Харальд Поттер. Наследники Слизерина (СИ) - Ким Сергей Александрович - Страница 20

К концу урока все второкурсники были вспотевшие, взъерошенные, усталые и грязные. Кое у кого с непривычки от напряжённой работы заболели руки. Так что раздавшийся на территории школы звук звонка был воспринят как дар небесный.

— Значит, теперь у нас будут заклинания… — задумчиво протянула Грейнджер, снимая перчатки. — Харальд, ты идёшь?

— Уже, — пропыхтел мальчик, запрокидывая на плечо ремень школьной сумки Гермионы. — Ты в неё кирпичей наложила, что ли? Такая тяжесть несусветная!

— Нечего ныть, раз уж сам предложил загладить свою вину. И там не кирпичи, а книги.

— Гермиона, сегодня три урока. Соответственно, в сумке должны лежать три учебника. А по ощущениям там не меньше десятка!

— Дюжина, если быть точным, — педантично поправила мальчика Грейнджер.

— А зачем?..

— Ну… Так, в перерывах поглядеть… Я взяла немного для лёгкого чтения…

— И это ты называешь лёгким чтением? — хмыкнул Харальд, извлекая из сумки какую-то толстенную книженцию.

— Заткнись. Ты же тоже любишь читать.

— Люблю. И физические нагрузки считаю необходимыми. Но ты бы только видела себя со стороны, когда идёшь в полной букинистической выкладке! Поэтому и горбишься постоянно.

— Я не горблюсь, — на автомате огрызнулась девочка.

— Горбишься.

— Не горблюсь. И вообще, какая тебя разница?

— Гермиона, ну ты же девочка, — продолжал увещевать подругу Харальд. — Поженственнее тебе нужно быть… хотя бы иногда… Вот, например, ты могла бы заявить протест моему проявлению мужского шовинизма, и не пытаться всучить свою сумку.

— А я всегда прохладно относилась к идеям феминизма… Ты куда?

— Триффида забрать, — ответил Поттер, поворачивая к одной из теплиц, куда после окончания уроков ушла Спраут.

— Я с тобой, — моментально заявила Гермиона.

— Да не, не утруждай себя…

— Я должна видеть этого монстра. И это не обсуждается!

Поттер тяжело вздохнул, но почти сразу же улыбнулся и зашагал вперёд.

Триффид за лето подрос и стал значительно крупнее. Если в самом своём начале он представлял собой маленький кустик, размером с кучку примул или маргариток, то сейчас это был трёх футов высоты кустарник. Хотя больше всего она напоминала сразу несколько растений, посаженых рядом друг с другом и причудливо переплетшихся.

Розетка широких округлых листьев, как у лопуха — в основании. Ловчие листья-ловушки с зубчатыми краями, как у увеличенной в несколько раз венериной мухоловки — выше. Затем — частокол мечевидных листьев, а в центре и вверху торчали пока что тонкие и хиленькие одеревенелые побеги, увенчанные резными розоватыми листьями.

И, разумеется, куст достаточно активно цвёл, причём сразу несколькими видами цветов. Метёлки небольших бело-голубых цветочков по краям, десяток разноцветных колокольчиков с сомкнутыми лепестками, и троица голубоватых роз в центре.

— Исключительно занимательный экземпляр, — произнесла профессор Спраут, в сопровождении которой Харальд и Гермиона вошли внутрь спецтеплицы, где росли наиболее ценные, редкие или опасные растения. — Никогда особо не занималась селекцией, но результат вполне могу оценить. Ты пользовался какой-нибудь специальной литературой, Гарри?

— Неа, только прочитал пару справочников по гербологии, растениеводству и алхимии глянул. Но в основном шёл методом тыка.

Поттер тактично умолчал, что этот самый метод тыка включал в себя самые отмороженные экзекуции, которые были применены к дракене. Многочисленные прививки, инъекции различных веществ, поливание сомнительными зельями (обычно в ход шла «некондиция», остававшаяся после опытов по зельеварению), накладывание рунических заклинаний и прочие магические ритуалы.

— Кстати, профессор, он вас не пытался, того…

— Сцапать? — улыбнулась Спраут. — Было дело. Но, оказалось, что стоит насвистеть ему «Боже, храни Королеву», и он моментально успокаивается. А вообще он вёл себя очень прилично — поспокойнее и потише той же антенницы.

Харальд чуточку надулся от гордости.

— Профессор, неужели вы так спокойно относитесь к тому, что ваш ученик хранил у себя столь опасное создание? — не выдержала Грейнджер.

— В списке запрещённых предметов Хогвартса дракена не числится, — успокоила девочку преподавательница. — Да я и не думаю, что подобные создания могут быть опасны для человека… В дикой природе плотоядные деревья обычно никогда не нападают на человека, за исключением нескольких видов. Но они все очень большие по размеру — и дунак, и ятевео, и умдглеби…

— Профессор! Но ведь так же нельзя!

— Почему?

Гермиона задохнулась от возмущения, а вот Харальд улыбнулся. Как он успел заметить, строго придерживалась норм преподавания лишь МакГонагалл, а вот остальные учителя были больше фанатами своего дела, чем педагогами. А для фанатов опасность любимого дела — вещь сугубо эфемерная…

— Я так понимаю, Гарри, что звуковые команды ты придумал исходя из того, что дракена на охоте обычно ориентируется на слух…

— Если честно, то нет, профессор, — признался мальчик. — Просто когда я кормил Триффида, то обычно напевал британский гимн… Собственно, он только два сигнала и знает.

— Любопытно, — заинтересовалась Спраут. — И какой же второй?

Харальд с выражением насвистел «Имперский марш» из «Звёздных войн».

Триффид преобразился стремительно.

Распрямившиеся мечевидные листья образовали вокруг растения кольцо клинков, из под широких защитных листьев высунулись многочисленные усики и лианы (некоторые весьма шипастые), а колокольчики раскрыли свои лепестки и взяли окружающее пространство на прицел. И почему-то это вовсе не казалось таким уж забавным.

— Прекрасно, прекрасно! — захлопала в ладоши Спраут. — Десять баллов Гриффиндору!

— Чёртов маньяк, — буркнула Грейнджер, тем не менее, прячась за спину Поттера.

— Сон разума рождает чудовищ, — кивнул мальчик. — Правда он милашка?

— Три вида гибких стеблей — опорные, ловчие и боевые… — вполголоса начала бормотать профессор. — Два вида колокольчиков — с пыльцой усыпляющей и парализующей… Клейкие листья и листья-ловушки постепенно отмирают… Кувшинные листья обеспечивают запас воды и служат подобием биореакторов… Плотоядные цветки… Какой прелестный экземпляр!

— Она меня пугает… — украдкой шепнула на ухо Поттеру Гермиона.

— Гарри, ты планируешь продолжать свой эксперимент?

— Разумеется, мэм. Биомасса мне уже нравится, а теперь буду пробовать кормить мистера Триффида разными минеральными солями, чтобы он стал попрочнее.

— Если вырастет что-то ещё более замечательное, то снова засчитаю за курсовой проект, — пообещала Спраут.

— Я не один, без Лонгботтома я бы не справился, — быстро произнёс Харальд.

— И Невиллу, конечно, тоже поставлю! Он так старается… ой, Гарри, а как же ты понесёшь к себе дракену? Ты и так уже нагружен, а она уже не маленькая…

— Дотащу как-нибудь… Спасибо, что присмотрели за ним, профессор!

— Да, право, не стоит благодарности…

… - Жизнь — отстой, — мрачно уронила Грейнджер, когда они вдвоём возвращались в гриффиндорскую башню. — Нет, ну почему тебе всё сходит с рук?! И почему у нас настолько безответственные учителя?!

— И вовсе не всё у меня с рук сходит, — пропыхтел Харальд, малотого что навъюченный двумя сумками, так ещё и волокущий здоровый горшок с мистером Триффидом, который оживлённо шевелился, вновь встретившись с хозяином. — Просто туда, где могу опростоволоситься, я не суюсь.

— Я не про это. Наглость, с которой ты не только открыто предъявил своего монстра профессору Спраут, но ещё и фактически заработал её поддержку просто возмутительна!

— А я всего лишь сделал вывод из её первого урока.

— А что там можно было вывести? Стандартный ознакомительный урок, самые основы будущего предмета и небольшая демонстрация…

— Ты не скажи, — не согласился Харальд. — Каждый первый урок был ещё и демонстрацией подхода каждого педагога к своему предмету.