Никому не позволю (СИ) - "Рада Девил" - Страница 156

– Чему быть, того не миновать, но не стоит портить настроение детям перед праздником.

Может, эти его слова оказали на Поппи влияние, или она получила указания и от Аддерли – но все-таки молчала о реальном положении дел, а на вопросы педагогов отвечала безликим: «Ему нездоровится».

***

Северус видел, что тучи, собиравшиеся над его головой по инициативе власть имущих, становились все тяжелее и тяжелее, готовясь вскоре пролиться ливнем обвинений, взращенных на предубеждениях, зависти и страхе. Не то чтобы он не ожидал подобного с самого начала, но ему не нравились некоторые направления, взятые в разработку следователем. По задаваемым вопросам четко прослеживалась линия, которая в будущем способна либо скомпрометировать Поттера в глазах общественности, либо добиться контроля над ним путем шантажа. И это касалось не только темы личных отношений, но и проведения темномагического обряда. Северус неоднократно напоминал Гарри, как тот должен отвечать, если его будут расспрашивать об этом, но все равно тревога не отпускала.

Со дня первого допроса в Министерстве Снейп строго-настрого запретил Поттеру приходить к нему в апартаменты. Он поменял пароль на входе в свои покои, вернул Гарри пижаму и остальные его мелкие вещи, завалявшиеся еще с тех пор, когда диван в гостиной служил тому ночным ложем. Северус собрал все (книги, артефакты, зелья и редкие ингредиенты), что могло бы приглянуться следователю, если это обнаружится при обыске, и переправил в Блэк-хаус. Он вычистил свои жилые комнаты с такой тщательностью, с какой еще ни разу этого не делал ни один домовик, уничтожив малейшие следы пребывания там Гарри, а заодно и избавился от эманаций темной магии, непроизвольно накопившихся в процессе подготовки к ритуалу.

Отныне получать поддержку от Поттера, как от якоря, Северус мог только во время встреч у Дамблдора и на уроках. Гарри, правда, иногда ухитрялся с помощью своей чудо-карты «ловить» Снейпа в коридорах, не пользовавшихся любовью студентов, чтобы хотя бы на минуту-другую прикоснуться к его руке, быстро снимая напряжение, вызванное необходимостью сопротивляться тьме. С каждым днем это давалось проще, но нервная обстановка тормозила «излечивание мании величия», как они в шутку называли состояние Северуса.

Снейп видел, скольких усилий стоило Поттеру обуздывать собственные порывы и оставаться безучастным не только на публике, но и наедине. Даже если им удавалось столкнуться без свидетелей, лишь огонь в его взгляде говорил о том, какие эмоции бушуют у него внутри, но Гарри и не заикался о личных переживаниях. Он постоянно твердил: «Все будет хорошо. Я не позволю им навредить тебе. Ты будешь в безопасности. Я помогу – верь мне». Эти брошенные уверенным шепотом слова теплым пледом укутывали застывшее от страха сердце, и Северусу становилось легче дышать. Ему отчаянно хотелось обнять Гарри, прижать его к себе, осыпать такое родное лицо невесомыми поцелуями, чтобы снять с него печать тревоги, и заверить, что волноваться нет причин, но он понимал, что это – откровенная ложь, день ареста приближался. Северусу порой казалось, что он уже слышит лязг запоров на закрывающейся за его спиной двери в камеру. И этот призрачный звук раз от разу звучал все громче.

========== Глава 82 ==========

В пятницу, когда Дамблдор слег, стоило Рону Уизли увидеть вернувшегося от директора Гарри, как он тут же все понял по погасшему, наполненному болью и сожалением взгляду друга. Сам он очень уважал Дамблдора, но все-таки не был так близок с ним, как Поттер, поэтому не столь остро воспринял известие об ухудшении его самочувствия. А в воскресенье Гарри рассказал Рону, что именно довело того до подобного состояния.

– Так он уже больше года медленно умирал? Это ужасно, – Рон тяжко вздохнул.

– Хмм… Мы все с каждым часом медленно умираем, – проговорил Гарри чуть цинично, защищая себя от боли осознания, что дорогой ему человек тает как свеча, доживая свои последние дни. – А директор весь этот год ожидал, что в любую минуту его сердце остановится. Но он держался, помогал нам как мог, продолжал руководить школой, улыбался тогда, когда ему было плохо, и притворялся, что все нормально. Никто не должен был заподозрить его в слабости.

– Поэтому Волдеморт и Министерство захватил, а Дамблдор не сумел ему противостоять, – сделал вывод Рон.

– В той ситуации, наверное, при каком угодно раскладе не вышло бы активно вмешаться, – пожал плечами Гарри. – Но мы с Севе… – он зыркнул на Рона и решил, что не стоит и дальше скрываться. – Мы с Северусом уничтожили Риддла, дали магическому миру возможность прекратить жить в страхе.

Если Рона и удивило, что Гарри открыто при нем назвал Снейпа по имени, то он не стал на этом заострять внимания. Лишь одарил его проницательным взглядом, прекрасно понимая, что те слишком долго тесно общались, превратившись в настоящих союзников, раз вдвоем не побоялись пойти на столь рискованный шаг – бросить вызов самому Темному Лорду.

– А Дамблдору хватило намека, чтобы вас поддержать и организовать захват Пожирателей, – Рон догадливо кивнул. – Из вас получилась отличная команда, – он улыбнулся, когда его шальная фантазия подкинула картинку, где Снейп, Дамблдор и Поттер одеты в квиддичную форму цвета лимонных долек, о чем тут же и рассказал Гарри.

– Из нас, Рон. Ты тоже в этой команде, – уточнил тот, усмехаясь его выдумке. – Похоже, ты так до сих пор и не осознал, насколько весома твоя помощь, но это именно так. Без тебя мне пришлось бы запереться в Блэк-хаусе и в одиночестве сходить там с ума от страха. А ты помог мне не потерять связь с реальностью.

– Так для этого же друзья и нужны, – Рон, казалось, вырастал в собственных глазах всякий раз, когда его искренне хвалили.

– А теперь Северуса трижды в неделю таскают на допросы, – Поттер вкратце объяснил, как складываются обстоятельства, желая заранее предупредить Рона о том, что намерен остаться на каникулы в школе – в Блэк-хаусе по понятным причинам Северусу пока не стоило показываться, а оставлять его здесь одного Гарри не собирался. К тому же и Дамблдор был слишком плох, чтобы бросить его надолго.

– Но Снейп же помог избавиться от Волдеморта, – Рон никак не мог взять в толк, из-за чего тому не дают покоя.

– Его просто боятся. Он сильный темный маг. Кроме того… – Гарри на миг задумался, делиться ли тем, что, в общем-то, касалось исключительно Северуса, но затем все же решился: – Отдел образования прочит его на место Дамблдора…

– Я знаю, – на вопросительный взгляд Поттера Рон пояснил: – Когда мы с директором ходили узнавать насчет возвращения на учебу Гермионы, с ним советовались по этому поводу, и Дамблдор заявил, что не видит никого другого в качестве своего преемника – только Снейпа. А я разве тебе не рассказывал об этом? Прости. Наверное, забыл. После того приема в Министерстве у нас было что обсудить, – он махнул рукой, мол, вот теперь все и выяснилось. – Так ты полагаешь, кто-то не хочет, чтобы Снейп стал следующим директором?

– А ты не против? – поинтересовался Гарри, насмешливо приподнимая бровь. Он был в курсе, что Северус из-за своего язвительного характера не очень нравился Рону.

– Ну… я понимаю, что студенты будут стонать от его управления школой, но следует признать, что он способен навести идеальный порядок, – Рон усмехнулся. – К тому же он тогда, скорее всего, перестанет преподавать. Дамблдор ведь лишь на замены иногда выходит. А это, согласись, огромный плюс – видеть его только в Большом зале, – он помолчал несколько секунд, а потом все же высказался: – Ты прав. Если кто-то метит на место директора, то это способно оказаться весомой причиной, чтобы попытаться избавиться от претендента. Нужно помочь твоему Снейпу. Если я могу быть полезен – ты непременно скажи.

– Спасибо. Обязательно скажу, – поблагодарил Гарри, мысленно отмечая в тысячный раз, как ему повезло с другом. – Следовательно, ты не станешь уговаривать меня отправиться на каникулы в Нору?

– Эмм… А я и не сомневался, что ты предпочтешь провести каникулы в школе. Еще до того, как узнал подробности обо всем этом, – уточнил Рон. – Директору сейчас плохо, а он для тебя слишком много значит. Ты хочешь, чтобы и я с тобой остался? – он был предельно серьезен.