Харальд Поттер. Наследники Слизерина (СИ) - Ким Сергей Александрович - Страница 56

— Волдеморта, — уверенно кивнул Поттер. — Он часто заявлял, что является прямым потомком Салазара Слизерина.

— Быть потомком Слизерина и быть его Наследником — это совсем разные вещи, — слегка улыбнулся директор.

— Эмм… Можете, объяснить, сэр?

— Охотно. Да, Волдеморт действительно был одним из прямых потомков Слизерина…

— Одним из? — моментально насторожился Харальд.

— Генетика, друг мой, — усмехнулся Дамблдор. — Думаю, тебе знакомо как само это слово, так и его значение. За минувшие столетия кто угодно может нести в себе капельку крови Слизерина в себе, даже не подозревая об этом… Возможно, его дальним родственником являешься ты, или я, или даже все маги Британии. Но это не сделает из нас Наследников.

— В таком случае, что или кто это вообще такое — Наследник Слизерина?

— Тот, кто доведёт его дело до конца, — предельно серьёзно ответил Дамблдор.

— Уничтожение грязнокровок, что ли?

— Вовсе нет. Хотя.… На самом деле я просто не знаю, Харальд. Однако не думаю, что одним из Основателей Хогвартса действительно был чёрный маг и расист.

— Тогда что в таком случае с Комнатой тайн? Что это такое?

— О, Комната Тайн… — Дамблдор улыбнулся. — Многие её искали, очень многие. Скажу больше — любой умный или сильный маг рано или поздно пытался её найти. И немало было тех, кто нашёл её — каждый свою.

— Хммм… — задумался Поттер. — Вы хотите сказать…

— Ты знаешь, что такое Грааль? — неожиданно спросил директор.

— Мифическая чаша, в которую по преданию собрали кровь распятого Иисуса Христа, — мальчик был слегка удивлён подобным вопросом, но на всякий случай попытался честно вспомнить всё, что слышал об этом Граале. — Согласно истории магии — не менее мифический древний артефакт, способный даровать бессмертие испившему из неё. Что-то вроде воплощения не менее мифического Фонтана Вечности. Много кто таким баловался — та же чаща Хаффлпафф, к примеру…

— В древние времена многие храбрые духом и чистые сердцем люди отправлялись на поиски чаши Грааля… Чашу никто из них вроде как не нашёл, но означает ли это, что их поиски были пустой тратой времени? Иные ведь находили что-то не менее важное, чем эта чаша…

— То есть Комната Тайн — это нечто абстрактное? — уточнил Поттер. — Воплощённый образ поиска чего-либо?

— Для твоих лет, Харальд, ты очень умён, — негромко рассмеялся директор. — Извини, всё это не относится к учёбе или школьной жизни, поэтому наградить тебя баллами я не могу.… Хотя могу дать пятьдесят баллов за то, что не оставил в беде мисс Уэллс.

— Я сделал это не ради каких-то там баллов, — нахмурился мальчик.

— Именно поэтому ты и достоин, хоть и этой маленькой, но награды.

— Так… — Поттер потёр виски. — Разрешите вопрос, сэр?

— Разумеется. Очень люблю хорошие вопросы — некоторые из них бывают даже интереснее ответов…

— Значит, Комнату Тайн… или Лабораторию? Тьфу, запутался уже! Ну, в общем, его сможет открыть только Наследник, но Волдеморт этим Наследником не является, верно?

— Верно, — подтвердил Дамблдор.

— А… вы сами когда-нибудь пытались найти Лабораторию?

— Искать рабочие покои одного из Основателей Хогвартса — великого и ужасного Салазара Слизерина? — улыбнулся директор. — Искать место, где он проводил свои опыты и творил могущественную, но опасную магию? Разумеется, искал! И когда был ещё студентом, и когда стал директором.

— Даже если вы её нашли, то всё равно мне не скажете, — усмехнулся Харальд.

— Нет, я её так и не нашёл, — на удивление легко произнёс старый маг с хитрой улыбкой. — Но я решил, что так будет только лучше.

— Но вы же директор Хогвартса? Разве вы не знаете здесь потаённые места?

— Нет, конечно. Быть директором Хогвартса вовсе не означает быть его хозяином. Можешь считать меня спятившим на старости лет безумным магом, но Хогвартс действительно живой. И он сам выбирает, кого сделать своим…. нет, не повелителем, а скорее распорядителем. И какие тайны поведать. А тайн тут превеликое множество!

— Живой замок? — улыбнулся Харальд.

— Звучит действительно слишком уж… сказочно, пожалуй. Однако Хогвартс — очень древнее и могущественное место. Пожалуй, даже древнее самой магии.

— Волшебством владели ещё египетские жрецы, да и среди наскальных рисунков попадались упоминания о владеющих магией древних людях, — возразил Поттер.

— Хогвартс — очень и очень древнее место, Харальд, — с улыбкой повторил Дамблдор. — Думаешь, четырём Основателям просто взбрела в голову блажь построить школу магии в таком далёком месте? Лично я очень в этом сомневаюсь…. Так что здесь ещё сокрыто очень много тайн. И не меньше силы. Не злой и не доброй, но великой и могущественной, как сон дракона. И ею можно распорядиться очень по-разному… Недостойного она просто испепелит, но даже самый слабый человек — неважно маг или нет, сможет здесь сделать очень и очень многое… Впрочем, здесь совсем не то время и не то место, чтобы читать тебе скучные и утомительные лекции, Харальд. Уже поздно, так что тебе пора бы уже возвращаться в башню. С тобой пойдёт Минерва. И, очень прошу, не спорь! Она всё-таки леди, поэтому надеюсь, что в случае чего ты её защитишь.

Поттер невольно улыбнулся на эту немудреную шутку, ведь на самом деле всё обстояло ровно наоборот.

— Тогда я пойду, — произнёс мальчик, вставая и направляясь к выходу.

На юного мага только что вывалили кучу разнообразной, но не особо полезной информации, которую тем не менее требовалось хорошенько обдумать. Но лучше действительно завтра, потому как сегодня слишком поздно. А утра — оно всегда мудренее вечера, хотя и паршивее.

— Блин, как-то неприкольно всё это… — пробормотал на ходу Харальд. — Не очень-то хочется быть Наследником психа-Слизерина, чтобы только добраться до его лаборатории…

— Быть или не быть Наследником — не зависит от наших желаний, мой юный друг.

— Доброй ночи, милорд директор.

— Доброй ночи, Харальд. И пусть свет укажет дорогу.

— И пусть тьма хранит покой, — на автомате пробормотал мальчик. — А? О чём это я? Нет, спать, пора спать, командующий Поттер…

[1] Песня «The Drunken Whaler» (Пьяный китобой) — вариация старой песни английских матросов.

Глава 14. Поединки локального значения

— К чёрту Дуэльный клуб, — провозгласил на внеочередном собрании Корпуса Поттер. — Спасение утопающих — дело рук самих утопающих.

Восемь пар ушей внимали Харальду. Кто благосклонно, кто внимательно, а кто крайне скептически и саркастически. Кому принадлежи сии органы слуха? Уже вполне сложившемуся коллективу школьников: трём братьям Уизли — Фреду, Джорджу и Рону, Симусу, Дину, Невиллу, Гермионе «Много прозвищ» Грейнджер и примкнувшей к ним всем Луне.

Повод для сбора впервые за долгое время (а, может, и просто впервые) был избран на редкость серьёзный. За прошедшие три дня с момента первого нападения на студентку Уэллс последовали ещё три нападения, жертвами которых стали соответственно рэйвенкловец, гриффиндорка и слизеринка.

Почерк везде был один и тот же — жертв вырубали оглушающим заклятьем в лицо и зачем-то пускали кровь. По приходу в сознание никто из подвергшихся нападениям не смог вспомнить последних нескольких часов своей жизни перед атакой злодея или злодеев.

Атмосфера в школе стремительно мрачнела. В коридорах Хогвартса начало отчётливо пахнуть страхом.

Учителя один за другим делали громогласные заявления, грозясь строго наказать негодяя, вплоть до посадки в Азкабан, но ни повышенные меры безопасности, ни постоянные ночные патрули учителей результатов не приносили. Нападения продолжались и продолжались.

— В свете всех происходящих событий должен сделать официальное заявление, — веско произнёс Харальд, прохаживаясь взад-вперед перед классной доской в одном из заброшенных кабинетов. — Надо всерьёз обороняться, а то, того-гляди, дело может закончиться не только ранеными, но и…

Поттер оборвал жутковатую мысль.