Харальд Поттер. Наследники Слизерина (СИ) - Ким Сергей Александрович - Страница 41

Однако случилось непредвиденное.

Пущенная Тёмным Лордом «авада кедавра» — мощнейшее и неотразимое заклинание, которое, правда, уже полтысячи лет не применялось в качестве боевого, не убила Лили, а лишь отправила в глубокую кому. А вдобавок ко всему ещё и отрикошетила в самого Волдеморта.

В следующий момент в бой вступил подоспевший Норд.

Доказано — в ближнем бою среднестатистический боевой маг уступает бойцу, вооружённым холодным и огнестрельным оружием. Хороший боевой маг максимум может драться на равных. Волдеморту же, можно сказать, не повезло — Виктор хоть и полноценным магом не был, но демонстрировал вещи за гранью возможностей обычного человека.

Норд и Тёмный Лорд обменялись тяжёлыми ударами, получив серьёзные ранения, но Волдеморта в итоге выбили из дома. Он попытался вырваться из-за пределов им же поставленной аппарационной блокады, но его оттеснили на задний двор. Где, собственно, и прикончили.

Первым на место боя прибыл Дамблдор. Содержание его разговора с Нордом до сих остаётся тайной, но в итоге родилась официальная версия — Тёмный Лорд пал, по сути, от собственной же руки, не в силах справиться с ребёнком. Звучало это просто-напросто дико, однако уже отчаявшееся общество приняло бы и не такое. И поверила бы даже в то, что Волдеморта прикончил киборг из будущего или разумные грибы с Плутона.

Что из всего этого было правдой, а что нет — Харальд не знал. Однако слепо верить во всё без оглядки не торопился.

Согласно шутливому «Кодексу Норда», в котором, по правде говоря, неизвестно чего было больше — то ли пафоса, то ли серьёзных мыслей, то ли стёба, «Здоровый ум — это недоверчивый ум».

«Время такое нынче…», — любил говаривать Виктор. — «Никому верить нельзя — даже себе… Хотя вот мне можно».

И, конечно же, никогда слепо не придерживаться пусть даже и великолепно продуманного плана.

«Шахматная доска, мать её так… Весь мир — игра, и люди в ней фигуры. Кто-то пешка, кто-то ферзь, а кто-то король. Но их всех двигают — сами они не ходят. И к этому привыкли, что любопытно. Многие любят хитрые планы. У Волдеморта был план, у Министерства есть план, у Дамблдора особо забористый план… И это не обязательно хорошие планы, главное, чтобы они просто были.

Если я заявлю, что завтра от моих рук погибнет Министр магии, никто не испугается, кроме него самого. Если завтра я устрою серию взрывов на Косой аллее, но сегодня вывешу предупреждение, это опять же мало кого испугает, даже если будет куча жертв. Ведь всё идёт по плану! Пусть даже план и чудовищен.

Однако жизнь — это всё-таки не шахматная партия. И побеждают здесь не те, кто запомнил все возможные варианты событий, а те, кто могут адаптироваться к постоянно меняющимся условиям. Тебя пригласили на шахматную партию, а посреди игры смели фигуры и раздали карты? Не забудь о козырях в рукаве. Решили, что нужно отбросить игры и сойтись врукопашную? Срежь ударом на взлёте, подсеки ноги, сбей на пол, и будет тебе счастье.

Сила не в умении побеждать, а том, чтобы даже собственные поражения в тактической перспективе обратить в окончательную победу».

Нет входа в Комнату тайн в женском туалете? Нет дневника-хоркрукса у Джинни Уизли? Не пришёл опасный спасатель Добби? Ну, и ладно! Значит, будем готовиться к чему-нибудь другому…

Бум!

Молоток, трансфигурированный из увесистого булыжника и крепкой палки, глухо бухнул при очередном ударе по стене.

— Полость? Тайный проход? Скрытая ниша? — начал вслух рассуждать Харальд, продолжая долбить стену. — Вряд ли что-то важное, но интересно, чёрт побери…

За этим занятием его и застала профессор МакГонагалл.

— Мистер Поттер!..

— Вечер добрый, профессор, — Харальд невозмутимо отошёл в сторону от терзаемой стены и попытался спрятать своё орудие за спину.

— Потрудитесь объяснить, что вы только что сейчас делали.

— Ммм… — мальчик несколько затруднился с ответом из-за его вопиющей очевидности. — Стучал по стене?

— У меня хорошее зрение, мистер Поттер — я видела, что вы делали. Объясните, зачем вы это делали?

— Клад искал, — ничего больше Харальду в голову сейчас просто не пришло.

— Минус десять баллов с Гриффиндора за феерично бездарную отговорку.

— И отработка? — с надеждой произнёс Харальд. — Вечером в четверг? Если так, то увы — у меня уже назначена отработка у профессора Локхарта…

— У Локхарта? — глаза МакГонагалл нехорошо блеснули. — По какой причине?

— Болтал на уроке и не слушал его рассказов о победе над йети в Йоркшире.

У профессора слега дёрнулась щека.

— Как ваш декан я отменяю отработку у Локхарта и переношу её к… ммм… к Хагриду. Сходите к нему и… и чем-нибудь помогите.

— А может, к мистеру Филчу? — обрадовался Харальд перспективе не встречаться с златокудрым.

— Мистер Филч пока что занят — пойдёте к Хагриду.

— Ура! Спасибо, профессор!

Глядя вслед уносящегося прочь Поттеру, Миневра меланхолично подумала, что определённо в чём-то обманула сама себя.

Глава 10. Монстр на свободе

Смеркалось.

Харальд топал к домику лесничего, находясь в превосходнейшем расположении духа. Он был лишён несчастья лицезреть эту лоснящуюся, приторно улыбающуюся морду и уже втайне предвкушал, как пошлёт Локхарта… в… эээ… на… эээ… к! Да, к МакГонагалл! Когда он поинтересуется, а, какого собственно тролля, Харальд не явился к нему на отработку?

— Хагрид, привет!

Лесничего мальчик нашёл сидящим на крыльце своего домика. Тот что-то выстругивал кривым ножом из дерева.

— О! Привет, Харальд. Чегой ты это ко мне-то в такой час заглянул?

— На отработку, — бодро ответил Поттер. — Профессор МакГонагалл прислала.

— Ааа… — протянул полувеликан, но тут же задумался. — Эээ? Какая ещё отработка-то? И чегой-то ко мне? Я ж не профессор.

— Не знаю. Но говори, что надо делать — меня в помощь прислали.

— Хм, хм… В помощь, говоришь? Ну, ладно…

В итоге Хагрид притащил кучу выращенных у него на участке тыкв, и они вместе с Харальдом начали готовить их к близящемуся Хэллоуину, вырезая угрожающие морды. Поттер, призвав в помощь всю свою фантазию — отличную, но болезненную — разошёлся вовсю.

— Чо-то она у тебя больно страхолюдная, — озабоченно произнёс лесничий, глядя на нечто мегаэпическое, вырезаемое Харальдом на своей тыкве.

— Так в этом же весь прикол!..

Эта отработка была, пожалуй, одной из самых весёлых на памяти Харальда, ибо сидеть на крыльце, маяться какой-то ерундой, попивать ароматный травяной чай из гибрида кружки с ведром, и слушать рассказы Хагрида о всякой живности было просто здорово.

— А опасных зверей в Запретном лесу много? — спросил Поттер.

— Да полно! Оборотни, акромантулы, кентавры…

— Кентавры? Но они, вроде бы, разумные?

— Разумные, да. Но опасные. Что у них там в головах творится — сам Мерлин не разберёт. Про звёзды всё талдычат… Но чего они в следующий миг сделают — никто не знает. Непредсказуемые они, ага. Вот говорит кентавр что-нибудь, говорит… А потом — хлоп! Марс под градусом, Луна в домике, и за лук или дротики начинают хвататься. А стреляют они будь здоров…

— Но я точно знаю, что драконов в лесу нет.

— Отчего же нет? Есть, конечно. Только вот далеко… Это же лес — он, почитай, до самого моря тянется… Уж сколько я подле него живу, а один пёс только едва-едва по краешку прошёлся. Ам Монан — горы-то низкие, даже холмы, а не горы, но драконы к северу водятся. Обычные зелёные валлийские, но немало.

— А ещё рептилии какие-нибудь большие? Ну, змеи там или ещё что…

— Про Лох-Несское чудовище небось у маглов-то наслушался? — хмыкнул Хагрид. — Не, нету у нас иных больших ящерок — холодно слишком. Дракон — он же теплокровный, вот даже в Шотландии и водится. А змеи там большие — не, это не у нас… Хотя…

— Хотя? — Поттер моментально насторожился.

— Давно это было… — издалека начал Хагрид. — Полвека уже, почитай, прошло — я тогда ещё в школе учился… Зверушками разными уже интересовался — в Лес ходил, он ведь тогда Запретным ещё не стал. Просто Волшебным был. А потом как раз та история нехорошая приключилась…