Бывшая большого плохого волка (ЛП) - Брукс Тоня - Страница 1

Тоня Брукс

Бывшая большого плохого волка

Вой — 13

Внимание!

Текст, предназначен только для ознакомительного чтения. После ознакомления с содержанием данной книги Вам следует незамедлительно ее удалить. Сохраняя данный текст, Вы несете ответственность в соответствие с законодательством. Любое коммерческое и иное использование кроме предварительного ознакомления ЗАПРЕЩЕНО. Публикация данных материалов не преследует за собой никакой ком-мерческой выгоды.

Все права на исходные материалы принадлежат соответствующим организа-циям и частным лицам.

Над книгой работали:

Переводчики — Кира

Сверка — Юлия

Редактура — Султана

Вычитка — Мария

Дизайн русскоязычной обложки — Кира

Пролог

— Вы уверены? — Потребовал безучастно Рис Лесситер. Он выслушал подтверждение и без единого слова закончил звонок, опустив мобильный телефон на стол. Поднял хрустальный бокал, наполненный лучшим виски, который можно было купить за деньги, и медленно потягивал, наслаждаясь мягким, выдержанным вкусом, как истинный ценитель.

Его печально известный контроль начал трескаться, когда он стоял там, слепо глядя из окна от пола до потолка, перебирая фразы из разговора, снова и снова проигрывая их в уме, их значение непостижимо, их последствия необратимы… результаты теста неоспоримы… подсчет сперматозоидов — в норме… процент реканализации [1] один на тысячу…

Это правда. Он мог быть отцом. Тогда это означало… НЕТ! Он бы не сделал этого. Не мог даже рассмотреть вероятность. Потому что, если он это сделал… и это было правдой… тогда он опустошил собственную душу и закрылся от единственного счастья, которое когда-либо знал… напрасно. Знание этого поставило его на колени.

— Джоли, — резко прошептал он запретное имя, и просто так, эмоциональная дверь, которую он закрыл четыре года назад, открылась. На Риса обрушились чувства, которые стали ему совершенно чужды. Бесчувственность, которую он носил как бронежилет, распалась, когда воспоминания о любви, надежде и радости сокрушили его гранитное сердце.

Давно забытые непрошеные образы заполонили его разум. Джоли лежала голой в их постели, золотые волосы рассыпаны вокруг нее, голубые сонные глаза, довольная улыбка любимой женщины. Джоли танцует на снегу, глаза сверкают от счастья, ослепительная улыбка, которая может скрасить любой день. Единственная женщина, которой он доверял. Единственная женщина, которую он любил.

Его пара.

Она наполняла его жизнь радостью, научила любить. Она была его всем. До того дня как предала его доверие и разрушила его мир. Рис выкинул ее из своей жизни с беспощадностью, которая шокировала даже его. Он заключил свое разбитое сердце в лед, настолько толстый и леденящий, что ничто не могло проникнуть в него снова.

И он ошибся.

Обжигающая волна агонии и печали поглощала его сознание. Его пара не предавала его. Он предал ее и уничтожил себя в процессе. Воспоминания, с которыми он изо всех сил сражался, чтобы подавить, вырвались на поверхность, вторгаясь в его сознание, снова полностью искромсав его сердце, когда он вновь пережил свои последние минуты с ней.

Абсолютная радость на лице Джоли, когда она показала ему УЗИ и объявила, что у них будет ребенок. Недоумение и боль в глазах, когда он вышел из себя и обвинил ее в измене. Мучительные слезы, льющиеся по лицу, когда он выбрасывал ее из их дома. Ее голос, зовущий его по имени прерывающийся голосом, когда он заставил полицию увезти ее.

Его легендарный контроль разрушился, и волк взвыл от ярости и тоски. Одна дрожащая рука потянулась в отчаянии, ища что-нибудь, что угодно, чтобы заземлить его, и встретила холодное, твердое окно из небьющегося стекла. Подняв глаза, Рис увидел свое изображение в тонированном окне. Отражение сломленного человека.

Боже, помоги ему, что он наделал?

Глава 1

Получив «Тащи свою задницу сюда, как можно, блять, быстрее», сообщение, Дейн Лесситер не тратил время. Он вошел в пентхаус и один взгляд на своего старшего брата заверил, что случилось что-то ужасное. Сказать, что Рис выглядел так, что краше в гроб кладут, было бы грубым преуменьшением.

— Что случилось? — Потребовал он с беспокойством, потому что старший брат никогда не проявлял никаких признаков слабости. Рис был Верховным Альфа-волком, оборотнем Соединенных Штатов, и как таковой, он представлял Америку в Паранормальной Организации Объединенных Наций. Каждая стая в стране была под его командованием, поэтому уязвимость была подверженностью, которую он не мог себе позволить.

— Мальчик или девочка? — Спросил хрипло Рис.

Пришло осознание и последовало ошеломленное молчание. После того, как он вышвырнул Джоли, Рис запретил кому-либо даже упоминать имя его пары в своем присутствии. Единственный раз, когда Дейн пытался обсудить с ним этот вопрос, он вырубил его. Понимание, что он хотел знать о ребенке, были шокирующими, мягко говоря.

— Скажи мне, черт тебя побери, — выдавил он рвано.

— Мальчик, — просто сказал Дейн и наблюдал, как другой мужчина заметно распадается на части.

— У меня есть сын, — прохрипел Рис и скользнул вниз по стене, чтобы осесть подавленной кучей на полу. — Расскажи мне. Все.

Дейн не знал, что, наконец, убедило его брата в том, что ребенок был его, но он мог видеть, что это сжирало его заживо.

— Его зовут Брайс. Ему будет три, в следующем месяце, — сказал он, опустившись на колени на травертиновый [2]  пол и поднес фотографию на своем телефоне. — У него улыбка Джоли… и твои глаза.

Дейн протянул телефон, и мужчина взял его дрожащей рукой. На фото красивый маленький мальчик с золотыми волосами матери и блестящей улыбкой смотрел на него… с бирюзовыми глазами. Иисус. Эти глаза. У него не было сомнений, что ребенок был его. Джоли подарила ему сына.

И он бросил их обоих.

Что-то, что могло быть всхлипом, вырвалось из его груди, и Рис закрыл лицо рукой. Боль. Боже, его душила боль. Казалось, он не мог дышать. Его волк был практически одичавшим. Зверь царапался внутри, сражаясь за свободу, отчаянно пытаясь найти свою пару и детеныша.

Рука сжала его плечо, и он поднял измученные глаза, чтобы встретить мрачное выражение брата.

— Я облажался, брат, — он задохнулся и не испытывал никаких опасений, позволяя Дейну засвидетельствовать его эмоциональный крах. Они защищали друг друга всю свою жизнь, и не было никого, кому он доверял больше.

— Да, облажался, — согласился Дейн без давления. Не было смысла пинать человека, когда он плохо себя чувствовал, а его старший брат был явно опустошен. Рис был непроницаемой стеной из гранита. Всегда был. Его трудно сбить с толку. Ничто не заставляло его сбавить темп. И ничто не мотивировало его больше, чем вызов. — Так что, черт возьми, ты собираешься с этим делать?

Налитые кровью бирюзовые глаза светились изнутри, когда в них появился знакомый свет битвы. Дейн мог видеть мрачную решимость, которая наполняла его, и был рад видеть, что и человек, и зверь были единодушны в отношении их пары.

— Я хочу, чтобы моя пара вернулась. И мой сын, — его голос срывался на словах.

— Тогда тебе лучше быть готовым к адской борьбе, — предупредил Дейн, поскольку вероятность примирения была немыслима. Рис может быть непреодолимой силой, но он мог удостовериться, что Джоли стала неподвижным объектом. — Развод чуть не уничтожил Джоли. Ты сломал ее, брат. Она не та женщина, которую ты помнишь.