперь у оперативников был и адрес, и фотография того, кто сдал бабкины ордена.

- Всё, мужики, по коням, будем брать нашего придурка, - произнёс капитан Шведов.

Через десять минут чёрный джип отъехал от конторы и покатил по указанному адресу, который значился в журнале. Близко к дому они подъезжать не стали, чтобы не спугнуть преступника. А, разделившись по двое, зашли с разных сторон.

- Вадим, - показал Джеки рукой на горевший в окне свет, - хозяин дома. Будем его брать?

- Тихо заходим в подъезд и подходим к двери, - позвонил Вадим по сотовому Степану.

Вадим с Джеки зашли в дом с центрального входа, а Олег и Степан с другой стороны (там был запасной выход, на случай пожара или чего-то другого) и тихо поднялись на нужный этаж.

- Звони, - сказал Олегу Вадим. - Скажи, что он топит нижний этаж, а ты хозяин той квартиры.

Отойдя от глазка в сторону, чтоб тот их не заметил, бойцы стали ждать. Олег звонить не стал, а ногой забарабанил в дверь и стал орать на весь этаж и материться. Через две минуты дверь открылась, и бойцы, сбив хозяина с ног, ворвались в квартиру.

Испугавшись (по натуре Кирилл был трусом, только среди знакомых держался высокомерно, словно ничего не боялся, и ему всё было по барабану) ворвавшихся в квартиру оперативников, хозяин во всём им признался. Не успел Вадим на него надавить, как тот запел, как тот соловей. Надев наручники, его увезли в контору. Там он всё написал на бумаге.

Через несколько дней суд приговорил Кирилла к двадцати годам строгого режима. Первые пять лет он проведёт в психушке на обследовании в его вменяемости. И если докажут, что он вменяем, тогда переведут в тюрьму, а если нет, оставят лечиться там.

Но через месяц Кирилл повесился на простыне в своей палате. Или ему это помогли сделать, этого, наверно, мы не узнаем никогда, а узнаем, то промолчим.

- Туда ему и дорога, - сказал Олег, узнав эту новость. - Я бы тоже помог тем, кто это сделал.

- Собаке собачья смерть, - добавил капитан Вадим Шведов. - Таким зверям не место среди людей в нашей жизни. - Остальные промолчали, про себя подумав то же самое.

Конец.

Шулер по кличке "Бубновый.

Скорый поезд «Москва-Чита», постукивая на стыках рельс, катил на восток. В вагоне-ресторане уже второй час сидели четверо мужчин и о чём-то тихо и мирно вели беседу. Заказав бутылку коньяка, они выпили по стопочке и больше к ней не притрагивались. Официант уже раз пять проходил мимо их столика, пытаясь с ними заговорить. Но в очередной раз, взглянув на их серьёзные лица, проходил мимо, так ничего и, не спросив. А те, не обращая на его попытки никакого внимания, продолжали свой разговор.

Остановившись за пару столиков от них, официант стал прислушиваться, но ничего из услышанного разговора разобрать так и не смог. Одни нечёткие обрывки фраз и больше ничего. Плюнув на это, он вернулся на своё место за стойкой, пройдя мимо четвёрки, даже не повернув в их сторону головы. Прошёл ещё час, а они по-прежнему тихо разговаривали, не притрагиваясь к коньяку. Вагон-ресторан то наполнялся пассажирами, то вновь пустел, а эти всё сидели и сидели. Только ближе к вечеру они поднялись и покинули ресторан, так и не притронувшись больше к спиртному. Официант удивлённым взглядом проводил их до двери.