Никому не позволю (СИ) - "Рада Девил" - Страница 207

– Северус, почему ты меня не разбудил? У меня же сегодня обход со Сметвиком! Я же мог опоздать! – подняв голову, он обнаружил в кабинете МакГонагалл, тихонько примостившуюся на стуле у стены, но не обнаружил Снейпа. – А где Северус?

– Мне тоже было бы любопытно это выяснить, мистер Поттер. Но раз вы проводите с ним ночи, то, вероятно, должны лучше знать, где ваш любо… – шум транспортного камина прервал ее чуть презрительную речь.

– Ты проснулся? Доброе утро, дорогой, – из каминного пламени вышел Снейп и, не увидев сидевшую в уголке коллегу, бесцеремонно обнял Гарри и поцеловал его. – Я был в Мунго, меня вызвали туда ни свет ни заря. Сметвик схлопотал проклятие от пациента, представляешь? Опасная у тебя будет работка. Кстати, он тебя хвалил, – скороговоркой доложил Северус, оторвавшись от сладких губ любимого.

– Эмм… – попытался привлечь его внимание Гарри.

– Так что ты на сегодня свободен. Обхода не будет. Что? – Снейп наконец заметил, что Поттер косится в сторону и еле сдерживает смех. Посмотрев, куда тот указывал глазами, Северус тут же принял свой самый ехидный вид. – Минерва, доброе утро, – МакГонагалл сидела вся пунцовая – то ли от смущения, то ли от злости. – Опять ты подглядываешь.

– Раз не нужно в больницу, то я пойду позанимаюсь. Жду к обеду домой, обойдутся твои оболтусы и без тебя в субботу, – Гарри из вредности не стал стесняться МакГонагалл и клюнул на прощание Северуса в губы ответным поцелуем, после чего быстро скрылся в камине, отправившись в Блэк-хаус.

Снейп позже рассказывал, что ему так и не удалось узнать, зачем в тот раз приходила Минерва. Она, судя по всему, пылая праведным гневом на «извращенцев», практически одновременно с Гарри покинула его кабинет и избегала встреч тет-а-тет еще три дня, чем от души повеселила Северуса, не видевшего за собой никаких грехов.

========== Эпилог ==========

Никто, подобно неудачно отомстившему Берку, не пытался в дальнейшем испортить жизнь ни Поттеру, ни Снейпу. Аддерли получил не очень большой срок в Азкабане, за Фоули и оставленными по разным причинам на воле бывшими сторонниками Темного Лорда тщательно тайно следили соответствующие министерские службы, а остальное население в основном интересовали личные проблемы, и им не было дела до героев магической Британии. Хотя отдельные недоразумения и неприятности иногда и случались. К примеру, непросто складывались отношения Снейпа со школьным колдомедиком мадам Помфри, по-прежнему убежденной, будто она смогла бы оказать Дамблдору помощь гораздо квалифицированнее, и тот дольше прожил бы на этом свете. Особенно напряженными они стали, когда Поттера, заканчивавшего трехлетнее обучение на общих целительских курсах, прислали в школу на практику (естественно, он сам попросил Сметвика отправить его в Хогвартс, поближе к Северусу). Некоторые студенты в тот период специально начали слегка калечить себя и проклинать друзей по их же просьбе, чтобы только попасть в Больничное крыло, где беззастенчиво отказывались от услуг мадам Помфри, предпочитая быть вылеченными Поттером. Гарри это добавляло работы, потому что приходилось объяснять глупым детям, что нельзя намеренно причинять себе вред, а Помфри – злило, и она возмущалась, утверждая, что якобы страдал ее авторитет. Но Северуса не слишком заботила ее реакция, он как-то за обеденным столом в Большом зале, где Гарри во время стажировки неизменно усаживался рядом с ним, развлекаясь на свой лад, подлил масла в огонь, отметив, что Поттер выполняет ее обязанности. Помфри, являясь куратором Гарри, в отместку написала в отчете о невысоком уровне его способностей. Однако, когда Снейп, потрясая ее писулькой, ворвался в Больничное крыло, она, даже не дожидаясь грома и молний на собственную голову, без слов вырвала бумагу из его рук, и буквально через час Гарри читал скупые похвалы личному целительскому таланту.

Так Северус с Гарри и жили, занимаясь каждый своим делом и даря друг другу все свободное от занятий время.

Пять лет спустя

Поттер успешно закончил обучение, приобретя специализацию сразу по двум направлениям: лечение травм различного происхождения, а также недугов от проклятий, и набирался опыта, работая в детском отделении больницы Святого Мунго. Его ценили и коллеги, и сами маленькие пациенты, и их родители. За последние годы волшебники уже слегка подзабыли ужасы правления Пожирателей Смерти и больше не тыкали в Гарри на улице пальцами, как в национального героя, зато его узнавали дети, которым по воле судьбы пришлось у него лечиться, и обязательно делились с ним солнечными улыбками. Поттер ни разу не пожалел, что выбрал непростую специальность целителя, получая от своего труда настоящее удовлетворение, когда видел очередного ребенка, покидавшего больничную палату и весело махавшего ему рукой на прощание.

Снейп по-прежнему руководил Хогвартсом, периодически ругаясь с МакГонагалл и Помфри. С первой он ничего не мог поделать, и приходилось терпеть ее испортившийся с возрастом характер – мало того, что послужной список у МакГонагалл был идеальный, так и пользу в должности заместителя директора она приносила весьма значительную (умалять реальные заслуги коллег Снейп не имел привычки). А вот со школьным колдомедиком мадам Помфри все складывалось несколько иначе и, невзирая на ее профессионализм, Северус не собирался и дальше мириться с брюзжанием вредной старухи. Он был намерен в ближайшем будущем с ней расстаться. Собственно, мадам Помфри уже поставили в известность об отзыве назад в больницу Святого Мунго, и в конце лета она появится в Хогвартсе лишь затем, чтобы передать дела новому школьному целителю.

Поттер и Снейп проводили этот летний отпуск в Норидже, совмещая приятное с полезным, встречаясь с местными специалистами по классической и прикладной ритуалистике, которой в последнее время увлекся Северус – благо директорский пост вполне позволял параллельно заниматься научными изысканиями. Не имея проблем с необходимостью прилагать титанические усилия для сдерживания внутренней тьмы, он с удовольствием изучал старинные труды, отыскивая способы борьбы с некоторыми проклятиями и с влиянием самого темного колдовства на здоровье волшебников, составляя формулы для обрядов и привлекая свои умения зельевара. К тому же под боком у него находился личный специалист по колдомедицине, с кем всегда можно было проконсультироваться, когда личного опыта или базовых знаний оказывалось недостаточно для оценки того или иного момента в исследованиях.

Как-то вечером, сидя за бокалом вина на балконе их номера в скромном, но очень уютном отеле, Гарри решил завести разговор, к которому готовился уже больше месяца.

– Северус, с сентября я приступлю к работе колдомедика в Хогвартсе. Если кто-то до сих пор еще не в курсе, что мы пара, то скоро это не удастся утаить, – Гарри чуть скривил губы в усмешке и заметил точно такую же у Снейпа. Они оба вспомнили, как дружно популярно и доходчиво объясняли Рите Скитер, почему не хотят видеть любых репортажей по этому поводу в газетах. – Дети слишком проницательны, чтобы долго водить их за нос. Да и в общем плане ситуация снова, как и когда-то, будет выбиваться из неписаных правил, давая пищу для болтовни всяким ханжам, которые не откажут себе в желании регулярно читать нам мораль. Все же это – школа.

– И что ты предлагаешь? – Северус с неугасающей любовью во взгляде смотрел на самого дорогого человека в своей судьбе. Он восемь лет благодарил Мерлина и провидение за счастье быть для Гарри настоящей семьей, а тот даже не помышлял что-либо менять в личной жизни. Особый дар Поттера постоянно подтверждал истинность его чувств.

– Давай заключим брак. Да-да, я знаю, – остановил он Северуса, явно собиравшегося возразить. – В магической Британии такое не предусмотрено, хотя откровенных препятствий для совместного проживания подобных пар тут и не чинят. Но мы с тобой все же люди публичные, и волшебники время от времени вспоминают наши заслуги перед магическим миром, а значит, нам неплохо было бы каким-то образом закрепить наш статус партнеров. Что нам стоит смотаться в ту же Испанию, где однополая семья защищена законом? Мы сможем там оформить наш брак.