Нэстэ. Новые миры (СИ) - Щукин Михаил Николаевич - Страница 38

- Ты сам все сказал. - Кивнул Вуарта. - Пришлым ничего предлагать не надо. Мы сами попросимся под их крыло. И куэрхи не одни такие, готовые заключать такие союзы.

- У них большие государства?

-То, что они называют империями, насчитывают десятки миров. Здесь сейчас посланники четырех таких империй. В двух из них главенствуют 'люди', в одной змеелюды, в четвертой кашьяти. Куакшы, за которых просит триада, имеют небольшое государство из одного единственного мира. В их совете контакторов есть ещё несколько империй. Но их представители не пошли в этот поход. А еще там есть такие же миры, как у наших врагов. Когда на одной земле существует несколько королей.

-Как же они все уживаются?

- Для этого у них и есть совет контакторов - Вуарта понимающе улыбнулся. - Наши союзники отнюдь не всегда живут в согласии. Но они признают правила устанавливаемые этим советом. А ещё, есть и не присоединившиеся государства. В том числе и не менее могущественные, чем наши союзники.

Кариан.

Он вряд ли сможет точно описать момент, когда все вспомнил. Но точно знал, что это произошло сразу и без предупреждения. Как будто кто-то отдернул пыльную занавеску от вечно закрытого окна. И вспоминались не вернувшиеся цвета и запахи, как описывала тот момент та же Элсана.

Его родители погибли прямо у него на глазах. Маленькая пуля Захватчика ослабила смертельный удар погибшей матери. А перед тем как убийца погасил для него ощущение мира, он увидел среди павших воинов своего отца.

Для него, мгновенье пробуждения было обретением права на ненависть. Там, около невидимого рубежа, к которому их подвели, он просто понял, что может ненавидеть и действовать по своей воле. И первым его порывом было броситься на ближайшего Врага. От верной смерти его спас окрик тогда ещё незнакомого куэрха-воина и остатки въевшейся до рефлексов привычки подчиняться чужой команде. Только в лагере освобожденных он смог понять какую глупость ему не позволили совершить.

Но в тот момент Кариан был готов драться за право мести даже со своими соплеменниками. Окончательно в себя он пришел, только пройдя через Нору, в шатре, когда учуял запах чистого мяса. Настоящего, сваренного кусками на удобной косточке, как это делала мама. Ну и что, что это было мясо гонджи. Его мама тоже готовила, когда наступали времена затяжных неудач на охоте. Свободные куэрхи никогда не ели растительной каши едва подправленной мяском тощих крыс, а то и вовсе бульоном от него.

В гостевой хижине он впервые после освобождения осознал, что свободен. Ведь у него не отбирали миску даже когда живот начал заметно выпирать от переедания. Только подкладывали кусочки поменьше и уговаривали не торопиться. Старые женщины, пришедшие вместе с Дашиа, явно уже видели такую реакцию и действовали острожно.

А утром пришлось все же идти в приемный лагерь. Командир отделения куэрхов даже не дослушал его просьбы о разговоре с Краэсом, командовавшим около норы.

"Ты чем питался, пока был под связью? Травой? Вот сначала окрепни, поправь здоровье, потом подучись. Сейчас ты солдату аэнхов на пару движений- - прокомментировал отказ воин не особенно щадя самолюбие мальчишки. - Мы еще только норы обороняем. Когда дело дойдет до настоящей войны, потребуются здоровые и хорошо обученные воины.

И Кариан пошел куда сказали. Но ненависть никуда не делась. Она только немного ушла вглубь, чтобы не мешать.

В лагере Элсана, бывшая вместе с ним под связью у Хозяина, училась жить в племени как несмышленыш, ещё не вставший на хвост. А он с первых дней думал только об одном. На окраине поселения, совсем недалеко от лагеря была тренировочная площадка. Да не одна. Рядом с полосами для тех, кто уже готовился стать воинами, была площадка для детей селения. Как правило, на ней занимались группами, под руководством тех же еще не получивших звание воина.

И там каждый день занимался тот самый Лассиан. Мальчишка его лет. А по окончании тренировок, Лассиан в одиночестве или в компании местных старших детей допоздна молотил набитые песком меши или отрабатывал приёмы с оружием.

Самого Кариана в первые они даже к хлипкой изгороди лагеря не подпускали. В первый же день направили помогать на кухне. Помогать, это было так, для оправдания. Вся его обязанность была заключалась в слежении за водой в вечно булькающих котлах с мясом. Истинная цель его присутствия стала ясна, когда повариха из местных жителей поставила рядом тарелку.

"Это что бы по углам не распихивал куски. Прятаться не надо. Мы тут не голодаем. Но руками в котел не лезть, и помни про мусорное ведро" - Пояснила она.

И он ел. Как можно отказать себе в удовольствии, года в котлах варится мясо лунчихи, не нуждающееся даже в приправах, и становилось мягким уже после первых минут варки настолько, что в его время подавалось ослабленным старикам. А ещё в котла была шиса, вильана, и даже дефицитная ориса.

И никто и слова не говорит, видя как мальчишка обжигаясь, сначала украдкой, а потом смелее, тащит очередной кусок в тарелку. Только головой качали глядя на его обожженные пальцы и кивали на специальную палочку с обратным крючком. Но ведь вкусно же! А чтобы не ругались, главное исправно следить за уровнем кипящего бульона в котле.

Он провёл около котлов несколько дней. Сначала выхватывал все подряд. Потом выбирал что повкуснее. И только когда Кариан начал перебирать среди вкусняшек, Дашиа отвела его в хижину для занятий.

Его определили по возрасту, в группу, где уже занимался тот самый Лассиан. Пока таких как они было немного. Но Лассиан жил не на территории лагеря, а в расположенной рядом хижине отца. И водил компанию с местной ребятней из поселения. Из-за чего Кариан по началу думал, что дружбы между ними не получится. Понятно, к тому кто ушел от Врага с оружием и вместе с матерью выходил по из землям, среди жителей деревни было другое отношение. Пусть и не убил аэнха, зато сделал это.

А чем может похвастаться он, Кариан. Его привезли к границе по приказу Хозяина. Можно сказать со всеми удобствами. Свободу он получил на блюдечке. И то, едва не наделал глупостей. Разве что непомерным аппетитом похвалиться. Так и это не было чем-то выдающимся. Почти все освобожденные в первые дни не могли остановиться при виде перед собой полного блюда мяса. Детей специально приставляли к котлам и старательно делали вид что ничего не видят.

Лассиан при первом знакомстве в хижине для учебы, смотрел на новичка без особого интереса и исчез сразу после окончания занятий.

Так же он смотрел на него, на следующий день, стоя на краю тренировочной площадки в компании двух парней немного постарше, куда Кариан все же пришел. Но не отказался представить его своей компании.

Кирэн и Лашта, так назвались местные парни с интересом рассматривая Кариана.

- Это ты пытался при разрыве связи напасть на солдата? - Сразу уточнил Кирэн, как счел процедуру знакомства оконченной.

- Я. - Кирэн недовольно отвел взгляд. Почему-то именно этот его поступок стал известен всем в округе.

- Глупо. - Спокойно прокомментировал Лассиан.

- А сам? Ты ведь тоже напал на Варга.

- Я бил в спину. И моя хозяйка не армейский солдат. К тому же она не ожидала нападения. Сейчас я бы ударил точнее и убил бы ее. Но все равно. Справиться с солдатом, ожидающим нападения не смог бы.

- Никто бы не смог. - Согласился Кариан. - Но я тогда об это не думал.

- Ну, на счет 'никто' еще можно поспорить. - Заметил ещё Кирэн. - Из нас никто, а вот он смог бы.

Кариан обернулся отслеживая взгляд парня. Там, по улице между хижинами шёл мальчишка, заметно младше их компании. Он скорее и хвост то поднял самое большее год назад. В отличие от местных, он был одет в одежду чужаков. Бросалось в глаза то, как он шел. Весело улыбаясь приветствующим встречным куэрхам и беспечно размахивая руками..

Кариан недоверчиво посмотрел на новых знакомых. Но все трое были серьезны.