Схрон. Дневник выживальщика. Книга 2 (СИ) - Шишковчук Александр - Страница 77

Ублюдки расступились, освобождая пространство. Вожак сунул кому-то обрез, скинул безрукавку, яростно вращая глазами.

– Будь осторожен, – шепнула девушка.

– Не переживай, Машуля, – ответил я, – сейчас положу этого клоуна.

Начали сближаться. Приняв боевую стойку, внимательно слежу за противником. Сука, матерый боец, судя по движениям. Сделав обманный маневр, я выстрелил сокрушительной вертухой. Мерзавец увернулся, довольно хохоча.

– Ебать, да он каратист! – презрительно произнес кто-то из хулиганов.

Груздь, взревев, предпринял атаку. Я ушел стремительным пируэтом, и опять мой тяжелый ботинок промахнулся, не попав в гнусную физиономию.

– Ыыы… хуля ты скачешь, как девка? – произнес главарь. – Дерись, как пацан!

Я ничего не ответил, чтобы не сбивать дыхание. Ну что ж, решим вопрос на кулачках. А то этот сброд подумает, что не по понятиям, если уработаю его ногами. Резкое сближение и молниеносная двойка, которая должна отправить в бескомпромиссный нокаут козла.

– Ну, давай, давай, чухня, врежь мне! – Груздь высунул серый язык, глумливо подставляясь.

Ну все, достал ты меня! Бешенство боя адреналиновым хлыстом ударило по венам. Справа, слева, снова справа! Груздь закрылся, уходя в оборону. Мой могучий кулак вышел на разгонную траекторию. Лови апперкот, поганец! Бамс! Бля… В глазах вспыхнули фейрверки. Как я умудрился пропустить? Тут же отпрыгнул, закрывшись. Посыпались удары в корпус, по рукам. Вот черт, нарвался, блин, на профессионального боксера, походу. Соберись, Санек, нужно еще успеть на концерт! Я перешел в контратаку. Которая, однако, оказалась малорезультативной. Но все же, вскользь зацепил шрамированную челюсть.

Груздь остановился с изумлением, помотав башкой. Я отпрыгнул, переводя дух.

– Давай, Груздь, добей эту мразь! – орет со всех сторон шпана.

– Пиздец те! – взвыл вожак.

Этот раунд превратился в настоящее месиво. Ярость переполнила, заставив забыть про боль в разбитых кулаках и от пропущенных ударов. Это гребанный Груздь чертовски быстр. А на мне чертов бронежилет, стесняющий движения. Зато хрен он пробьет меня в корпус. Сойдясь в очередной раз, сцепились в клинче. Главарь, выпучив шары, откинул башку и со всей дури ударил лбом. Пох, плевать теперь на правила! Ответный удар моей титановой пластины заставил гада пошатнуться. И тут я ощутил, как отрываюсь от земли. Упырь сделал бросок через бедро. Блять! Стылая земля ударила по лопаткам, но я увлек противника за собой. Мы покатились, обмениваясь ударами, куда придется. Оказавшись сверху, врезал несколько раз в мерзкое табло. Свободная рука Груздя выстрелила вверх, вцепилась мне в лицо, нащупывая глазницы.

Такого не было в сегодняшней культурной программе. Схватив кисть, заломал. Влажный хруст порадовал мои уши больше, чем новый альбом Ленинграда. Злобный рык говнюка сменился поросячьим визгом. На, сука! На! На!

– Саня! – отчаянный крик Маши.

Обернулся. Два урода схватили девушку. В следующую секунду один покатился по земле, сжимая распоротое горло. – Помоги!

Я вскочил, выхватывая револьвер. Черт с ними, с патронами. Дело принимает хреновый оборот. Хлесткий удар заставил онеметь руку. Револьвер отлетел куда-то. Вся кодла бросилась в атаку. Бамс! Сзади прилетело в голову чем-то тяжелым. Достав нож, пырнул не глядя. Кто-то заорал. Новый удар опрокинул меня на колени.

– Саняяяя!

Держись, Маша, я сейчас! Гопари насели, как обезумевшие бандерлоги. Вот верткий хмырь с финкой подскочил справа, целясь клинком в бок. Лезвие только скользнуло по пластинам бронника. Зато я вогнал свой нож прямо в глаз. Хмырь исчез. Вместе с ножом. Не успел вытащить, ручка стала скользкой от пота и крови. Сразу несколько крепких рук прижали к земле. Рядом стонет Маша. Один из ублюдков пнул ей в живот, другие принялись сдирать одежду.

– Держите крепко, этих сук, пацаны! – услышал я голос Груздя, а вскоре и увидал перекошенную окровавленную физиономию. – Ну, че, с кого начнем, ребзя?

– Не честный бой! – прорычал я в бессильных попытках вырваться. – Не по понятиям!

Главарь засмеялся булькающим смехом:

– А я те не обещал, что отпустим, фраерок!

Здоровой рукой Груздь расстегнул портки и вытащил кривой фиолетовый член.

Глава 69

Башка Груздя взорвалась, обдав содержимым окружающих. Даже не успел порефлексировать на тему, какой я мудак, что приперся в эту чертову Кандалакшу, а не остался в Схроне. Быстрая серия выстрелов. Бесшумные пули прилетают из темноты, опрокидывая гопников одного за другим. Уроды с воплями бросились врассыпную, но невидимый стрелок не оставил ни единого шанса. Сплошные хэдшоты. Буквально за полминуты все было кончено. Пригнувшись к земле, я отыскал револьвер. Родная рукоять придала уверенности. Надо ползти потихоньку, пока тоже не получил шальную пулю. Это, наверное, спецоперация пендосов.

— Маша, ты как? – спросил я.

– Нормально, – простонала она.

– Только не вставай. Поползли в безопасное место.

— Хорошо…

Девушка подтянула полуспущенные штаны, но я успел заметить, какого цвета ее трусики. Стараясь не испачкаться в крови, поползли среди трупов. Надо добраться в тень ближайшего здания, а там посмотрим… но сделать это мы не успели.

— Ну, шо, молодежь? Поднимайтеся! – услышал я до боли знакомый голос Егорыча.

Обернувшись, с изумлением уставился на деда. Он был не один. Пахомыч деловито обходит трупы, видимо, в поисках ценных ништяков. Я вскочил на ноги, хотел помочь подняться Маше, но девка поднялась сама.

— Ну, вы даете, старая гвардия! – Я восхищенно присвистнул. – Из чего это вы стреляли? Даже выстрелов не слыхать было.

Егорыч хитро улыбнулся и снял с плеча винтовку. Ну, ни хрена себе, глушитель! И у Пахомыча, судя по всему, такой же.

— А как вы нас нашли?

— Я попросила дедушку подстраховать, — сказала Маша, отряхивая и поправляя одежду.

— Это когда?

— Когда ты спал.

-- Спасибо, старче! – Я вернул леснику «мосинку».

Егорыч махнул рукой, ерунда, мол, и принялся раскуривать трубку.

– Надо идти, мы уже опаздываем, – Маша посмотрела на часы.

– Ступайте с богом! – Пахомыч перевернул тело с простреленным животом. Подонок слабо зашевелился. Старикан вытащил откуда-то штык-нож и с улыбкой вонзил в глаз гопнику. – Мы тута пошуруем немного, мож, ешшо хулюганы какие попадуцца!

– Спасибо еще раз! – выкрикнул я, чуть не запнувшись о дохлого Груздя. Маша, как буксир, потащила за руку.

***

Неоновый медведь над входом в клуб весело помигивает, освещая огромную толпу возле входа. Пендосы, оцепление. Впускают по одному, тщательно обыскивая. Блин, как я пройду фейсконтроль, да еще с револьвером? Кто-то выкрикивал:

– Где Вован?! Когда привезут Вована?!

Похоже, мы успели вовремя.

– Сюда, – велела Маша.

Проулками обогнули здание, подойдя к неприметной дверце, из-за которой приглушенно буцкает музло. Концерт, видать, уже начался. Пока ждем прибытия десантуры, можно послушать Шнура. Я просто сгораю от нетерпения. Маша постучала по двери каким-то условным образом. Через пару минут дверь распахнулась, и на пороге возник бородатый верзила в байкерской куртке. Моя рука рефлекторно метнулась к рукояти револьвера. Сразу вспомнились байкеры из банды Сергеича, которые гонялись за мной по лесам.

– О, Машуля! – расплылся в улыбке бородач. – Как делишки?

– Все отлично, Гэндальф, – ответила моя проводница, – нам в клуб надо пройти.

– А этот хмырь с тобой? – Он окинул меня подозрительным взглядом.

– Со мной.

– Хорошо себя будет вести? А то, судя по роже, помахать кулаками любитель?

– Да не, он спокойный, просто с лестницы свалился. Ну, так впустишь или нет? Я уж замерзла!

– Ну ладно, раз ты ручаешься, я спокоен. Тариф ты знаешь.

Волосатая покрытая татухами ладонь сграбастала протянутый пакетик семок.