Схрон. Дневник выживальщика. Книга 2 (СИ) - Шишковчук Александр - Страница 87

Глава 77

Что пожелать в последние минуты жизни? Да, можно сказать, что кто-то захотел бы попрощаться с близкими, кто-то выкурить крайнюю сигарету, а кто-то выпить бутылку текилы истанцевать макарену. Неважно, что делать, главное, чтоб длились, длились эти бесценные мгновения, чтобы насладиться каждой крупицей собственных песочных часов жизни перед прыжком в Валгаллу, а может, обратно, в Колесо Сансары, страну Вечной Охоты или в бесконечное черное Ничто. Но я же хочу только одно — срать!

Пахомыч не спускает с меня наполненный подозрительностью взгляд.

– Ладно. Ступай, – решил, наконец, он. – Только быстро!

– Ну, это уж как получится. — Я пожал плечами.

Чудовищная волна, цунами, извержение вулкана набирают мощь в моих кишках. На лбу выступил холодный пот. Минутку, еще минутку дай мне, мысленно обратился я к предательской жопе. Тактические портки до сих пор чистые только лишь благодаря моей железной воле, которой должен обладать каждый выживальщик.

— Держи, братка, – Вован протянул сигарету. — С дымком, епта, чтоб лучше сралось, гыгы!

– Вы двое, пойдете с ним, – кивнул Пахомыч своим архаровцам. — Но смотрите, ежели упустите, шкуру спущу!

— Не волнуйтесь, шеф, не сбежит, — усмехнулся один из верзил. — Давай, засранец, ступай!

— Стойте! -- воскликнул я.

– Йокарный бабай! Чего ешо?! – взъярился Пахомыч.

– Эмм… а бумажка есть у кого-нибудь? – спросил я. – Ну, что вы все молчите, негодяи? Вам жалко кусочек бумаги? Да что ж вы за люди такие?

– На, держи! – Маша кинула маленький рулончик.

– О, благодарочка! – радостно воскликнул я.

– Сюды давай, – велел командир, толкая меня из комнаты в боковой проход.

Я прошел по коридорчику, слыша недовольное сопение за спиной. Может, удастся съебаться от этих ушлепков? Но лихорадочная надежда рассосалась, едва свернул за угол. Тупик. Стена из замшелого кирпича преграждает путь к свободе. Блин, что за мысли, Саня, ты все равно не бросишь своих друзей. Да и не побегаешь с полными штанами говна. Днище может выбить в любую секунду. Я ведь не блефовал…

Но как бы ни велика была сила, рвущаяся наружу из моего нутра, расстегивать штаны начал нарочито медленно, не спеша.

– Давай быстрее, гад! – прикрикнул один из конвоиров.

– Ты не видишь, у меня тактические брюки? – возразил я, хотя, наверно, весь позеленел от натуги, сдерживая извержение своего Йллоустоуна. – Или хочешь помочь мне с молнией? Ну, давай.

– Да пошел ты, говнюк! – громилы вскинули автоматы.

Ладно, не стоит над ними издеваться, а то еще словлю пулю раньше времени.

Наконец, спустив штаны и труселя до колен, уселся на корты. Еще не успел прикурить, а жопа, почуяв свободу, принялась срать. Нет, не так. Не просто срать, а СРАТЬ! Итицкая сила, как сказал бы Егорыч. Звуки, которые при этом раздались, просто чудовищны. Надеюсь, остальные не слышат.

– Парни, вы, может, отвернетесь? – выдавил я, когда миновал первый накат.

Мордовороты переглянулись.

– Хрен с вами, нюхайте тогда! – мой голос заглушил рев горного дракона, издаваемый обезумевшей сракой.

– Ну, его нахуй, Колян, меня щас вырвет, – пожаловался охранник, тот, что был ниже ростом.

– Ты прав, Пахан, здесь некуда бежать.

Оба козла, сморщив рожи, скрылись за углом.

Ништяк. Теперь можно и пофилософствовать, так сказать. А воняет действительно, будь здоров. Я закурил. Табачный дым малость перебил, режущую глаза запашину. А говорят, свое не пахнет. Что за придурок это сказал? Тут бы помог противогаз с мощными фильтрами, да и то не факт.

– Ну, чего он там? – донесся скрипучий голос Пахомыча.

– Серит, собака! – ответил один из бандитов.

– Пусть закругляется!

В этот момент я дюзнул с такой мощью, что стены застонали рокочущим эхом. Видимо, это так напугало врагов, что они, наконец, заткнулись и больше не отвлекали от священного действия.

Думаю, у каждого в жизни случались такие моменты, когда коварный организм заставал врасплох? Когда бежишь сломя голову, с вытаращенными глазами в поисках укрытия, где можно совершить это грязное дело. У меня случалось по молодости. Тогда я еще не был таким продуманным выживальщиком. Не буду вдаваться в подробности, но ни разу не доходило до полного фиаско. Пердеж с подливой не в счет. Всегда удавалось в последний момент найти кусты или строения, за которыми можно укрыться от осуждающих взглядов толпы. Эти случаи стали для меня уроком. И сейчас, каждый раз собираясь на вылазку, я как следует, с чувством, толком, расстановкой пытаю своего фаянсового друга.

Что ж меня так жестко полощет? Я попытался вспомнить, когда хезал крайний раз. Получается, как раз в Схроне, несколько дней назад. Во время переходов и приключений в городе, как-то не хотелось. Но, оказывается, все это время снаряды хранились в полной боеготовности, чтобы в самый неподходящий момент вырваться за пределы бомболюка. Бля, да когда ж закончится это ковровое бомбометание? Видать, тело понимает, что остаются считанные секунды существования и по максимуму растягивает фекальное извержение.

Мысли мои плавно вернулись к непонятке с ВК. Интересно, а если бы я и впрямь писал книгу, стал бы включать этот не самый героический эпизод своих похождений. Да, в принципе, почему бы и нет? Тем более такой напряженный момент. Можно даже посвятить этому целую главу. А что? Это будет прикольно. Сколько книг читал про БП, что-то не припомню, чтобы главный герой был захвачен врасплох адской диареей. Обычно в подобных произведениях ГГ неимоверно крут, серьезен, как карьерный самосвал, штабелями заваливает врагов, а в перерывах знойных красавиц. Не ругается матом, помогает старушкам перейти дорогу, в одиночку спасает мир, и уж, конечно, никогда, ни при каких обстоятельствах, не срет. Что вы, боже упаси! На страницы этих суровых брутальных рассказов, повестей, романов ни за что не проберется даже тихий, как шелест упавшего лепестка розы, шептунчик.

В эту минуту я твердо решил – если выживу, обязательно начну писать книгу. И пусть в ней будет все, как есть, без прикрас. Пусть читатель познает правду жизни. Пусть ощутит себя в шкуре реального выживальщика, поймет каково это в реале. Нет, ну, конечно, приукрасить придется немного. Например, что даванул пару грамм жидкого пять минут назад, я точно писать не стану, хех.

Неожиданно ощутилось, что неиссякаемые запасы подошли к концу. Вроде, облегчение, но в то же время накатила печаль. Сейчас меня расстреляют… Поднявшись, начало медленно отматывать рулон. Ага, не тут-то было! Новая гулкая очередь пронеслась по подземельям.

– Ебать, Санек! – захохотал вдалеке Вован. – Ну, даешь, сцуко!

И я поднатужился еще. Ведь пока сру, мои друзья живы…

Но все когда-нибудь заканчивается. Бурлящий гейзер иссяк, перейдя в спящий режим. Уф, бля… я аккуратно отмотал полоску розовой туалетной бумаги. Чувствую, одним кусочком не обойдется. Проведя рукой, аккуратно подтер жопу. Тьфу, жесть, блин! Тут же отмотал второй, третий раз. Прости, Маша, но твоего рулона хватило лишь на десять процедур.

Забренчали пряжки и застежки штанов. Каеф! Словно заново родился! Ну, теперь можно и повоевать. Мой боевой дух подпрыгнул пунктов на сто. Какой уж тут помирать? А что если напасть на одного из охранников? Они все еще стоят за углом, судя по шорохам. Не рискуют сюда заглядывать без противогазов-то. Итак, выскакиваю, ебашу того крупного башкой об стену, выхватываю оружие и валю всех к хуям. Пацаненка только можно оставить в живых. Пусть расскажет все, что знает про мой Схрон. Ну, и Машу. Жалко ее почему-то.

Только я хотел приступить к активным боевым действиям, как очередной ядерный фугас, словно взорвался в глубине кишок. Вот гадство! С молниеносной скоростью сбросил штаны. ББРРРРДДЫЩЩЬ!!! Ударная волна пронеслась по коридору, вызывая маты, стоны и проклятья. О, май гад, о, май гад… совершенно без сил, я чуть не рухнул в огромную коричневую лужу.