Делай что должно - Лотош Евгений "Злобный Ых" - Страница 202

– Интересно, почему ты не согласился хотя бы притворно, чтобы потянуть время, - скорее сказал, чем спросил он. - Твоя попытка отослать сообщение… Ты что, не надеешься на помощь своего любимого Джао?

– Попытка? - усмехнулся Тилос. - Почему же попытка? Сообщение ушло. Джао его получит. Боюсь, тебе придется объясняться перед Комитетом Чемпионов, или как вы это называете. Об одном жалею - не послал сообщение раньше, от себя. Все колебался, дурак, боялся, что напраслину возвожу. Пришлось несколько тысяч верст отмахать, чтобы решиться…

– Я сказал - попытку, - покачал головой Майно. - Именно то, что имел в виду. Игры кончились, мой мальчик. Думаю, тебе будет приятно узнать, что я слегка модифицировал Станцию. Любое сообщение, запущенное без моего ведома, должно было задействовать механизм ее самоликвидации. И задействовало, что интересно.

Тилос хранил безмолвие.

– О последствиях ты догадываешься, - продолжил Майно, не дождавшись ответа. - Пузырь оторвался от нашей вселенной. Оторвался навсегда. Не совсем так, как положено, но оторвался. Теперь найти нас не сможет никто, даже твой любимый Джао. Теперь Игра не завершится никогда, ты уж меня извини. И это больше не игра. Это - жизнь.

– С тобой в главной роли. Несчастный мир…

– Счастливый, - спокойно возразил демиург. - Я сделаю из него настоящую сказку. Твой бесценный разум не пострадает. Я сохраню все три расы и установлю гармонию. Придется обходить кое-какие законы, но это не проблема. Я еще раз спрашиваю тебя: не хочешь ли присоединиться ко мне, победителю?

– Нет, - Тилос был мрачен как туча. - Я примерно понял, что ты имеешь в виду. Это не просто отсутствие войны, а сказочный застывший мир. В нем не найдется места разумным существам, поиску, развитию. В нем будет незачем жить. В лучшем случае это - хорошо ухоженный свинарник, то, что я… мы могли устроить дома… в моем родном мире. То, что Хранители избегали любой ценой.

– Точнее, вас за уши оттаскивал Джао, - хмыкнул Майно. - Это дурак вбил себе в голову, что человек обязан сам набивать себе шишки и учиться только на своих ошибках.

– Мне симпатична эта точка зрения, - пожал плечами Тилос.

– Жаль, - Майно вздохнул. - Ну, нет так нет. Я потратил на тебя массу времени. Пытался щадить твое самолюбие, но я его тоже не лишен. Извините, ребята, в целях своей собственной безопасности вынужден…

Он вытянул руки, и между ладонями вспыхнуло уже знакомое пламя. Вот и все, подумал Хлаш. Жаль, конечно, но бывает и хуже.

– Это не больно, - утешил Майно. - Вы даже ничего не почувствуете…

– Нет! - с отчаянным воплем Теомир прыгнул вперед. - Нет! Ты обещал!…

Подхватив с пола забытую всеми тоскалу - Хлаш невольно залюбовался отточенным совершенством движения - он с размаху рубанул Майно по рукам чуть выше кистей. Демиург удивленно охнул. Бритвенно-острое лезвие аккуратно распороло обшлага кольчужной рубахи, изукрашенные блестящими камешками, и слегка надрезало кожу. На большее удара не хватило. Правда, огненный шар, еще не набравший полной силы, выскользнул из ладоней и косо ушел в пол, оставив небольшую оплавленную яму. Теомир попытался замахнуться еще раз, но клинок намертво застрял в воздухе.

– Ох ты гаденыш… - скорее удивленно, чем сердито сказал демиург. - Ну, хорек…

Меч вырвался из рук Теомира и отлетел в сторону. Сталь тоскливо зазвенела по каменным плитам.

– Ну, ублюдок… - вновь пробормотал Майно. - И это в обмен на подаренную жизнь? Ударил в спину? Так получай что обещано…

Теомир закричал. Его тело, извиваясь от невыносимой боли, поднялось в воздух, вокруг заплясали языки пламени. Противно запахло жженой плотью и палеными волосами.

– Теомир! - закричала Ольга, отчаянно пытаясь оторваться от стены. - Темка! Оставь его, гад, оставь!

Теомир все кричал и кричал, его одежда вспыхнула напоследок и рассыпалась белым пеплом, кожа шла огромными страшными волдырями. В некоторых местах волдыри лопались, из-под них брызгала кровь. Огромный сгусток сияющего пламени ударил ему в горло, и вопль оборвался. Но он все еще жил. Хлашу было невыносимо смотреть на его лицо, искаженное страшной мукой, и он попытался отвернуться. Но какая-то сила тисками сжала череп тролля, повернула лицо в сторону сгорающего заживо парня, глаза против своей воли широко распахнулись. Ужасная сцена въедалась ему в память, и он чувствовал, что ночные кошмары с сгорающим заживо Теомиром будут преследовать его до конца жизни. Впрочем, подумал он, вряд ли у него будет хотя бы еще один кошмар.

Через несколько минут, показавшихся вечностью, обугленное до костей тело упало на пол.

– Вот что бывает с теми, кто предал меня! - тяжело дыша, сказал Майно, повернувшись в оставшимся. - Вот так они подыхают! - В его глазах плескалось безумие. - Что, герои вы мои, не понравилось? А ведь теперь ваша очередь…

Он вытянул руки, и между ним вновь заплясало пламя - на сей раз не слепящее чисто-белое, а угрожающее багрово-красное.

– Я передумал, - заявил демиург. - Не дам я вам легкой смерти. Не заслужили.

Огненный шар, мгновенно разбухнув, сорвался с ладоней и устремился вперед. Вот и все, подумал Хлаш. Вот и все. Перед ним возник Путь - прямая светлая дорога, покрытая мерцающей белой пылью, уходящая вперед, куда-то за пределы зрения. Были времена - он представлял, как ведет за собой по этой дороге многих и многих, ведет к миру и спокойствию, к долгу и чести, но на сей раз он уходил по ней из жизни. Ну что же, сказал он себе, я сделал все, что мог. Я не добился успеха, но сделал все правильно. Девочку вот только жалко…

Огненный шар накатил на Тилоса… и замер, не достигнув его на несколько вершков.

– Какого… - недоуменно начал Майно.

– Тяжела у тебя рука, друг мой Камилл. Но продолжать, пожалуй, не стоит.

Майно подпрыгнул как ужаленный, судорожно озираясь по сторонам. Голос, чем-то похожий на голос Теомира, исходил сразу со всех сторон. Багровый шар с чуть слышным треском лопнул и исчез.

– Этого не может быть… - тихо казал демиург. В его голосе зазвучало неприкрытое отчаяние. - Это неправда…

– Что именно? - язвительно осведомился невидимка. - Что за последние полчаса ты нарушил половину правил, писаных и неписаных? Что у тебя крыша неизвестно куда уехала, как говорит Заграт? Поясни, пожалуйста.

– Ты не Игрок, - обреченно сказал Майно. - В Цитадели… Я бы знал. - Безумие стремительно уходило из его глаз, плечи опустились. Повелитель судеб пропал. Перед ними снова стоял бард из "Золотого кубка", только потрепанный и усталый.

– Ну, хоть немного логики у тебя сохранилось, - похвалил голос.

Обугленное тело Теомира вздрогнуло. Ольга изумленно всхлипнула. Скорченный опаленный скелет со свисающими с него ошметками плоти вновь поднялся в воздух, выпрямился и вдруг исчез в огромном зеркальном яйце. Спустя мгновение блестящая оболочка растаяла, и Теомир, целый и невредимый, но в незнакомой одежде, неторопливо опустился на пол.

– Извиняюсь, что тянул до последнего, - сказал он Отряду. - Расслабьтесь. Все кончено.

Сила, прижимающая Хлаша к стене, исчезла, и он с трудом удержался на ногах. Тилос от неожиданности упал на пол, перекатился и встал на ноги в боевую стойку. Ольга с Загратом сползли по стене вниз. Сейчас Хлаш видел лицо Тилоса в профиль, и на нем ясно читалось изумление.

– Значит, все-таки ты, - произнес Серый Князь, расслабляясь. - Значит, ты и есть наш кукловод?

– Ох, Семен, - рассмеялся лже-Теомир, - ну когда ты научишься узнавать старых друзей?

– Джао? - челюсть Тилоса отвисла. - Ты? Игрок?

– Ты же слышал, что сказал наш общий приятель, - лже-Теомир кивнул в сторону обреченно застывшего на месте Майно. - Не Игрок. Игрока он бы почувствовал. Контролер.

– Ох я дурак! - простонал Тилос, хватаясь за голову. - Ну конечно! Контролер! Вот почему я не мог найти Игрока…

– Не ты один, - криво усмехнулся Майно. - Мои поздравления, Джао. Одурачил ты меня по полной программе. Одна беда - застряли мы тут с тобой навечно. Ну, и что теперь собираешься делать? Поделить этот мирок пополам? Или распылить меня, захапать его себе целиком? Негусто для творца вселенных, как думаешь?