Там, где ты нужен (СИ) - Молоков Влад - Страница 25

Выделив полуторку, отправил команду на аэродром. Через час пара И-16 должна вылететь на разведку. Попросив заварить кофе, присел возле колеса и уснул. Будить меня не стали, так что удалось вырвать у морфея еще часик. Дети уже проснулись и бегали между машинами по своим делам, два четырехлетних карапуза стояли напротив и тыкали в меня прутиком. Пришлось вставать, дел много. Заскочил на аэродром, самолеты с разведки уже вернулись, и летчики наносили на карту обозначения. Рассказал им о подготавливаемой для немецких асов ловушке, спросил совет, как помочь наземной обороне. Летчики уверили меня, что успели изучить расписание налетов и не подведут. Техников озадачил подготовкой самолетов к штурмовке. Бомб у нас не было, но можно использовать бочки. Показал сколько залить, чем разбавить в качестве загустителя, что еще добавить, так сказать для остроты вкуса. Напалма, в классическом виде, не получится, но и так должно выйти неплохо, так как где-то раздобыли сухой краски «серебрянка», а это, между прочим, алюминиевая пыль, самое, то для кустарных термитных боеприпасов. Старший техник выслушав, сказал, что все выполнимо, тем более на учениях именно бочки и сбрасывали вместо бомб. Только спросил, что использовать в качестве запала. Немного подумав, попросил принести стакан. Потом выдернул чеку и вставил Ф-1 вовнутрь, прижав рычаг. Затем показал, как подрезать запал, что бы срабатывание было без обычной задержки. Идея, не моя, но достаточно проста, стакан падает, разбивается, скоба освобождается, происходит взрыв. Что бы граната случайно не выпала раньше времени, обвязал стакан, через донышко бинтом. Как крепить к бочке пусть думают сами, хоть тем же бинтом.

- Неужели так элементарно, - шепчет, уходя техник.

Еду в штаб доложить о результатах разведки. По данным которой, еще до полудня немцы, двумя обходными колонами, выйдут к бродам на Березине, а основные силы движутся по шоссе на Ново-Борисов к основному железобетонному мосту. Не забудут и два других моста, к ним тоже идут колоны, но не так активно. В принципе ожидаемо, о чем вчера и было сказано.

Штаб переехал на западный берег, нашел его не сразу. Колоны беженцев и отступающих частей меньше не стали, значит, переправы еще действуют. Доложил, о ходе разведки, получил бумаги подтверждающие получение от меня военного имущества. Все дела мои здесь окончены, пора и честь знать. Вокруг Борисова на начало войны было около десятка аэродромов, раздумывая, не посетить ли по дороге парочку, чуть не прозевал начало воздушного налета. Девятка «Юнкерсов» заходила на город, вдруг красные ракеты направленные параллельно земле указали на замаскированные артиллерийские позиции. Маскировочная сеть, натянута не до конца и видны стволы крупного калибра. Если бы не знал, что это ловушка, принял бы за чистую монету. Немцы клюнули и, построившись в карусель, стали валиться в пике с противным, сводящем зубы воем. Земля молчала, сотни людей смотрели за разворачивающейся драмой уничтожения очередной воинской части РККА. Вот отделились точки бомб, и передний самолет, выходя из пикирования, на мгновение завис в воздухе. Но еще раньше в это место устремились дымящиеся трассы снарядов и пуль. Показалось, что самолет вздрогнул от множества попаданий. Пилот, не ожидавший такого от ранее не огрызающейся, беззащитной жертвы, неправильно выполнил маневр уклонения, и не набравший достаточной скорости самолет перевернувшись через крыло, кувыркнулся к земле. Выровнять полет ему было не суждено. Второй летчик вывел машину без видимых повреждений. А вот третий просто продолжил падение и воткнулся в землю, видимо удалось повредить что-то важное, так как на «Юнкерсах» устанавливается система автоматического вывода из пике на определенной высоте. Остальные самолеты бросились в разные стороны, торопливо и беспорядочно избавляясь от смертельного груза. Попытку перестроиться и отомстить за полученное унижение, сорвали три наших истребителя вынырнувшие от земли. Сходу перечеркнули трассами, уже поврежденный «Юнкерс», шедший последним, который после этого опрокинулся и, дымя, воткнулся в берег. Еще один самолет, коптя двигателем, пошел со снижением на запад, упав через пару километров. Истребители бросились терзать оставшихся немцев. Строй рассыпался, каждый кинулся спасаться самостоятельно. Задымил еще один «Юнкерс», но с высоты уже падали два «Мессершмитта» отсекая наши истребители, от своих жертв. Заметив опасность И-16, рванули им на встречу, дымные хвосты трасс расчертили небо. Противники разошлись, не причинив друг другу видимого вреда. Наши отвернули в сторону зенитного прикрытия, так как с запада форсируя двигатель, оставляя в небе заметный след, шли еще две немецкие пары. Кинувшийся было на перехват «Мессершмитт», получил несколько попаданий от зенитного прикрытия, и потянул на свой аэродром, сопровождаемый ведомым. Преследовать их не стали. Земля ликовала. Тысячи солдат, офицеров, беженцев кричали, размахивали руками, подбрасывали вверх головные уборы, стреляли в воздух, кто-то плакал от переполнявших эмоций, я сам кричал, срывая голос от восторга. Четыре сбитых и два поврежденных, за пять минут боя это просто фантастика. Потихоньку народ успокаивался и возвращался к своим делам. Наши вопросы в Борисове решены. Штурмовку, с использованием нестандартного боеприпаса проведут без нас, все уже обговорено. Техников и солдат охранявших аэродром, после того как отправят истребители, вывезет оставленная полуторка. Все в путь.

Глава 5

Дорога впереди забита беженцами приходится искать объезд через позиции «засадной группы». Возле воткнувшегося в землю самолета, на фоне креста, позировал Сева-зенитчик с десятикилограммовым ШКАС в руках, со спускающейся до земли пулеметной лентой. Выглядел просто обалденно, лучше, чем Шварценеггер в «Хищнике» с шестиствольным пулеметом. Фотографировал, вчерашний корреспондент, просто светящийся от счастья. Еще бы, наверняка уже и заголовок придумал и статью мысленно написал. Узнав меня корреспондент, махнул рукой прося остановиться. Пришлось припарковаться у одного из домов, обещал же довести его до Смоленска. Пока корреспондент решал свои вопросы успел и самолет осмотреть, посоветовав снять номерную табличку с двигателя для отчета, и с бойцами-зенитчиками переговорить. Сделав еще несколько снимков с разных ракурсов, он подбежал и залез в кузов машины.

Через пятнадцать минут мы подъехали к месту сбора. Наша колона готова к выдвижению, дети рассажены, раненых забрали из госпиталя и разместили в транспорте. Погрузились летчики и техники, которых за время отсутствия набралось около пятидесяти человек. Машина с аэродрома по договоренности догонит нас в пути. Все накормлены, напоены, воды в дорогу запасли. Я пересаживаюсь в «Кюбель» и мы, наконец выезжаем в Смоленск.

По обеим сторонам шоссе между столбами свисают оборванные телефонные и телеграфные провода. Возле дороги лежат трупы, по большей части гражданских беженцев - следы недавней бомбежки. Дорожное полотно в приемлемом состоянии, воронки от бомб в основном в стороне от дороги, за телеграфными столбами. Люди пробираются по краю леса, что бы иметь возможность прятаться во время налетов. Немецкие летчики, быстро приспособившись к этому, бомбят как раз по обочинам, наверное, рассчитывая пройти этот участок быстро и беспрепятственно, сознательно не портят полотно. Но не факт, что увидев военную колонну, не захотят ее уничтожить, поэтому мы начеку, на каждой машине по два наблюдателя и пулеметный расчет.

Вдоль дороги с запада на восток идут дети, старики, женщины, судя по одежде, из Западной Белоруссии, в жалких, превратившихся сразу в пыльные тряпки заграничных пальто с высоко поднятыми плечами. Неприятное зрелище - эти пальто, узелки в руках, модные, сбившиеся набок прически.